Восход Луны (СИ) - "Лунный Жнец" - Страница 206

Затаив дыхание, мы всматривались в иллюзию вечного круговорота. Кантерлотский замок, освещаемый вспышками дня и ночи, быстро приближался, проявляя все больше деталей. Вскоре можно было различить на балконе аликорнов. Белая принцесса, смотрящая вдаль, величественно опиралась передними ногами на ограду, а темная, сидя спиной к сестре, жалко жалась в ее тени. А может и сама она - лишь тень, безликая и безмолвная.

Глаза Луны вспыхнули в полумраке, а голос ее зазвучал внезапно, низко, тревожным движением ветра, предвещающего ураган...

Был гневом разум замутнен,

И сердце преисполнено печали,

Что пони, бодрствуя днем

- Моих ночей не замечали.

Живя в тени сестры своей,

Вниманья жаждала и славы.

Сплетая тысячи ночей

Узором страсти и забавы.

Но с каждым следующим рассветом

Все забывали про меня.

Из века в век, зимой и летом

Все славили Принцессу Дня.

Балкон, аликорны - и вырастающая из мрака преграда.

Селестия коснулась ее копытом, словно желая разрушить барьер давних ошибок - но иллюзия осталась незыблема. Голос Луны набирал силу подобно шторму, в сердце которого сверкали молнии давно прожитых, но вновь пробужденных эмоций.

Непониманья и обиды

Глухая выросла стена

Меж сестрами, чья дружба с виду

Неколебима и прочна.

Казалось, сломлен навсегда

Дух пони гордой и прекрасной:

Ночных кошмаров череда

Открыла сердце тьме ужасной.

Иллюзорная Луна, захваченная темной магией, преображается в жуткое свирепое чудовище, при виде которого меня пробирает дрожь - ведь я и сам был подобен ему.

Поддавшись зависти и злобе,

Принять я согласилась тьму.

И Дух Кошмаров со мной слился,

И так я стала Найтмер Мун.

Я тело отдала свое

В обмен на власть, в обмен на силу.

«Готова ль жертвовать душой?» -

Меня та сила не спросила.

Кантерлот разлетелся напополам, обнажив противостояние родных душ - светлой, непонимающей происходящего, и темной, взбешенной этим непониманием.

Нарушен был баланс извечный,

И против Света встала Тьма.

И я в гордыне бесконечной

Дошла до крайности сама:

Желая властвовать над миром,

Стремилась уничтожить я

Сестру, что стала нелюбимой,

Селестию, Принцессу Дня.

Одним взмахом могучих крыльев Луна взлетела под высокий потолок и скрылась во мраке, только гонимые крыльями потоки воздуха подсказывали, что аликорн парит над нами. Волею Властительницы Тьмы, мы, троица безмолвных зрителей оказались в эпицентре ураганных событий, все пространство вокруг нас стало огромным мрачным миражом, раскрывающим картину жестокой судьбы. Мы смотрели на улетающую в панике Селестию и стремительную погоню Найтмер Мун, над нами проносились напитанные яростью сияющие разряды боевой магии.

Она сказала, что не станет

Со мной сражаться. Я сочла

Отказ сестры за оскорбленье.

Ее из замка прогнала.

Коротким был полет беглянки

И мощный магии удар

Ее сразил. Сквозь крышу замка

Она упала в тронный зал.

Погребено в обломках тело,

Бесславно битву проиграв.

Я ликовала, в полной мере

Свое всесилье осознав.

Меня переполняет страсть,

Я так близка к своей мечте!

Победа столь легко далась,

И Ночь мою увидят все!

Прекрасней звезд узоров нет

На черном бархате небес;

Кометы яркой легкий след;

Под Лунным светом спящий лес.

Никто перечить не посмеет,

Все преклонятся предо мной,

И впредь не будет косых взглядов,

Интриг, усмешек за спиной.

Экстаз затмил рассудок мой,

На крыльях счастья воспарила,

И, одурманена Луной,

Про осторожность позабыла.

Мираж внезапно потух и обрушившаяся тишина оглушила нас. Луна словно исчезла, не слышно стало даже ее крыльев. Бросив взгляд на Селестию, я увидел расширенные от ужаса глаза, мерцающие в лунном свете, и слезы, тяжело скатывающиеся по морде.

Новый мираж противостояния светил разгорелся с ужасающей мощью. И снова зазвучал голос темного аликорна - жестким, чеканным шагом, словно отсчитывая слова-мгновения до смерти.

Сказав, что не оставила ей выбора иного,

Как подданных сберечь от злой судьбы,

Селестия на бой поднялась снова,

С оружием мощнейшим из любых.

Отчаяние, боль, обида, гнев

Сжигали мою сущность изнутри.

И вот, опасность гибели презрев,

Направила я рог против сестры!

Но честно магия хранила верность ей,

Защищая в сфере радостных огней.

И добротой наполнен щедро был удар.

Свершилась краткая дуэль могущественных чар.

Гармонии шестерка Элементов

Исход всей битвы обратила вспять:

Под натиском чудовищным, стихийным

- Я не смогла им противостоять!

Отброшена магической волной,

Не в силах разорвать узлы заклятья,

Прощаясь на века с Эквестрией родной,

Вдруг начинаю все осознавать я.

Что жаждала погибели сестры,

Которую я больше всех люблю.

Что одержима мощным духом тьмы.

Как повелит он - так и поступлю.

Послушав уговоры темной силы,

Я совершила страшную ошибку.

Селестия всегда меня любила.

Гармония столь иллюзорно-зыбка.

Но мой рассудок затуманен вновь,

И злоба верх над разумом берет:

Как я могу подумать про любовь

От той, кто моей боли не поймет?!

Пусть план мой провалился на корню,

Но Вечной Ночи лишь отсрочен час.

Я ждать умею, я не уступлю.

Солнцестоянье снова сблизит нас!

Я возвращусь, когда тысячный раз

Пойдет светило в самый долгий путь.

Поговорю с сестрой с глазу на глаз,

Не дам схитрить и подло обмануть.

Снова Кантерлот - безжизненный, темный, ни единого проблеска в окнах. Стоящий на балконе одинокий белый аликорн с тоской взирает на изуродованное кратерами ночное светило.

Сияет в небе полная Луна.

«Единорог» на ней - клеймом позора.

Все пони спят, не спит только одна,

Она стала виновницей раздора.

Стихли последние отголоски эха, угасли сполохи волшебных миражей и Принцесса Ночи, тяжело дыша, опустилась на подушку рядом со мной. Из рассеявшихся теней вернулись тарелка с печеньем и чайник, уже остывший. Приобняв Луну, я поднес чашку с водой к ее губам - помедлив, она осторожно отпила. Я чувствовал пальцами мелкую дрожь, волной пробегающую по телу любимой.

- Луна... Прости меня. - Прошептала Селестия срывающимся голосом и коснулась копытом плеча сестры. - Что была невнимательна к тебе, когда ты больше всего нуждалась в помощи. Прости, что все закончилось... вот так.

Луна отвела взгляд и снова потянулась губами к воде. Прикрыв глаза, она долгими медленными глотками возвращала душевное равновесие.

- Прости меня.

Улучив момент, Селестия телекинезом привлекла Луну к груди и обняла.

- Тия. - Тихо выдохнул я. - Вы хотите, чтоб Луна простила вас. Но готовы ли вы простить Луну?

Сестры в недоумении уставились на меня. Затем, обернувшись, Селестия встретила вопрошающий взгляд Луны. Тия крепко прижала Луну к себе, все глубже зарываясь мордой в ее гриву и заглушая рыдания.

Нортлайт, бесшумно сместившийся, возник возле меня и, тронув крылом спину, шепнул:

- Пойдем, им надо побыть наедине.

Тело, напитанное алкоголем, на приказы мозга отзывалось тяжело и неохотно, но я сумел аккуратно встать и пошел вслед за бэтконем на балкон, прихватив с собой подушку, почти пустую бутылку вина и несколько маффинов. Луна замерла в объятиях сестры, ее взгляд выражал удивление и легкий укор: «Вот умеешь ты дать под дых». Почтительно кивнув, я вышел и закрыл дверь.

***

[ Селестия \ Возле Луны ]

В глазах Луны я вижу отражения звезд, словно отсветы давно минувших столетий.

У меня было все: уважение, поклонение, подобие власти, хоть я никогда не претендовала на трон в каком-либо отдельно взятом городе, но правители часто приглашали меня помочь в решении насущных проблем.