Анжелика Против Террора (СИ) - Гурвич Владимир Моисеевич - Страница 115

  Вольпин едва заметно улыбнулся. Хотя ей показалось, что улыбка ему далась не без усилий.

  - Когда я женился на тебе, я ничуть не сомневался, что мне предстоит пережить много не простых минут. Правда, действительность оказалась на несколько порядков суровей. Но я ни о чем не жалею. Разве только о том, что ты не так много времени проводишь с нашими детьми.

  - Ты даже не представляешь, как я хочу домой.

  - Надеюсь, через несколько дней мы там окажемся. - Вольпин вдруг как-то странно посмотрел на жену. - А сейчас ты хочешь уйти?

  Анжелика покачала головой.

  - Я слишком о тебе соскучилась, чтобы сейчас уходить от тебя.

  Глава 40

  Анжелика и Вольпин проснулись от громких звуков, которые раздавались вокруг. Быстро одевшись, они вышли из своей комнаты.

  Приятную новость они узнали почти сразу, вернулся Рамзан целым и невредимым. Обрадованная Анжелика устремилась в дом и почти наткнулась на него. Не думая ни о чем, она повисла на его шее и поцеловала. Этот совсем молодой парень спас всем их жизнь, и она чувствовала по отношению к нему безмерную благодарность.

  Но радость быстро сменилась грустью, выяснилось, что вместе с Рамзаном вернулись всего трое, остальные навечно остались в горах.

  Впрочем, был еще один неприятный момент. Анжелика понимала, что ей необходимо объясниться с Мамонтовым. С того самого момента, когда неожиданно появился муж, он держался по отношению к ней отчужденно. И это угнетало ее.

  Она сама подошла к нему.

  - Нам надо поговорить.

  Он пожал плечами.

  - Разве и так все не ясно. Он твой муж.

  - Да, мой муж, и отец моих детей. И я никогда не скрывала от тебя, что люблю его.

  - Но ты любила и меня. По крайней мере, так мне говорила.

  - Неужели ты сомневался?

  Он ответил не сразу.

  - Нет. Но ведь так не бывает! - воскликнул он.

  - Только так и должно быть!

  - Прости, может быть, я ретроград, но мне это не понятно.

  Анжелика тихонько вздохнула, Игорю не надо было всего этого объяснять. Он понимает, что любовь потому и является вечным чувством, что постоянно требует обновления.

  - Я знаю, ты потом все поймешь, когда утихнет обида. А сейчас мне надо домой, к детям.

  - А что будет с нами?

  - Пусть решит время. Оно мудрее нас. Но ты знай, я тебе за все безмерно благодарна. Но я хочу быть честной с тобой, у меня такое чувство, что закончился еще один этап моей жизни. И с этим ничего не поделаешь.

  - Все равно я буду тебя ждать.

  - Это твое право. Но моя любовь к тебе была и остается настоящей.

  - Я знаю, ты все делаешь по настоящему.

  - Я рада, что ты это понял.

  Она подошла к нему, обняла, и они поцеловались долгим поцелуем.

  Их отъезд был назначен через три дня. Путь был выбран весьма извилистый, они хотели разминуться и многочисленными вооруженными, неизвестно кому подчиняющими отрядами, и с войсками коалиции. Их задача заключалась в том, чтобы добраться до Пакистана, оттуда вылететь в Европу, и лишь только потом отправиться в Россию. Неожиданно решение вернуться на Родину принял и Мамонтов. Анжелика понимала, что он это делает в первую очередь из-за нее, и не знала радоваться этому обстоятельству или огорчаться. После появления Игоря что-то изменилось в ее отношение к нему, она постепенно начала возвращаться в семью, из которой почти что бежала. Но не потому, что была в семейной жизни несчастна, а потому, что почувствовала зов чего-то нового и неведомого. И сейчас, вдосталь удовлетворив это чувство, ей с каждым днем все сильнее хотелось вернуться домой, снова войти в спокойную реку прежнего существования. Надолго ли? Этого она не знала, да и сейчас не очень хотела знать.

  Отношения мужа с Мамонтовым оставались прохладными, они не ссорились, разговаривали вполне мирно и корректно, но вот только старались это делать как можно реже. Зато с Энрю Чамберсом Вольпин неожиданно почти подружился, хотя тот ничуть не скрывал свою влюбленность в Анжелику. Он подтвердил, что дарит ей за свое спасение свою виллу на атлантическом побережье США, и обещал тут же начать юридическую процедуру оформления, как только они, по его выражению, "доберутся до цивилизованных мест".

  Кто вел себя более чем странно, так это профессор Аслунд. Он не скрывал, что по отношению к своим спасителям из плена, испытывает если не враждебность, то по крайней мере не доброжелательность. А однажды он даже произнес фразу, из которой стало ясно, что он сожалеет, что его освободили и что он хотел бы продолжить свои опыты.

  Это высказывание сильно обеспокоило Вольпина.

  - Этому человеку явно хочется продолжить свои эксперименты, и ему наплевать, кто и как ими воспользуется, - сказал он Анжелики. - Ему важен только результат его опытом, а потом хоть всемирный потом. Пока мы его будем доставлять в Европу, он может выкинуть какой-нибудь фортель и сбежать. И ищи его тогда.

  - Что же ты предлагаешь? - спросила Анжелика.

  - Его нужно сдать нашим резидентам здесь, пусть они заботятся о профессоре. У них гораздо больше возможностей переправить его туда, куда следует. Я уже связался с нашими агентами тут. И завтра отвезу его.