Архимаги не ищут лёгких путей!,. Тетралогия (СИ) - "Архимаг" - Страница 80

Печальна была судьба того орочьего посла, который месяц назад решил, что дипломатическая неприкосновенность позволяет не вытирать ноги. Особенно перед тем, как войти в дом. Возможно, коту следовало обойтись с ним немного помягче... но что сделано, то сделано.

Если обычные люди видели в армии орков жестоких грабителей и варваров, то Васька лицезрел исключительно скопище микробов, готовых вторгнутся в его царство чистоты и порядка. До его носа докатилась волна вони от тысяч немытых зеленокожих туш... Орки, как и племя Камнежуев, личную гигиену не уважали. Мытьё у них происходило всегда стихийно – если под дождик попадут или реку вброд перейдут...

– Архимаг Параце‑е‑е‑ельс! – взревел один из орков, облачённый в костяную броню, ранее являвшуюся частями скелета разных жутких тварей. – Я вождь степных орков Чембурбей! Я пришёл за калымом за двадцать восемь дочерей! Отдавай или заберу силой!

Воины поддержали вождя диким рёвом. В воздух взлетели мечи, дубины, топоры и не очень удачливые мелкие гоблины, которых орки таскали с собой в качестве пушечного мяса.

– Да вы издеваетесь... Парц, где же там тебя черти носят? – возмутился Васька. – Я вообще кот, у меня лапки, почему я должен в одиночку защищать твою башню?

– Не в одиночку, учитель! – за его спиной возник Лоб Расшибатель. Глаза варвара пылали праведным гневом, в правой руке он держал боевой топор, чистый и блестящий, в левой – швабру. – Лучший воин племени камнеедов поможет справится с этой зелёной напастью! От имени Великого Кошачьего Воина Чистоты и Порядка я начищу им рыло!

Глава 3

Бескрайняя серебряная лунная равнина раскинулась от горизонта до горизонта. Вверх вздымались барханы, словно в пустыне, серьёзно мешая обзору. Под ногами Парацельса, Геренда и Беатрисы скрипел странный серебряный песок, блестящий и очень сыпучий. Даже в воздухе, казалось, разлилась едва заметная серебряная дымка. Серебряный цвет... в этом мире он преследовал путников везде.

Впереди, словно маяк, возвышался причудливый город. Его дома оказались столь высоки, что, казалось, достигали облаков. Барханы не сумели загородить их полностью. Между домами носились странные сверкающие точки – то ли неизвестные летучие существа, то ли магические средства передвижения. Высоко в небе прямо надо городом горела странная, необычайно яркая звезда, уступавшая разве что солнцу или луне.

– Красота‑то какая, – сказал Парацельс, глядя на город. – Ляпота. Если бы ещё и песок в ботинки не попадал, я бы получил море эстетического удовольствия.

– А я надела своё лучшее платье, – пожаловалась Беатриса, щеголявшая в вычурном наряде с павлиньими перьями, более подошедшим для великосветского раута, нежели для путешествия по пустыне. – Эх, знала бы, где мы окажемся...

Парацельс и Геренд, пребывавший в женском теле, кивнули. Первый носил плащ, расписанный золотыми нитями, второй – чёрный камзол. И то, и другое им подарили благодарные чертянцы. После путешествия по пустыне эта одежда скорей всего придёт в полную негодность.

– Единственное, что может вернуть мне настроение – зловредный еретик, которого я бы с огромным удовольствием сожгла на костре, – продолжала рассуждать леди‑инквизитор. – Но вряд ли я найду хоть одного на Луне... Хотя... – она задумчиво перевела взгляд на город. – Тёмные боги коварны, их щупальца способны проникнуть везде... Даже в самые неожиданные места...

Архимаг хотел сначала устыдить потерявшую берега леди, но потом догадался, что она говорит про местность, то есть про Луну, а не про некие части человеческого тела. Как изначально решил он.

– Вам лишь бы сжечь... – вместо этого укоризненно произнёс Парацельс. – Кто о чём, а инквизитор про еретиков...

– Я просто рассуждаю вслух, – Беатриса несколько раз моргнула с очень наивным выражением лица. ‑‑ Неужели инквизитору нельзя немного помечтать о чём‑то хорошем?

На некоторое время они остановились передохнуть на вершине одного из барханов. Пустыня и город располагались на дне невероятно огромного кратера, оставшегося предположительно после падения исполинского небесного камня. Расстояние от края кратера до его центра, где располагался город, оказалось весьма... очень даже весьма. До города предстояло долгое путешествие, если не получиться как‑то ускориться или сократить путь.

Парацельс пытался несколько раз призвать духов или даже демонов, чтобы те донесли их до города или даже вернули сразу домой, но астральное измерение оставалось глухо к просьбам. Никто так и не отозвался, хотя обычно потусторонние существа всегда охотно являлись на зов волшебника. Создать элементаля из подручных средств тоже не вышло. Кроме серебряного песка вокруг не было ни одного природного элемента, а сам песок нагло игнорировал заклинания чародея, демонстрируя высокий уровень сопротивления колдовству.

– Я вижу в небе нашу планету и солнце, – задумчиво произнесла леди Беатриса, глядя вверх. – В то же время небо чёрное как ночью, отлично видны звёзды. Это означает, что у нашего спутника нет атмосферы, а значит и пригодного для дыхания воздуха. Тем не менее мы все вполне комфортно дышим и общаемся. Архимаг, вы можете это как‑то прокомментировать?

Волшебник кивнул с важным видом, поглаживая окладистую бороду.

– Легко. Наверное местные чем‑то прогневали своих богов, и те наслали на них проклятие вечной ночи.

Парацельс обладал исключительными знаниями в ряде магических дисциплин, но при этом совершенно игнорировал те области, которые считал для себя бесполезными. В частности звёздами он интересовался очень слабо.

– А научно? – предприняла вторую попытку Беатриса.

– Научно вам пусть астрологи объясняют, которые как раз изучают Рыб, Тельцов, Козерогов и прочие звёзды, – отрезал Парацельс, небрежно махнув рукой. – А я алхимик, а не какой‑нибудь там любитель лженауки. Я занимаюсь по‑настоящему важными вещами. Например варка парцея... кхм... поисками философского камня. А такими глупостями как звёзды пусть неудачники от мира магии тешатся.

– Мне понятна ваша позиция, – кивнула Беатриса с любезной улыбкой.

– Парц, ты, главное, местных своим философским камнем не напои, – проворчал Геренд. – А то как бы они в наши края не надумали явиться. За добавкой.

Парацельс подметил, что вампир с момента их появления на луне находился словно не в своей тарелке. Постоянно оглядывался по сторонам и то и дело принюхивался. Да так, что крылья носа чуть ли не трепетали от потоков втягиваемого воздуха.

– Геренд прав, – сказал Беатриса. – Мы столкнулись с продвинутой неизвестной цивилизацией. Они строят невероятно высокие здания, достигающие облаков... Мне страшно от мысли, сколько там живёт людей. Или иных живых существ... А ведь их надо кормить, как‑то обеспечивать... однако я совсем не вижу вокруг города полей, способных произвести необходимое количество еды. Пустыня малопригодна для земледелия. Что они едят? Куда, извиняюсь, свозят отходы? У меня складывается впечатление, что мы столкнулись с чем‑то совершенно непостижимым. А значит, и оружие у этой цивилизации может оказаться для нас... непонятным. А потому вдвойне опасным.

– Пф‑ф‑ф‑ф, – Парацельс с насмешливым видом сложил губы трубочкой. – Высокие дома – это ещё ничего не означает. Может быть наши... лунатики ничего кроме архитектуры и не умеют. Дома строить – это вам не огненные шары метать. Для этого головой думать не надо.

Но Беатриса настрой Парацельса не разделила.

– При всём уважении к искусству метания огненных шаров... – начала было она.

Из‑за ближайшего серебряного бархана подул сильный ветер. И вместе с ним прилетели странные звуки – как будто металлический лязг и скрежет. Геренд замер, его остроконечные уши едва заметно шевелились. Парацельс с Беатрисой тоже застыли, чтобы не мешать своему более чуткому товарищу. Однако странные звуки прекратились также быстро, как и начались. Ветер тоже утих.