Рыжий дракон: Рождённая пылать (СИ) - Савченко Лена - Страница 42

Я стояла, не в силах ни броситься прочь, ни оторвать взгляда от отрубленной головы. Не понимала что происходит, что чувствую и как вообще сейчас реагировать. То ли подохнуть в попытке перебить всех присутствующих, отправив к предкам каждого, а кто успеет сбежать - позже найти по запаху, то ли просто развернутся и уйти.

Чертова Марва была права. И не в помыслах, а на счет меня. Если не моя слабохарактерность, тень не заняла бы мое тело, я бы смогла убедить парней помочь ранэ. А сейчас было поздно. Вообще для всего поздно. Стоило не тратить время, а бежать сразу сюда. Мысли проносились в голове, обрывочные, они не задерживались ни на секунду. Когда я тенью скользила по ночному лесу Трансиона, было проще. Чертовски проще. Наверное потому, что вместо со мной жила надежда, а теперь она умерла вместе с ней.

Лучше бы я сгнила в подвале Асгарда.

Отняв трясущиеся руки от лица я наблюдала за тем, как дракон отбрасывает голову куда-то в сторону. Двое стоящих рядом наклоняются, что-то подбрасывают и поднимают носилки. Тело. Куда ее вообще сейчас? Их же не хоронят как нормальных драконов. Что делают с казненными?

Поняв, что три стражника как-то подозрительно долго на меня смотрят я развернулась и пошла прочь.

"Можешь перенести меня куда-нибудь? Не особо далеко. Главное скрытно."

Дед не ответил - я просто ощутила противное покалывание по всему телу, закрыла глаза, успела отразить сбежавшую слезу по левой щеке и мир на несколько мгновений померк.

Глава 19

"Это больно, вообще? Умирать?"

"Всегда по разному, - голос Бенджамина имел поучающий нотки, - Зависит от разного. Моя смерть была безболезненной, я просто покинул свое тело."

"А если тебе отрубают голову?"

"Спорный вопрос. Мозг дракона способен прожить до двух минут после."

Я прикрыла глаза. Сидела под деревом, откинувшись на ствол и вытянув ноги. Смотрела вверх - по небу стремительно плыли облака, белые и рваные. Шумела листва, редко перекликались между собой птицы. Умиротворяющее зрелище оставляло равнодушной - я не чувствовала себя, окружение. Только эту пустоту, которую совершенно не описать словами. Слабый ветер приподнимал волосы, челка лезла в глаза. Все равно.

"Что произошло? - неуверенно спросил он, - Я только понял, что чья-то несчастная душа перешла черту и отправилась дальше. Светлая, надо сказать... Почти невинная."

Губы дернулись в короткой полу улыбке, полу усмешке.

"Убили мою подругу. Ни за что. Просто потому, что могут."

А ведь действительно - она не была никогда темной. Робкая, с неуверенной улыбкой и забавными ушками. Я старалась прятать это в себе, скрывать, забыть, даже память себе стереть готова была, лишь бы прекратить чувствовать ничего. Хотя бы что-то, потому что даже осязание сейчас притупилось и мне было совершенно наплевать, что какое-то насекомое наглым образом присосалось к предплечью.

Не пыталась найти оправдания, не пыталась спихнуть вину на кого-то другого. Но затем нахмурилась. Всплыл образ, врезавшийся отныне в память раскаленным клеймом в кожу, и что-то в нем было не так. Не складывалось. Я упорно старалась понять что именно, кроме того, что все естество противилось этой картинке. Первый звоночек, как ни странно, прозвучал именно в речи пожилого мужчины. Ногицунэ вряд ли имеет светлую душу, а учитывая принадлежность к Тьме не могла остаться невинной. Без сомнений Трау была доброй. Чертовски милой, застенчивой и образ убийцы к ней никак не лип. А была ли? Может быть, она есть?

Когда существо умирает, вся магия в нем пропадает тут же. Она угасает, рассеивается вокруг и пополняет собой запасы мира. Душа же уносится на перерождение.

Так почему шерсть у ранэ была светлой? Палевой? То был морок, заклинание - не важно. В настоящем обличии Трау почти черная, с небольшим оттенком синего.

Я подтянула под себя ноги, вцепившись в лодыжки и уставилась перед собой, судорожно соображая. Эту цакхиосу убили за то, за что должна была умереть Трау. Нападение на Карателей редки, убийства уже тем более. Да и ранэ в мире драконов сложно найти, они редко выбираются даже со своей планеты. Если их видят - то ловят. Иногда публично убивают, иногда оставляют за решеткой.

Вопрос, "Как пробраться в тюрьму?" вертелся в голове. Как выяснить что с ней, где она и почему за скрытницу выдали другую?

"Я ощущаю какие-то тяжкие мыслительные процессы, - пробормотал камешек, - Что на этот раз? Если на счет смерти подруги, не переживай, это..."

"Нет! Она жива! Понимаешь, жива! Не понятно как и почему, но жива! Мне нужно обратно."

Я решительно поднялась на ноги, приготовившись к воздействию Бена.

Она считала про себя чужие шаги. Они начались в конце коридора и постепенно приближались, но не мерные, а поспешные. Стражники, проходящие здесь каждые два часа, так не ходили. Мужчины проходили спокойно, всматриваясь в каждую клетку и скользили равнодушным взглядом по лицам узникам. Справа за решеткой лежал без сознания какой-то человек, порядком побитый, как и она, а слева - парень, скалящийся ухмылкой. Сальные каштановые волосы, отросшая щетина. От него разило отчаянием, но он упорно старался того не показывать. Расу его девушка определить не смогла - на вид обычный человек. Их всех раздевали до нижнего белья, заковывали в цепи и отрубали любые пути к отступлению. Тяжелые ошейники высасывали любую энергию, выброшенную либо специально, либо случайно. Хорошо устроились.

Лисица очнулась здесь после хорошей трепки в сокровищнице, попыталась найти путь к побегу, но осталась ни с чем. До последнего отказывалась мириться со своей участью, но смерть уже дышала в затылок и Трау не могла не чувствовать ее холодного дыхания. Она обнимала за плечи, старалась подарить покой, но в итоге делала только хуже. Вообще такое зовется предчувствием. Лисица знала, что рано или поздно это случится. Могла ли ожидать другого от этого мира, как и от других? Виновная даже в своем собственном рождении, изгнанница по праву крови везде, где только можно. Даже жалкие бесы, подобие сильных демонов, призирали цакхиос.

Эгоистичная надежда мешалась в разумом. Ранэ хотелось, бы за ней пришли, подали руку, разбили эти оковы и вытащили отсюда. Тут наверняка будет дымно и жарко, хаос возьмет свое по праву в темнице, но свет из маленьких окошек напротив сочился, сменился темнотой, снова появился, а никто не приходил. Тишина, царившая здесь прочти ничем не прерывалась - только редким шебуршанием, вздохами и бормотанием тех, кто сидел в камерах по соседству.

Что-то внутри вопило о спасении, умоляло и плакало, а другая ее часть гладила по голове и убеждала, что так будет лучше. Фиджи вполне может погибнуть тут. Как бы Трау не верила в подругу, но дракошка была слишком слаба, что бы совладать с обученными стражниками. Не с теми олухами, что разгуливают по улицам и делают важный вид, а с этими. В тюрьму не берут кого попало, риски гораздо больше, чем упустить воришку на рынке.  

Шаги. Затравленный взгляд скользнул вправо, сквозь ряды решеток она увидела мужчину. Длинные волосы убраны в тугой хвост на затылке, да и выглядел он крайне опрятно и статно. Здесь был подобен ложке меда в бочке дегтя, чистый и не уместный. Трау тут же опустила голову - в прошлый раз за взгляд на стражу ей прилетело, но этот остановился перед камерой и она не могла не вскинуться и не сверкнуть злобно глазами. Впрочем, за этой напускной гордостью девушка прятала страх.

Решетка отъехала в сторону, дракон перешагнул порог. Начищенные ботинки встретились с раскиданной по каменному полу соломой.