Наёмник (СИ) - Булавин Иван - Страница 42

  А ещё через пару часов восстановятся маги, что означает для нас окончательный разгром. Но пока мы терпели. Наконец, спустя ещё полчаса, со стороны вражеского лагеря в нашу сторону снова направилась конница короля. Бросилось в глаза, что едут они медленно, практически шагом. О чём это говорит? Взяли с собой магов? Или задумали какой-то особо хитрый манёвр? Или?..

  Снова прогремела команда. В голосе капитанов чувствовалась смертельная усталость. Я, как смог громко, продублировал команду. Передние шеренги снова вышли вперёд, упирая в землю концы пик. С ними шагнул и я. Сержанту не полагалось, да только потери вынудили меня сместиться вперёд. Закинув меч за спину, я взял в руки пику, что мне передали из задних рядов, и опустился на колено. Вот и мой черёд настал. Сейчас.

  Но королевская конница, что уже взяла разгон, вдруг замедлилась, а потом и вовсе остановилась на расстоянии полусотни шагов от нас. Капитаны выкрикнули команду арбалетчикам, чтобы те не стреляли. Они послушно опустили арбалеты. Некоторое время мы стояли и ждали, противник решил устроить переговоры? Предложат сдаться?

  Минут через десять из рядов конницы выехало несколько роскошно экипированных всадников, среди которых особенно выделялся один. На белом коне, в дорогом доспехе, где позолота скрывала сталь, а на шлеме красовались страусиные (наверно) перья. Подъехав к нашему строю на расстояние вытянутой пики, они остановились, а тот самый, что был так роскошно одет, снял с головы шлем. Я увидел мужчину лет тридцати, с худощавым лицом, коротко стрижеными волосами и короткой бородой. Лицо его было, что называется, породистым. Такого хоть в лохмотья переодень, и то видно будет, что аристократ голубых кровей. Надо полагать, это либо сам король Этельред, либо кто-то из его ближайших родственников. Некоторое время он молча оглядывал нас, после чего второй рыцарь, тоже сняв с головы шлем, громко прокричал:

  - Мне нужен главный. Есть тут кто-то, кто отдаёт приказы?

  В рядах послышалось шевеление. Старого Эда с нами, разумеется, не было. Уехал никем не замеченный задолго до начала битвы. Хитрый лис не собирался подставляться. Поэтому на разговор с королём вышли два капитана. Первым был наш Ромеро, который немного пошатывался при ходьбе, доспехи были залиты кровью, непонятно только, своей или чужой, половина лица обожжена до волдырей, а на кирасе были сквозные отметины, словно какой-то зверь драл его лапой с титановыми когтями. Второго я не помнил по имени, это был высокий упитанный человек, уже немолодой, с гладко выбритым лицом, которое также было залито кровью, и кустистыми седыми бровями.

  Оба они нетвёрдой походкой подошли к королю. Тот ради такого дела (неслыханно) спешился. Некоторое время они молча разглядывали друг друга. Потом король неторопливо произнёс:

  - С кем имею честь говорить?

  Произнесено это было без всякой издёвки. Наоборот, в голосе короля чувствовалось уважение к собеседникам.

  - Капитан Ромеро, - усталым голосом представился наш командир. - Командую четвёртой ротой.

  - Капитан Валент, - представился второй. - Командую восьмой ротой. Есть и остальные, но сейчас вы можете говорить с нами, мы примем решение.

  - А где же ваш славный господин де Шаббат? - король улыбнулся.

  - Его здесь нет, - честно ответил Ромеро.

  Капитан не стал вдаваться в подробности и говорить, что главный кондотьер действительно уехал за неделю до битвы.

  - А он далеко не дурак, - кивнул король и представился сам. - Я - король Этельред, титулы перечислять здесь не вижу смысла, да вы их сами знаете.

  - Мы слушаем ваше предложение, - сказал Ромеро.

  - А предложение моё звучит просто. Скажите, за что вы сейчас сражаетесь?

  - Как всегда, - грустно ответил Валент. - За свою жизнь и за чужое золото.

  - Сначала поговорим о золоте, - король, продолжая улыбаться, повернулся к своей свите. - Марк, покажи им.

  Один из спутников короля, спрыгнув с лошади, держал в руках объёмистый мешок. Встав перед ними, он вытряхнул содержимое на землю. Там, как я и ожидал, лежали отрубленные человеческие головы. Я прекрасно разглядел герцога Томмена, а с ним были несколько его ближайших сподвижников. Король не стал брать пленных. Не тот случай.

  - Как видите, ваших нанимателей более нет в живых, никто вам не заплатит, поэтому золото мы отметаем. Теперь о жизни. Жизнь вашу я бы забрал себе, даже, скажу прямо, сделал бы это с великим удовольствием. Я слишком зол на вас, мои потери слишком велики, причём, большей частью по вашей вине. Десятки благородных семейств недосчитались своих сыновей. Но вы, не буду этого скрывать, меня удивили, своей стойкостью и боевой выучкой. Встаёт закономерный вопрос: во что мне обойдётся ваше полное уничтожение? Думаю, это будет недёшево, даже с использованием магов.

  - Мы не сдаёмся, - напомнил Ромеро, - таковы наши традиции.

  Ага, подумал я, спасибо за ваше предложение, но мы - испанская пехота. Где-то я это уже слышал, и закончилось там всё плохо.

  - А что будет, если мы просто уйдём, оставив вас здесь? - спросил король.

  - Мы вернёмся к себе, - не задумываясь ответил Ромеро.

  - А по дороге будете грабить и убивать моих подданных, добывая себе пропитание, - добавил король. - Меня это не устраивает.

  Оба капитана промолчали.

  - Вы, наверное, знаете, что на троне я всего пять лет, - продолжал король, - но подданные уже стали называть меня Этельред Разумный. Догадываетесь, почему? Именно, потому, что я всегда и везде вижу практическую пользу. И теперь передо мной стоит сила. Сила, которая очень много значит на поле битвы. А у меня, в моём войске, произошла немалая убыль. Теперь мне трудно будет вести войны с соседями. Во что обходится один пехотинец?

  - Три талера в месяц, на войне - пять талеров, - не раздумывая ответил Валент, уже понимая, к чему клонит король.

  Монарх быстро произвёл подсчёты в уме.