Алчущий силы - 3 (СИ) - Бобков Владислав Андреевич - Страница 41

С каждым же новым уровнем в глубины убежища, все начинало приобретать какой-то мистический ореол. Словно Макс с грешной душой в виде Фена решил спуститься в самые глубины ада Данте, попутно наблюдая за страданиями грешников.

А может, Зимин потихоньку сходил с ума от творившейся вокруг жести.

Чего стоили хотя бы расправы обозленных мятежников над пойманными аристократами. Один раз Макс и его подопечный вышли как раз к такой процедуре.

Радостно улюлюкавшие рабочие распнули нескольких богато одетых господ, всячески извращаясь в игре под названием: «как доставить кое-кому максимум боли и при этом не убить».

Хотя богатыми они выглядели раньше. Сейчас же это были одетые в рванье визжащие от боли окровавленные куски людей, которые искренне желали избавления, пускай и вечного.

Глуп тот, кто считает, что пытки при сильной воле можно выдержать. Если палач не хочет, чтобы жертва умерла и знает, как это сделать, то надежды попросту нет.

Так, парочке человек вбивали в руки и ноги железки похожие на железнодорожные костыли.

Истязаемые плакали, кричали и умоляли остановиться или даже просто убить их, но мучители были непреклонны.

Грязные, осунувшиеся лица, подергивающиеся руки и лихорадочные глаза.

Эти люди знали, что скоро умрут. Через время все убежище заполнили завывания системы оповещения, раз за разом повторяющие о вторжении в убежище демонических орд.

Вечный голод, болезни, наплевательское отношение к их жизням и здоровью — эти люди пережили слишком и слишком многое, чтобы еще оставаться людьми. А страх смерти окончательно убил в них то немногое за что они еще держались.

Появление Зимина с Феном не прошло незамеченным. И если Макс в своем полуголом виде особо не привлек внимание, то Хеймуда каким-то образом узнали и возжелали забить и в его ноги костыли.

— Стоять! — рявкнул Макс, доставая пистолет. Но, видя лица приближающихся людей, среди которых были как женщины, так и мужчины, Зимин знал, что они не отступят. Им просто незачем, ведь так и так они скоро умрут.

А смерть от пули намного предпочтительнее гибели в лапах демона. В последнем случае нет даже тени шанса избежать попадания в демоническую утробу с последующими веками пыток.

Да, душа бессмертна. Точнее бессмертно ее ядро, но за бесчисленные перерождения — это ядро, словно сердцевина дерева, опутывается кольцами прошлых жизней.

Демоны переваривают это напыление, причиняя душе невыносимые страдания. Настолько невыносимые, что рано или поздно сбежавшие ядра, в будущих перерождениях несут в себе эту боль.

И Макс поднял тяжелый пистолет, направив широкий раструб дула в сторону приближающихся людей.

Выстрел! Выстрел! Выстрел!

Рукоять артефакта приятно толкалась в ладонь, будто требуя еще и еще. Каждая вспышка выстрела в полутьме освещала будто бы высеченное из камня лицо Зимина. Он отказался от костяной маски, чтобы его случайно не приняли за демона.

Почему-то не был криков. А, возможно, память Зимина их просто не сохранила.

Он помнил лишь свои выстрелы, которыми он с удивительной точность, истреблял ничего не сделавших ему людей.

Артефакт же работал выше всяких похвал.

Каждый энергетический снаряд не только пробивал не одетую в броню цель, но и отбрасывал мертвое тело на идущих позади, затрудняя движение вперед и замедляя порядки. А иной раз светящийся желтым шарик прошивал сразу два или даже три тела за раз, сея настоящее опустошение.

Все закончилось относительно быстро. Вот вперед идут те, кто выбрал смерть, а не стояние на коленях, а будто в следующую секунду Макс опустошенно опускает пистолет, из которого вверх поднимается сероватая струйка дыма.

Индикатор заряда артефакта весело показывал, что он мало того, что полный, так еще и перегрев орудия в пределах нормы.

«Стреляй хозяин. Я готов убивать. Только нажми на курок». — словно бы шептал пистолет: «Посмотри сколько вокруг целей и всех них мы можем…»

Макс яростно затряс головой, будто вытряхивая из них проклятые мысли.

— С-сучьи демоны, — буркнул он, попутно подзатыльником выбивая стоявшего рядом Хеймуда из того же состояния. — Явно уже пожаловал кто-то и высшего состава. Только они могут с такого расстояния и через весь бетон и камень так проходиться по мозгам.

Наука Алекса Вульфса давала о себе знать. Чернокнижник потратил немало времени расписывая особо часто встречающиеся типы демонов, их силы и слабости. Конечно, влиянием на разум еще особо отличались суккубы, но им требовалось находиться рядом с жертвой.

— Спускаемся дальше. Сколько еще осталось уровней? Понастроили, блин. — выразил недовольство Макс, которому уже надоел этот бесконечный адский спуск.

— Еще три уровня и будем на месте. — Фен держался за голову. Мысли плыли и в отличие от Макса, который имел к человеческой физиологии уже довольно далекое отношение, ему было намного труднее сопротивляться демоническому влиянию.

Оставшиеся три уровня не показали ничего нового за исключением, так называемого, пира во время чумы.

Так как нижние уровни были куда богаче верхних и сражения до них еще не докатились, то местная элита, а, впрочем, и их охранники, осознав, что им вскоре настанет очевидный конец, ударились во все тяжкие.

Что только Зимин за это время не видел.

Упивавшихся до рвоты самым дорогим алкоголем женщин и мужчин. Жрущих как не в себя толстяков, которые в какой-то момент невольно отрыгивали съеденное, чтобы тут же тянуться за новыми кусками. Помещения и коридоры заполненные ядовитым, наркотическим дымом и валяющиеся то тут, то там укурки с передозировкой.

Некоторые отдавали душу в корчах прямо на глазах Зимина, плюясь и захлебываясь пузырящейся белой пеной.

Умереть в наркотическом угаре некоторым из них показалось лучшим выходом.

А уж разнузданные, кровавые оргии, зачастую даже с животными, в которых трудно определить кому принадлежит рука или нога вообще будут сниться ему в кошмарах.

Всюду слышался смех и плач, стоны и крики. Страдания и удовольствие так тесно перемешались в этом месте, что их уже нельзя было разъединить.

Спуск же в глубины продолжался.

Можно было сказать, что во всем виновата демоническая скверна, но Макс знал, что это была лишь полуправда — вся эта грязь уже была в этих людях. Им требовался лишь маленький толчок, чтобы с головой ухнуть в пучину столь упоительного хаоса.

Бывало Макса и Фена звали присоединиться к тем или иным тусовкам. Иной раз даже пытались сделать это насильно.

Где можно землянин отделываться зуботычинами и затрещинами, откидывая особо рьяных безумцев.

Иногда же приходилось вновь использовать пистолет, буквально прожигая себе путь вниз.

В какой-то момент Макс понял, что жмет на курок почти автоматически, не испытывая никаких чувств или сожалений. Просто препятствия, которые нужно как можно быстрее убрать.

Оскаленные размалеванные лица смешались в непрекращающуюся какофонию, где уже невозможно различить где женщины, а где мужчины.

Иногда Фена Хеймуда узнавали, учитывая же, что о готовящемся караване знали на самом верху, некоторые из местных изъявляли желание присоединится к их компании.

Макс был не против, но сразу говорил, что никого защищать не будет и это исключительно их забота.

Даже до самых нижних этажей за это время добрались некоторые отряды мятежников и демонов.

Охранять еще пару десятков человек Безумный просто бы не смог.

Именно поэтому некоторые, посылая проклятья вновь возвращались в свои «безопасные» убежища, надеясь еще немного покутить.

Таким образом, к каравану добрались всего лишь пятеро сопровождающих. Причем, четыре из них, судя по одетой форме, были из охраны. Пятая же, довольно миловидная аристократка, усиленно жалась к одному из бойцов.

Как говорится, в сложной жизненной ситуации не до приличий и аристократической гордости.

Самый низ встретил «товарищей» громовой канонадой. Осторожно оценив обстановку, стало ясно, что здесь насмерть сцепился отряд мятежников, который прошел по тайному ходу, и охрана каравана.