Греховная страсть - Шилд Кэт - Страница 4

Словно надсмехаясь над ней, тело пронзила очередная волна спазмов. Впервые она начала так страдать в возрасте пятнадцати лет. Испуганная большим количеством крови во время месячных, она решила проконсультироваться с доктором. Ей поставили диагноз и назначили медикаменты, которые снимали боль. Йога, массаж и акупунктура также помогали бороться с симптомами, но проблему это решить не могло.

Оливии необходима была операция.

Оливия не могла объяснить, почему так решительно отказывалась от этого, хотя неприятные ощущения не покидали ее. Мать Оливии умерла при родах. Так что она продолжала скрывать состояние своего здоровья ото всех, включая отца. Только ее личный секретарь Либби знала о том, как непереносимы подчас становились ее мучения. Она делала все возможное, чтобы оставить в тайне регулярные визиты к доктору, и придумывала отговорки в те дни, когда Оливия была не в силах подняться с постели.

Только год назад Оливия обнаружила связь между своей болезнью и бесплодием. Она решила пересмотреть свои методы борьбы с заболеванием. Если ей предстояло выйти замуж за состоятельного бизнесмена, политика или какого-нибудь аристократа, она бы смогла обсудить свое состояние с мужем. Но теперь, когда она была помолвлена с будущим королем, одной из ее первостепенных задач станет рождение наследника. Оливия сделала операцию и смогла прожить без боли почти год.

Испытывая нетерпение, Оливия отложила грелку в сторону и поднялась на ноги. Несмотря на столь поздний час, она не могла сомкнуть глаз. Ей вдруг захотелось на воздух, и прогулка в саду показалась прекрасной мыслью.

Она надела тонкое шерстяное мягкое платье с короткими рукавами и кожаные туфли на плоском каблуке. Ей не хотелось привлекать к себе лишнего внимания или ненароком разбудить кого-нибудь.

Комната, которую ей предоставили, находилась в противоположном крыле от комнат королевской семьи. Оливия прокралась по коридору на цыпочках, намереваясь пробраться в сад по лестнице в конце коридора. У нее не было достаточно времени, чтобы хорошенько изучить дворец, но об этом пути она узнала в самый первый день.

Когда Оливия достигла конца коридора, ей показалось, будто она услышала детский плач. Звук явно доносился откуда-то сверху. Она добралась до лестницы и снова прислушалась. Не прошло и минуты, как Оливия снова услышала детский плач. И теперь это был не единственный всхлип, слезы проливали двое.

В мгновение ока она изменила свои планы. Вместо сада Оливия поднялась на третий этаж. Теперь она могла слышать не только детский плач, но и нестройные сдержанные голоса взрослых, которые, по всей видимости, пытались успокоить их.

– Карина, Беттани, вернитесь немедленно! – Тишину нарушил топот детских ног. Испугавшись того, что на подобной скорости дети смогут добежать до лестницы и проделать бесславный путь вниз, Оливия опустилась на колени и раскинула руки в стороны. Малышки резко остановились. Обнявшись, они воззрились на незнакомку, широко распахнув глаза.

– Привет. – Оливия нежно улыбнулась. – Куда это вы собрались так поздно?

Две крошечные испуганные девочки были похожи как две капли воды – одинаковые платья, каштановые волосы, сверкающие зеленые глаза, блестящие на бледных лицах, по которым ручьями стекали слезы.

Оливии тотчас же захотелось обнять их, но она боялась еще сильнее расстроить малышей. Несмотря на то что всю свою жизнь она была лишена любви и заботы со стороны матери, это не помешало сформироваться сильному материнскому инстинкту. Доктора не раз предупреждали ее о том, что в случае ее окончательного отказа от операции она никогда не сможет иметь детей. Сейчас ей было почти физически больно смотреть на эти перепуганных крох.

– Лучше бы вам побыстрее научиться хорошо вести себя, или вас выкинут отсюда как пару ненужных ботинок. – Перед Оливией предстала незнакомая женщина.

Услышав эти слова, Оливия решительно поднялась на ноги. Девочки тотчас же спрятались за ней.

– Сейчас же замолчите. Они не сделали ничего, чтобы с ними так обращались.

Женщина застыла как вкопанная.

– Вы не представляете, сколько хлопот они доставляют, – пробормотала она онемевшими губами.

– На кого вы работаете?

Незнакомка посмотрела на Оливию с тревогой:

– Моя обязанность – присматривать за детьми.

– Это я уже поняла. Кто их родители?

– Их мать мертва.

Оливия вздохнула:

– Это ужасно.

Женщина ничего не сказала.

– Она на облаках, – вдруг сказала одна из девочек.

– Я имею острую необходимость переговорить с их отцом. Кто он?

– Меня наняли неделю назад. – Женщина смотрела на Оливию с открытой неприязнью.

– Что же, в таком случае вы не выполняете свою работу должным образом.

– Они избалованы и неуправляемы. Сейчас им необходимо быть в постели.

Сказав это, няня сделала решительный шаг вперед и протянула руки так, словно собиралась силой отнять детей у Оливии.

– Ты мне не нравишься! – Девочка уцепилась за юбку Оливии. – Я хочу домой.

Сама Оливия никогда не знала, как это – потерять мать в таком возрасте, ведь свою она не помнила вовсе. Тем не менее она глубоко сопереживала малышкам. Ей страшно хотелось обнять девочек, поддержать, но это были не ее дети.

Тяжело вздохнув, Оливия приняла решение отстраниться от ситуации. Сейчас она была обязана передать детей на попечение некомпетентной няни, чтобы она уложила их спать. Но уже утром она выяснит, кто их родители, и проинформирует о том, какой неподходящий выбор они сделали.

– Если я сделаю так, что эта злая женщина уйдет, – дети выглядывали из-под ее рук, словно птенцы, – вы вернетесь и ляжете спать?

– Нет.

По всей видимости, пока только одна из девочек могла уверенно говорить.

– Мы останемся с тобой.

– Хотите остаться на ночь у меня?

Девочки судорожно закивали.

– Об этом не может быть и речи! – решительно запротестовала няня.

– Еще как может. Вам же я предлагаю вернуться к себе и собрать вещи.

Только когда они втроем преодолели лестницу, Оливия подумала о том, что нужно послать кого-нибудь за детскими вещами. Ей также не терпелось поговорить с их отцом и узнать, какой человек мог так небрежно отнестись к подбору няни для своих детей.

Когда Оливия вернулась в свою спальню, то с удивлением обнаружила там горничную. Девушка, в свою очередь, с не меньшим ошеломлением взирала на необычную троицу. Несмотря на то что во дворце Оливии в первый же день представили ее собственную горничную, последнее, чего она ожидала, – увидеть ее у себя, убирающейся посреди ночи.

– Леди Дарси, я прибирала у вас…

– В три часа ночи?

– Я увидела свет у вас под дверью. Подумала, что, возможно, вам что-то потребуется.

Не желая устраивать скандал на глазах у девочек, Оливия внимательно вгляделась в лицо горничной. Она осталась довольна тем, что действительно узнала ее из сотни слуг, которые работали во дворце. На щеке у нее был небольшой шрам.

– Могли бы вы принести из кухни два стакана теплого молока для девочек?

– Ненавижу молоко, – резюмировала самая разговорчивая из девочек. – Мороженое.

Оливия живо вспомнила слова няни и мысленно пожала плечами. В конце концов она напомнила себе, что девочки не были ее детьми. Она могла побаловать их.

– Шоколадное?

– Да!

– И пожалуйста, захватите две порции мороженого.

– Конечно, леди Дарси.

Сделав книксен, девушка исчезла в дверном проеме.

Все силы вдруг покинули Оливию. Она тяжело опустилась на софу и похлопала рядом с собой:

– Почему бы нам не познакомиться? Меня зовут Оливия.

Дети слегка колебались, прежде чем приблизиться к ней. Она ободряюще улыбнулась:

– Присаживайтесь. Мороженое нужно будет подождать. Дворец очень большой.

Дети все еще держались за руки и молча разглядывали просторную комнату. Теперь, когда Оливия могла рассмотреть девочек, было сложно не заметить их фамильное сходство с семьей Алессандро. Малышки были крошечными копиями сестры Габриеля, Арианы, когда она сама была ребенком. Неужели девочки – их родственники? Оливия нахмурилась. Знакомство с Шерданой для нее включало ознакомление с довольно ветвистой родословной.