В космосе холодно (СИ) - Духовникова Евгения - Страница 73

— Что любопытно?

— На координаты посмотри. Это нейтральные территории… А что за рейс, кстати? Пассажирский?

— Написано, что пассажирский. Только кораблик почему-то слишком уж маленький, "Нэвис".

Через пять минут Сол уже забыла об этом диалоге, а вспомнила только на следующее утро, когда…

— Мисс Кеплер? Какая встреча.

Господин Метриус с невозмутимо-благожелательным видом протягивал ей руку.

— Счастливый день, — Сол ответила на рукопожатие, втайне надеясь, что Метриус не успел заметить тень тревоги и страха, мелькнувшую на её лице.

На космодроме Либера у шлюзов небольших кораблей не было разделения на пассажирские и служебные гейты: все двигались по одному коридору.

Пассажир. Летит на её "Нэвисе".

— Надеюсь, у вас всё в порядке?

— Да, — односложно ответила Сол.

Хорошо хоть, не добавил, что она "прекрасно выглядит". Впрочем, это было бы явной и грубой лестью; выглядит она в последнее время так себе: мешки под глазами от хронического недосыпа, да и волосы не то чтоб идеально причесаны.

— Славно, славно… — он задумчиво поскрёб переносицу. — Вот ведь дождь зарядил, а? Давно такого не видел в столице.

Пустые вопросы, заданные из вежливости, ничего не значащие реплики о погоде…

— А у вас как дела? — вдруг спросила Сол, неожиданно для себя самой резко меняя и тон, и смысловую нагрузку беседы. — Нашли доктора Легранта?

Мужчина сбился с шага. Однако когда он заговорил, голос его был абсолютно безэмоциональным. Как у морально устаревшего бортового компьютера.

— Пока ещё нет. Но у нас есть кое-какие зацепки.

— Рада за вас. — Проклятье, что она несёт?! Неужели нельзя было держать язык за зубами?! — Мне вообще кажется странным, что его до сих не обнаружили. Человек не иголка, все путешественники регистрируются…

— Ему помог сбежать его сын, — господин Метриус негромко усмехнулся. — Оказывается, он прима. Увы, это выяснилось слишком поздно.

Сол вздрогнула. Она уже тысячу раз пожалела, что завязала этот разговор. Теперь будет очень нелегко скрыть свою осведомлённость и заинтересованность.

— Прима? — с лёгким оттенком любопытства протянула она. — На-адо же. А мне он показался самым заурядным ребенком. Капризным, гиперактивным, надоедливым — и не более того.

— Что ж, в этом нет ничего удивительного, — Метриус как-то странно усмехнулся. — Люди частенько оказываются не теми, кем они видятся на первый взгляд.

Сол промычала в ответ что-то невразумительное.

Есть ли скрытый подтекст в его последней фразе?.. Неужели господин Метриус что-то прознал? Неужели он её всерьёз подозревает?

Да, она была осторожной и вроде бы нигде не наследила. Во всяком случае, ей искренне в это верится.

Сол на секунду представила, что будет, если вскроется вся правда: и о её связи с мафией, и о её участии в судьбе Жака, и о злополучном зонде… Страшно даже вообразить, что тогда произойдёт.

В кабину корабля она вошла в глубокой задумчивости. Всё было как на автомате: и предстартовая подготовка, и переговоры с диспетчерами космопорта. Словно в полусне она наблюдала, как пассажиры поднимаются на борт. Господин Метриус был уже внутри, а больше она никого не знала.

А в самом деле, кто все эти люди? Ведут себя так, будто хорошо знакомы друг с другом, но при этом не близкие друзья и вообще не друзья — скорее, коллеги или сослуживцы.

Да и рейс этот… Самый обычный рейс, абсолютно рядовой. С ним превосходно справился бы любой пилот. Прима-пилот на таком рейсе выглядел как совершенно неоправданное расточительство.

Вот только жизненный опыт подсказывал: на всё есть своя причина. И если перевозчик раскошелился на приму, да еще и исхитрился добиться, чтобы рейс впихнули в расписание как внеочередной, значит, не всё так просто.

Кстати, кто перевозчик?.. Сол заглянула в планшет, но в соответствующей графе значилось только коротенькое "гос".

Ага. Государственный рейс.

— "Нэвис", пятиминутная готовность, — подал голос динамик. — Прошу подтверждения.

Сол вздрогнула. Уселась в кресло, надела наушники.

— "Нэвис" к вылету готов.

Станция с романтичным и небанальным названием оказалась к тому же весьма оригинальной по конструкции. Четыре здоровенных "луча", растущих из довольно компактного центра, действительно слегка напоминали лопасти ветряной мельницы. Посадочной палубы на "Молендине" предусмотрено не было, и Сол пришлось стыковать корабль в отверстие гибкого гофрированного рукава, тянущегося в недра станции.

Разблокировав пассажирский салон, Сол зевнула и устало откинулась в кресле. На ближайшие четыре часа она абсолютно свободна. Потом — путь обратно.

Она не очень любила такие вот "окна" между рейсами, когда приходилось ждать вылета по несколько часов, а то и целый день. Особенно если учесть, что она за штурвалом Раккуна — казённого корабля Гильдии, не закреплённого за каким-то конкретным пилотом. С Вольтурисом можно было бы устроить весёлую пикировку, а с "общественным" кораблём особо откровенничать не хотелось.

Пойти поболтать с пилотами, что ли? Она колебалась недолго: всё лучше, чем скучать в одиночестве, будучи предоставленной собственным мыслям. Прихватив сушёные бананы, упаковку профитролей и термос с горячим кофе, Сол отправилась на поиски коллег. Долго искать не пришлось: почти сразу же её окликнули.

— Сол Кеплер?

— Мы знакомы? — она обернулась на зов.

— Шу́тите? — пилот, назвавший её по имени, засмеялся. Его смуглая кожа, миндалевидные глаза и иссиня-чёрные волосы выдавали в нём иноземца. — Вы — прима из Девятой префектуры?

— Да…

— А я — из седьмой, — он панибратски хлопнул её по плечу и тут же представился: — Цвельд. Идём.

В комнате, куда привел её Цвельд, яблоку было негде упасть; впрочем, несмотря на тесноту, их появление пилоты встретили с неподдельным энтузиазмом. Как-то сам собой организовался стол, на который Сол добавила свою нехитрую снедь. Каких-то серьёзных разносолов здесь не наблюдалось — в основном в роли снеди выступали орехи, сухофрукты, печенье и прочие сладости. Горячительных напитков также не имелось: всем им в скором времени предстоял обратный рейс, что не способствовало активным возлияниям, а термос с кофе или чаем был у каждого свой.

Их появление, похоже, прервало оживлённую беседу, однако почти сразу разговор возобновился. Несмотря на то, что Сол была единственной девушкой в этой компании, на неё обращали внимания не больше и не меньше чем обычно; впрочем, пары любопытных (и парочки откровенно заигрывающих) взглядов её все же удостоили.

Сол, в свою очередь, оглядела собравшихся. Все — прима-пилоты, все из разных префектур. Знакомых среди них не нашлось.

Что же это за собрание, на которое слетелись корабли со всех концов Вселенной? И что на нём делает её старый знакомый из гвардии безопасности?..

Прислушавшись к разговору, Сол поняла, что пилоты или ни о чём не подозревают, или им это просто неинтересно, или они не считают уместным обсуждать подобные вещи.

Скорее, последнее.

Девушка украдкой обернулась на приоткрытую дверь. Решение было принято мгновенно.

Неслышно выскользнув в коридор, она огляделась по сторонам. К счастью, вокруг никого не было.

Сол медленно пошла вперёд — с такой скоростью, чтобы в случае чего сделать круглые невинные глаза и со слегка смущённой улыбкой спросить про туалет. Она шла туда, куда вёл её случай: ни стре́лок, ни указателей здесь не было. Очевидно только, что она в одной из "лопастей" мельницы. Знать бы ещё, куда идти…

Примерно с четверть часа она бродила по пустынным коридорам станции, периодически попадая в невесомость: искусственная гравитация станции была нестабильна и в некоторых местах падала почти до нуля: тогда Сол взмывала в воздух, цеплялась за поручни и, перебирая руками, продвигалась вперёд.