Рыжий дракон: Рождённая пылать (СИ) - Савченко Лена - Страница 17

Грязь мира и миров - только сдуй пыль и загляни на его изнанку. Все так. И уже ничего не исправить. Даже сейчас, приближенная к сильным мира сего, я оставалось простой пешкой в чье-то крупной игре. И это осознание порой сводило с ума. Чувствовать себя шестеренкой, деталью огромного механизма под названием "Вселенная" порой невыносимо.

Вдоль стен стояли чудики. Не так как я, опустив голову, а гордо ее подняв. Каждый держал в руке по свече и тени вели причудливую пляску на стенах. Чем ближе я была к алтарю, тем явственнее начиналось бормотание. Оно начиналось совсем не слышно, постепенно нарастало и переходило в монотонное бурчание, похожее на странную песню.

Роберт стоял на отдалении от всех, у постамента. Его ученик держал кинжал на подушке, от чего хотелось особенно скривиться. Оружие не должно быть украшением, не должно нести беспричинное зло, а у этого другой цели и не имелась.

Почему-то подумалось, что это похоже на путь к эшафоту. Только вместо яркой площади и гильотины, мрачный зал. Вместо криков толпы - мантра. Больше всего мне хотелось броситься прочь, но умом понимала, что не выберусь живой. Я нашла проход, который, как мне казалось, вел наружу из пещеры, но обнаружила завал. Оно и понятно - старшие могут ходить сквозь стены, а слабых они выпускать отсюда не собирались. Я еще такого мастерства не достигла, хотя была близка. Удавалось растворять руку туманом и она проходила сквозь некоторые предметы. Тут уже зависло от плотности материала - камень мне никак не давался.

Саму клятву произносила отрешенным голосом, а убийство несчастной демоницы постаралась сразу забыть, как только передала кинжал обратно долговязому. Печать, которую наложила прошлым вечером на душу, работала - ни одно слово не проникло дальше, чем нужно. Не просочилось, не отравило и не сделало безвольной марионеткой.

-Теперь ты одна из нас, Марва, - серьезно сказал Роберт, останавливаясь напротив, и положил руки на мои плечи, - Гордись же этим, дитя Тьмы. Отныне ты будешь нести слово Его, куда бы не ступила твоя нога.

Я склонила голову. Меня звали Фиджи.

После стало даже легче дышать. Проще летать, да и существовать как будто тоже. На меня давили раньше копошащиеся стены, видящие чужую, не желающую признавать местного уклада, а сейчас отступили. Метка Гарпии замысловатыми узорами украшала правую сторону шеи, перекидывалась на ключицу и часть грудной клетки. К ней пришлось привыкать.

Отношение ко мне мало изменилось - уважали до этого, продолжили сейчас. Рози радостно прыгала вокруг меня, поздравляя и горящими глазами рассказывала, как сама хочет пройти этот обряд. Я улыбалась - помнила глаза демоницы, такие же алые, помнила милые рожки, кровь, хлещущую из горла и не могла отделаться от мысли, что это могла быть она. Что я могла убить свою подругу так, что бы на лице не дрогнул не один мускул. Парни просто довольно улыбались - Шепфан уже проходил через это,  а дракону только предстояло.

Следующие года пролетели не заметно. Я металась от одного огня к другому. С одной стороны были те, ко уже успел стать друзьями, робкая на людях Трау, а с другой свобода. Я начала обдумывать как убедить своих ребят в том, что Тьма их не стоит и что нужно уходить отсюда. Не знала как открыть им глаза на чудиков, обхватывала голову руками, сворачиваясь комочков на кровати. Меня иной раз буквально рвало изнутри от этого выбора. Я к ним привыкла и расставаться навсегда было бы грустно.

Помогали теневые крылья - они укрывали спокойствием не хуже пушистых хвостов лисицы, дарили ощущение безопасности, но уютом от этого жеста даже и не пахло. В такие моменты я ловила себя на мысли, что скучаю по Харосу. Дальше тянулась цепочка - Шара, Рамон, Хайло, Вальхела... и меня снова пробирали мурашки,  я сжимала простыню или подушку до побелевших костяшек и старалась не взвыть. не заплакать.  Вернулась к себе прежней, вытравив излишнюю Тьму из сердца, снова начала вспоминать друзей.

Но умом понимала, что они не последуют за мной. Им лучше здесь, в этом мрачном месте, потому что по другому не умеют. Трау родилась ногицунэ, блуждала по трущобам с рождения, никогда не знала ничего, кроме боли и вечного гонения. Тьма жила с ней всегда, они шли бок о бок - только обила и злость. Рози - дочь какого-то предателя из Асшарона, которого казнили по законам Цитадели. Парни - не лучше. Я понятия не имела что со мной будет, куда пойду, как стану добираться до Города Среди Звезд. В планах было даже попробовать отыскать гильдию Сурихо, но не была уверенна, что за все это время они не разу не переместились. Я не могла взять на себя ответственность за них, а пускаться в неизвестность... уж лучше одной гробить свою жизнь, чем утягивать следом кого-то еще.

Поэтому, сколько могла, я оборвала наше общение. Стала больше уделять времени тренировкам, просила Роберта заниматься со мной дополнительно, если у него было время. И чудик его находил.

Умения развивались стремительно. Мужчина пытался вытащить из меня крылья, настоящие, костяные, обтянутые кожей. Я осознала, что летать даже на теневых сложнее, чем в маленькой форме главным образом из-за отсутствия нормальной возможности дышать. Если скорость была слишком большой, то я начинала задыхаться и неминуемо падала. К тому же, нужно было правильно держать тело, напрягаясь. Почему-то думала, что это просто - мелкой дракошкой у меня никогда этих сложностей не возникало. Я все делала... автоматически и не замечала усталости, когда привыкла к трансформации полностью. Еще один грязный прием - теневые порталы. Стоит метнуть нож, сконцентрироваться и он вонзается позади противника, проходя через искаженное пространство. Я карабкалась по острым стенам тренировочного зала, хватаясь за уступы, отпускалась, едва руки начинали трястись от напряжения и падала в объятия темного тумана.

Синяки и ссадины, ушибы, редкие раны. Они плотно закрепились на моем теле, их кажется даже больше стало, поэтому я тихо радовалась, что в ванной нет зеркал. Стоя под холодными струями, бьющими прямо из стены и пропадающим в мелкой решетке под ногами, старалась не смотреть на себя лишний раз. Не то что бы противно, но неприятно. До сих пор было не привычно видеть узоры на руках.

Изо дня в день Роберт гонял меня в зале, отправлял на нижние планы бороться с местными жителями. Скоро я могла ходить на эти, недоступные ранее, уровни, как к себе домой. Чудик специально натравлял на меня монстров по мощнее, по сильнее и по бессмертнее, а когда я едва живая выползала в реальность, просто протягивал новую мантию взамен изодранной в клочья. Спасибо хоть, не разглядывал что там под ней, даже отворачивался, пока переоденусь и тут же снова приступал к бою. В один момент мы перешли на настоящую, острую сталь. Часто вместо меча он брал в руки посох и тогда приходилось особенно не сладко.

Проще всего мне до сих пор давалось обычное растворение тела во тьме. Даже несколько нравилось это ощущение, когда границы размываются и ты буквально плывешь в пространстве сплошной черной тенью: только глаза горят не естественно и жутко. Я не видела, но знала что именно так - Роберт показывал на своем примере.

Но количество встреч с ним сократилось со временем, чем я тут же воспользовалась. Больше времени стала проводить в библиотеке, уходя все дальше и дальше. Скользила кончиками пальцев по ветхим корешкам, прикрыв глаза и старалась почувствовать. Иногда книги откликались, в них собирала крупицы знаний, узнавала о истории чудиков и от некоторых моментов волосы на голове начинали шевелиться. Цитадель со сравнению с гарпией начинала казаться лапочкой, милым комочком из счастья и радости, брызжущим волшебной радугой во все стороны. Я находила какие-то карты, складывала их в один, но временами путалась, потому что некоторые ходов уже не существовало. Версии туннелей были устаревшими, это сбивало с толку - приходилось думать, логически выстаивая, дорисовывать к ним существующие. Убедилась в том, что пещера полностью изолирована от внешнего мира и как в ней имеется достаточно кислорода не представляла. Не видела ни одной вентиляции или еще чего-то такого, поэтому решительно свалила все на магию, какой-нибудь генератор и не стала загружать мозги. Они и без того ужасно кипели ежедневно.