Неожиданная Россия. XX век (СИ) - Волынец Алексей Николаевич - Страница 134

Уже 2 декабря спасённые американцы прибыли в Петропавловск-Камчатский, где были официально интернированы, а на деле помещены для лечения в местный госпиталь. В течение следующей недели наши врачи дважды оперировала раненую ногу лейтенанта Тейлора.

Однако, не все встречи американских самолётов с советской Камчаткой заканчивались благополучно. В условиях бушующей рядом мировой войны были и случаи «дружественного огня». Например, 28 августа 1944 года двухмоторный бомбардировщик лейтенанта Прайса, летевший с Алеутского архипелага на бомбардировку курильского острова Онекотан, в 40 милях к югу от берега Камчатки атаковал небольшой корабль, посчитав его японским. На деле американской атаке подвергся советский танкер «Эмба», идущий из Владивостока в Петропавловск. Двое наших матросов были ранены – один смертельно. Его тело похоронили в море, в бухте Русская у юго-западной части Авачинского залива.

10 июня 1945 года жертвой «дружественного огня» стали уже американцы. Восемь бомбардировщиков Б-25 атаковали самый северный клочок земли Курильского архипелага – остров Атласова (японцы называли его Оякоба). Уходя от преследующих истребителей противника, командир группы бомбардировщиков лейтенант Эдвард Ирвинг решил «срезать» обратный путь на Алеутские острова через Камчатку, углубившись в воздушное пространство СССР.

В таких случаях советские зенитчики обычно стреляли позади американских самолётов – формально это был предупредительный огонь по нарушителям госграницы, в реальности же он не позволял японским преследователям заходить близко в хвост уходящим американцам. Но в тот день снаряд наших зенитчиков случайно нашел свою цель, попав в бензобак машины лейтенанта Ирвинга – бомбардировщик прямо в воздухе превратился в огненную вспышку.

Это был не единственный американский самолёт, сбитый нашими войсками в годы Второй мировой войны. Уже 6 августа 1945 года у южной оконечности Камчатки разгорелся настоящий бой, когда два летевших с Аляски бомбардировщика, по ошибке атаковали наши пограничные катера, приняв их за японцев. Пограничникам пришлось защищаться зенитным огнём – по итогам боя один американский самолёт загорелся и рухнул в камчатской тайге, а на наших катерах погибло 7 и было ранено 14 человек.

В то время американские и советские власти рассматривали эти случаи «дружественного огня», как неизбежные маленькие трагедии большой мировой войны. Смертельная схватка русских и американских бойцов у Камчатки в августе 1945 года не стала поводом для дипломатического скандала…

«Контрабанда» пилотов с Камчатки в Иран

К счастью, «дружественный огонь» над Камчаткой и возле её берегов случался нечасто. Для большинства американских лётчиков, невольно занесённых перипетиями мировой войны на наш полуостров, встреча с ним несла спасение от японских пуль и снарядов или от неизбежной смерти в ледяных водах северной части Тихого океана.

Последними из американцев, нашедших спасение на Камчатке, стали экипажи двух бомбардировщиков Б-25, подбитых японцами над Курильскими островами 17 июля 1945 года. В тот день самолёт под командованием Джорджа Вамплера упал на воду в 12 часов 35 минут в Авачинском заливе. Вода у берегов Камчатки холодна даже летом – один из американцев, сержант Орвилл Джуд утонул. Пятерых членов экипажа, всё же доплывших до берега, подобрал наш пограничный катер.

Спустя пять минут после падения самолёта Вамплера, в нескольких десятках километров западнее, у села Авача рухнул в тайгу ещё один американский бомбардировщик. Это был Б-25 под командованием лейтенанта Роберта Торреса. Как спустя десятилетия вспоминал тот день Петр Федорович Кадушин, в годы войны служивший водителем особого отдела Камчатской флотилии и не раз выезжавший к местам падения американских самолётов: «Летчики прыгали с парашютами, а самолет рухнул на 24-м километре в лесу, траншею пропахал огромную, это недалеко от Елизовского аэродрома, гильз было от патронов – на несколько грузовиков, так стреляли в японцев. А летчики приземлились там, где теперь уже город Петропавловск, район Северо-Восток».

Точное время падения обоих самолётов нам известно, потому что все подробности о подобных происшествиях, напомним, немедленно докладывались в Кремль. К тому времени Москва и Вашингтон уже наладили тайную передачу американских лётчиков с Камчатки на родину.

Вплоть до августа 1945 года официально под Ташкентом существовал лагерь для интернированных лётчиков из США – пока шла тяжелейшая борьба с гитлеровской Германией наша страна строго придерживалась внешнего нейтралитета в войне Америки и Японии. И всех спасшихся на Камчатке военнослужащих US Army небольшими группами на самолётах доставляли через бòльшую часть СССР в столицу советского Узбекистана. Оттуда их в полной секретности переправляли в Иран и передавали американским властям. Дипломаты США именовали эту операцию «контрабандой».

Такой путь с Камчатки занимал обычно несколько месяцев. Всё это время американцы находились под плотной охраной советских контрразведчиков, но, согласно воспоминаниям самих лётчиков, принимали их хорошо, всячески стараясь облегчить быт «пленников». Последняя группа из 36 спасённых американцев покинула Камчатку в конце июля 1945 года. Самолётами их доставили в Магадан, затем через Якутск в Иркутск и далее в Среднюю Азию. К тому времени Советский Союз открыто вступил в войну с Японией, и уже 24 августа последняя группа «камчатских» американцев была в Тегеране, откуда и направилась в США.

На родине все возвращённые с Камчатки американские лётчики подписывали строжайшие обязательства о неразглашении, они уже не возвращались в свои части, никто не должен был знать об их пребывании в СССР. Их документы были настолько засекречены, что по окончании войны у многих возникли сложности с подтверждением статуса ветеранов боевых действий. Этот статус дожившие получили только в 1986 году, когда правительство США официально рассекретило документы, касавшиеся спасения и пребывания американских летчиков на советском Дальнем Востоке в годы Второй мировой войны.

Впрочем, эти бюрократические трудности не шли ни в какие сравнения с возможной альтернативной Камчатскому «плену» – либо погибнуть в холодных водах северной части Тихого океана, либо оказаться в настоящем плену у японцев. Из всех американских лётчиков, кто был захвачен войсками Японии в районе Курил, посчастливилось выжить только одному. Бомбардировщик Б-25, на котором летал штурман Уильям Диксон, был подбит в небе над Парамуширом 9 сентября 1944 года. Двое членов экипажа погибли при ударе о воду, выживших четверых, включая Диксона, подобрали японские корабли.

Пленников долго держали голыми в пещере на Прамушире и ежедневно жестоко допрашивали. Позднее Уильям Диксон попал в концентрационный лагерь на Хоккайдо – к моменту окончания войны он был едва жив, не мог передвигаться и весил всего 40 килограммов. Никто из его товарищей, сбитых в небе над Пармуширом, в японском плену не выжил.

Погода защищает Курилы

Боевые действия против Курил вели не только авиация, но и флот США. Задолго до начала воздушных бомбардировок в Охотское море для удара по японцам направились американские подводные лодки. Первой из них стала S-31 под командованием лейтенанта-коммандера (примерно соответствует нашему званию капитана 3-го ранга) Роберта Зелларса.

Лодка, построенная еще в 1918 году, давно считалась устаревшей, американские моряки обычно назвали такие pigboat – «хрюшка». Но в начале войны с японцами в северной части Тихого океана у американцев не было новых субмарин, и 13 октября 1942 года старая «хрюшка» Роберта Зелларса отправилась в боевой поход к Курильским островам.

За восемь суток лодка прошла осенние штормовые воды от базы на алеутском острове Уналашка до курильских островов Парамушир и Шумшу. Близко подойти к побережью старая лодка не могла, так как на ней не было локатора, а точных карт отмелей и сложных течений в районе Курил американцы не имели.

Лишь через пять суток поиска противника в окрестностях Парамушира, в перископ заметили небольшое японское судно, стоявшее на якоре у южной оконечности острова, возле мыса, который японцы называли Сурибачи (современное имя – мыс Васильева). В утреннем тумане лодка почти час незаметно приближалась к японцам и в 9 часов 22 минуты 26 октября 1942 года дала залп двумя торпедами. Сухогруз «Кейзан Мару» пошёл на дно, став первым японским кораблём, потопленным возле Курильских островов в годы Второй мировой войны.