Убить Мертвых (ЛП) - Кадри Ричард - Страница 25

Мы выплываем из-за поворота, и пещера впереди открывается в освещённый сотнями факелов и свечей огромный мраморный зал. Это место прорезает дюжина других каналов, и в каждом есть по управляемой големом гондоле, провозящими гостей под арочными каменными мостами.

Существуют две знакомые мне Венеции, и одна из них — это отель в Вегасе. Другая — это пляж Лос-Анджелеса, на котором красивые девушки выгуливают своих собак, нося как можно меньше одежды, а мутантные куски загорелой постчеловеческой говядины потягивают ледяной стероидный латте и качают железо, пока их грудные мышцы не станут размером с «Фольксвагены». Эта Венеция чертовски далека от них. Это старая сказочная Венеция с Казановой, чумой и украденными костями Святого Марка, в том смысле, что это высококачественная худу-копия. Надеюсь, без чумы. Она не так велика, как настоящий город, и над нашими головами сводчатая крыша, так что мы, скорее всего, всё ещё находимся в части старой системы реки Лос-Анджелес.

Через каждые несколько метров есть причал с парой ведущих вверх от воды ступенек. Голем останавливается у одного из них, и мы с Люцифером выходим. Должно быть, здесь пара сотен человек. Людей и других существ. Известные Таящиеся и гражданские смеются и болтают с тяжеловесами Саб Роза. За спинами они могут дерьмово отзываться друг о друге, но если уж на то пошло, деньги — это единственная истинная раса, и все находящиеся здесь — цвета зелёных бумажек и высотой с горы.

Люцифер поправляет галстук и быстро окидывает меня взглядом, как будто с меня сталось бы переобуться в клоунские туфли во время лодочной прогулки. Он кивает и говорит: «Пойдём, выпьем».

Я слегка удивлён, что этот грёбаный абсолютный властелин, великий визирь и ночной управляющий ада может просто куда-то войти без того, чтобы нас атаковала толпа, как тогда в отеле. Но, конечно же, такие люди не делают ничего подобного, не так ли? Если бы по воде прогуливались Иисус, Джесси Джеймс[161] и стадо розовых роботов-единорогов, эта компания даже бы не взглянула. Интересно, Люцифер специально велел своему портному сшить мне слишком тесный, чтобы носить пистолет, пиджак, потому что меня так и подмывает начать палить для того, чтобы просто увидеть, подпрыгнет ли кто-нибудь.

Мимо проходит голем в белой форме официанта с подносом шампанского. Люцифер берёт один бокал и протягивает мне.

— Никакой нажираловки сегодня вечером. Ты на работе, так что можешь вежливо потягивать.

— Не беспокойся. Всем этим големам нужен хороший увлажняющий крем. Я не пью ничего, в чём могут оказаться чешуйки кожи покойника.

— Не волнуйся. Они все сертифицированы как гипоаллергенные.

— Кажется, я начинаю вспоминать, почему, блядь, ненавижу грёбаных Саб Роза.

Когда принёсший наши напитки ряженый труп отворачивается, он задевает моё плечо, и его поднос вместе с остальными напитками падает на землю. Несколько дюжин голов поворачиваются в нашу сторону. Итак, вот что требуется, чтобы привлечь их внимание. Пропавшее впустую бухло. Высокий грузный парень проталкивается сквозь толпу. Он крупный, но не толстый. Быть может, в какой-то бывшей жизни он был копом или боксёром. Он протягивает одну руку для рукопожатия, а другую кладёт Люциферу на плечо.

— Мистер Макхит, рад вас видеть. Пожалуйста, простите меня за этот беспорядок. Теперь, когда они столько популярны, так трудно найти по-настоящему хороших субнатуралов.

Люцифер тепло пожимает парню руку.

— Да не проблема, Саймон. Видел бы ты, с какого рода помощью мне приходится мириться дома.

Здоровяк смеётся. Не громким подхалимским лос-анджелесским смехом, а тихим расслабленным смешком. Его сердцебиение даже не особо участилось. Он явно слегка дунул, раз такой расслабленный рядом с Люцифером.

— Саймон, хочу познакомить тебя с моим коллегой. — Люцифер полуоборачивается ко мне, не сводя глаз с Просто Саймона. — Это Джеймс. Тебе он, скорее всего, известен как…

— Сэндмен Слим, — говорит Саймон. Он протягивает мне руку. Я пожимаю её, но ничего не говорю. Я не совсем уверен, какого рода поведения хочет от меня сегодня вечером Люцифер, но, полагаю, не яркого и жизнерадостного.

Люцифер улыбается.

— Джеймс, будь паинькой и поздоровайся.

— Привет.

— Я очень рад, что вы смогли прийти сегодня. Я так много слышал о вас, Джеймс. Или предпочитаете Сэндмена Слима?

— Старк. Просто Старк.

— Джеймс, это Саймон Ричи, глава студии, снимающей мой маленький фильм, — говорит Люцифер.

— Уже нашли кого-нибудь на роль его?

— Роль кого? — спрашивает Ричи.

Я киваю на Люцифера.

— Его. Вашу звезду. У вас уже есть Люцифер?

— Ещё нет. Вы, наверное, можете себе представить, какая это трудная роль.

— Без базара.

Я смотрю на Люцифера.

— Мистер Макхит, у вас в Даунтауне должно быть много актёров. Как насчёт Толстяка Арбакла[162]? Может, вы сможете отпустить его на насколько недель поработать?

— Какая интересная идея. И не подумаю.

Ричи смеётся и бросает на меня оценивающий взгляд, вероятно, гадая, действительно ли я тот монстр, о котором он слышал. Десять к одному, что до того, как пробиться в кинобизнес, он был лос-анджелесским полицейским. У него этот взгляд, который видит во всех виновных, пока не доказано обратное. Он хочет знать, настоящий ли я, или ещё одна голливудская декорация. Здорово. Это повышает вероятность того, что произойдёт какая-нибудь глупость, пока Люцифер в городе.

— Не желаете ли перекусить? Смею заверить, что в отличие от официантов, наши повара очень даже живые, и лучшие в городе.

— Спасибо, не нужно, — говорит Люцифер. — Думаю, мы просто погуляем и поздороваемся с несколькими людьми. Не желаешь присоединиться к нам?

— Сперва мне нужно потушить небольшой пожар. Наша новая импортная старлетка пошла в разнос. Нельзя позволять чехам бродить без присмотра. Они тут же организуют рабочих и устроят революцию.

— Знаешь, где Ян с Коралин?

— Вон там, в большом танцевальном зале, — отвечает Ричи, указывая направление через пару мостов. — Почему бы вам не пойти туда, а я вас догоню.

— Отлично, — говорит Люцифер. — Увидимся там.

Ричи протягивает мне руку.

— Приятно было познакомиться. Я бы как-нибудь с удовольствием порасспрашивал вас о ваших приключениях в подземном мире. Это может быть историей.

— Ну. Ладно.

Когда он уходит, я говорю:

— Если он позвонит, мне ведь не обязательно в самом деле говорить с ним?

Люцифер пожимает плечами и идёт дальше.

— Так было бы лучше. Если ты этого не сделаешь, это сделает кто-нибудь другой, и они всё переврут. Уж поверь мне. Я разбираюсь в таких вещах.

— Думаешь, они превратят меня в игрушку? Я бы хотел быть игрушкой.

— Только если она много болтает, и у неё нет выключателя.

Когда мы переходим через один из каменных мостов, я вижу кое-что забавное.

— Чёрт, я совсем забыл об этом.

— О чём.

— Вон там Элвис и Мэрилин Монро беседуют с какой-то пьяной блондинкой. Ненавижу всё это.

— Не будь таким предвзятым лишь потому, что это не твой тип развлечения.

— Людям не следует брать напрокат призраков для своих вечеринок. Призракам не следует иметь лучших агентов, чем живые люди.

— Никогда не думал, что ты такой пуританин, Джимми.

Эррол Флинн стоит на перилах моста и мочится в канал. Это ссыт всего лишь призрак, поэтому он не издаёт ни звука, но всё равно, когда заканчивает, получает взрыв аплодисментов.

— Чувак, этим богатым мудакам действительно нравятся покойники.

— Давай посчитаем. Большинство знаменитостей больше ценятся мёртвыми, чем когда-либо при жизни. Почему бы им не получить свою долю? В наше время почти у всех важных людей есть контракт на прекрасное голубое далёко. Они продолжают работать, и это отсрочивает то осуждение на вечные муки, которое, как знает большинство, ждёт их.