Моя Королева (СИ) - Грей Дана "Dinsy Day" - Страница 2

– Эм… Привет. Как ты? Э-э… я имею в виду, как твои дела? Извини… Как поживаешь?

Мило. Очень мило, Натали. Не могла придумать, что нибудь получше.

Он прищуривается, но ничего не отвечает. Я замечаю его корону и протягиваю руку, чтобы потрогать ее.

– Ты, должно быть, тот самый король, о котором они говорили. Хорошая корона. И в самом деле это похоже на настоящее золото.

Не говоря ни слова, он отталкивает меня, одной рукой защищая свою корону. Я отшатываюсь назад, почти падая снова.

Я свирепо смотрю на него.

– Эй!

– Ты кто такая? – Спрашивает парень серьезным и немного… злым голосом?

– Послушай, – говорю я как можно спокойнее, – мне нужно в больницу, повидаться с семьей. Не мог бы ты одолжить мне свой телефон?

– Тебе нужен мой… т-телефон? – Он заикается на слове "телефон", как будто никогда раньше его не слышал.

Я закатываю глаза.

– Серьезно, что не так с людьми здесь?

Я щипаю себя за руку. Кажется это не сон?

– Ваше Королевское Высочество! – Группа дам в таких же белых платьях и фартуках, как и та женщина, которую я видел раньше, спешит ко мне. Они набрасывают мне на плечи мерцающую серебристую шаль и в ужасе смотрят на мою босую левую ногу.

– Принцесса! Прикройте свою ногу! – почти кричит одна из них.

Парень вдруг заливается смехом. Он поворачивается ко мне:

– Ты королевская принцесса, Екатерина Шотландская?

– Что? Нет!

– Принцесса Шотландии бежит по коридору в ночной рубашке и с ужасными волосами, – хихикает он.

Я провожу рукой по волосам, защищаясь:

– Мои волосы выглядят прекрасно! И я не принцесса. Я Натали Ридс. Ты когда-нибудь смотрел "Сумерки"?

Он выглядит смущенным. Хорошо… Может быть, он не увлекается подростковыми романами. – Может какие нибудь другие фильмы или сериалы? Я снималась в "Потусторонних".

– Хммм… – Он хмуро смотрит на меня, не отвечая. Наклонившись, парень хватает меня за волосы и накручивает их на палец. При этом его нос задевает мой.

Я резко вдыхаю, чувствуя, как мои щеки горят, когда я замечаю, что наши губы находятся всего в нескольких дюймах друг от друга.

Он ухмыляется, поглаживая меня по щеке.

– Такая красавица. Жаль, что ты не в своем уме…

Я таращусь на него. Он только что назвал меня сумасшедшей?

– Что ты ска…

– КЭТРИН СТЮАРТ! – Гремит громкий мужской голос. – ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?

Мы с парнем резко оборачиваемся. Круглолицый мужчина, покрытый дорогим мехом, и дама в огромном красном платье идут к нам, оба они выглядят очень сердитыми.

– Мне очень жаль, король Эдуард, – извиняется мужчина, прежде чем впиться в меня взглядом. – Моя дочь в последнее время неважно себя чувствует. Если вы хотите познакомиться с другими моими дочерьми, то…

– Нет, – обрывает его парень, пристально глядя на меня, – это та девушка, на которой я хочу жениться.

3. Дневник

– Мне очень жаль, король Эдуард, извиняется мужчина, прежде чем посмотреть на меня. – Моя дочь в последнее время плохо себя чувствует. Если вы хотите познакомиться с кем-нибудь из моих других дочерей, это было бы замечательно.

– Нет, – обрывает его парень, пристально смотря меня, – это та девушка, на которой я хочу жениться.

– ЧТО? Подождите, подождите, – я поднимаю руки, – может быть, кто-нибудь объяснит мне, что, черт возьми, происходит?

– Молчи, Кэтрин! – Мужчина рычит, хватая меня за руку. – Мари, отведи нашу дочь в ее покои. Сейчас же.

Тяжело вздохнув, дама берет меня за руку и тащит прочь.

– Подождите! – Кричу я через плечо двум мужчинам: – Пожалуйста, одолжите мне телефон! Ну же! Мне просто нужно позвонить маме!

Мужчина смотрит на меня со смесью ужаса и замешательства на лице, в то время как парень просто ухмыляется.

– Кэтрин, что с тобой происходит? – Мягко спрашивает дама, беря мои руки в свои, когда мы сидим бок о бок на кровати, в которой я проснулась.

– А ты кто такая? – Шепчу я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Я так запуталась.

– Я твоя мать.

– Нет, – я крепко зажмуриваюсь, – я тебя не знаю…

Дама вздыхает, похлопывая меня по руке. – Элизабет, – зовет она, – Помоги мне с твоей сестрой!

– У меня нет сестры, – бормочу я.

Девушка в зеленом платье, которую я видела раньше, садится рядом со мной. Она бросает взгляд на мою "мать":

– Она ничего не помнит?

– Да, – шепчет моя "мать", – но ни слова об этом слугам. Мы не можем позволь этому выйти наружу. Она, наша наследница престола.

– Конечно, мама, – моя "сестра" берет с прикроватной тумбочки блокнот в кожаном переплете и протягивает мне. – вот твой дневник.

Я провожу пальцами по цветам, вырезанным на толстой золотой обложке книги, и осторожно открываю ее, передо мной пожелтевшие страницы, покрытые изящным почерком.

– Это не мой дневник.

Девушка сжимает мою руку:

– Он твой. В него ты все записываешь, – она встает, и ее зеленое платье раздувается вокруг нас. – Мама, давай оставим ее одну.

В последний раз похлопал меня по спине, они вдвоем выходят из комнаты. Я открываю дневник на последней записи.

Отец сказал мне, что король Эдуард хочет просить моей руки. Сегодня мы видели его портрет. Элизабет считает его красивым, и я с ней полностью согласна. Этот брак… он выгоден Шотландии, но я не могу этого сделать. Я просто не могу продолжать плясать под дудку своего отца. Этого союза никогда не будет. Я позабочусь об этом.

Я захлопываю дневник. Что это за розыгрыш такой? Когда я оглядываю комнату, ноющее чувство внизу живота распространяется по всему телу. Похоже, здесь живет настоящая девушка. Вдоль стен наполовину законченные картины. Драгоценности, туфли и платья разбросаны по всей комнате, как будто кто-то очень торопливо собирал вещи. Я бегло просматриваю дневник, отмечая, насколько подробна и подлинна каждая запись.

А что, если… что, если это не розыгрыш? Что, если это правда? Что, если я каким-то образом поменялась местами с этой принцессой?

– Нет-нет, неееет, – я отбрасываю дневник в сторону и уже собираюсь выбежать на улицу, когда понимаю, что все еще нахожусь в ночной рубашке. Наугад схватив синее платье из беспорядка на полу, я переодеваюсь в него. Удивительно, но он идеально мне подходит.

Не в силах устоять, я целую минуту любуюсь платьем перед длинным зеркалом.

Оно спадает с плеча и расшито серебряными розами и бусами из идеально круглых жемчужин. Так же достаточно длинное, чтобы прикрыть ноги, поэтому в этот раз я решаю не надевать каблуки.

Выйдя в коридор, я замечаю картину, которая выглядит до жути знакомой. Подойдя ближе и разглядывая девушку на картине, я задыхаюсь.

– Это… – я провожу пальцем по лицу девушки, – это я.

На девушке розовое атласное платье и бриллиантовая диадема. Она улыбается, и ее лицо выглядит точно так же, как мое.

– О боже, – шепчу я, чувствуя, как по телу пробегает дрожь, – это, должно быть, Кэтрин.

С головокружением я поворачиваюсь и бегу по коридору, вниз по нескольким сотням лестничных пролетов и во двор. Я падаю на траву, тяжело дыша.

Мое тело неподвижно, но вопросы продолжают проноситься в голове.

Если я здесь, то что случилось с настоящей Кэтрин? Неужели она в больнице с мамой и братом?

4. Нападение

– Ты в порядке? – голос рядом с моим ухом заставляет меня вскрикнуть. Я резко поворачиваюсь и оказываюсь лицом к лицу с парнем, которого видела раньше. Он хмурится. – Что случилось? Ты расстроена, потому что выходишь за меня замуж?

– Нет, дело не в этом, – вздыхаю я. – я даже не знаю тебя…

– Да ладно тебе, – сухо смеется он. – Ты, должно быть, слышала все эти слухи. Я сумасшедший, хладнокровный монстр, который проводит свое свободное время, убивая протестантов. Очевидно, мои противники-протестанты называют меня по имени-кровавый Эдуард.