Знамение. Трилогия (СИ) - Ильясов Тимур - Страница 74

– Никого нет, – тут же ответила она, без объяснений поняв, о чем я спрашиваю.

Менее, чем через минуту моя «стрекоза» достигла пункта назначения. Я подвел дрон как можно ближе к нужному окну. Немного выправил его положение, чтобы держать дрон ровно посереди оконных рам, чтобы ненароком не коснуться их лопастями. А после, одним мастерским маневром занырнул дроном в комнату, безупречно приземлив его на бежевый ковер.

«Миссия успешно выполнена!» – яркими неоновыми буквами вспыхнуло у меня в голове.

Я оторвал окоченевшие пальца от рычагов пульта управления. И шумно выдохнул, ощущая, как сходит звенящее напряжение мышц моего тела…

Стрекоза

– Ты – молодец! – прошептала мне на ухо супруга.

Она повернулась ко мне и обняла за плечи, прижавшись к груди. Потом отпустила руки и подняла свое лицо к моему. Наши взгляды встретились. И потом она поцеловала меня в губы. От чего моя эйфория от успешно выполненной задачи расцвела еще более буйным цветом. Я будто засиял изнутри. И словно даже чуть приподнялся над полом, почувствовав себя выше ростом.

Ощущая солоноватый привкус на губах жены и вдыхая шоколадный запах ее волос, я думал о том, что нет ничего слаще для мужика заметить в глазах родной женщины ее одобрение твоих свершений. Ее восхищение твоими сугубо мужскими достижениями. Ловкостью, силой, выносливостью и находчивостью. Вероятно, это пришло к нам от предков, живших в мире, где мужчина был в полном смысле слова воином и добытчиком, от способностей которого зависело выживание семьи.

Прошло более сотни лет, как человеческая цивилизация вступила в эпоху индустриализации. Создала человеку рукотворный комфорт и независимость от прихотей стихий, отодвинув физические умения мужчин на второй план значимости. И вот теперь мы снова оказались один на один с природными силами. Голые и беззащитные. Для полноты образа нам не хватало только набедренных повязок из шкуры бизона и дубинки в руках. И стало неважно как быстро ты можешь печатать на клавиатуре компьютера, как эффектно рисуешь графики в презентациях и как успешно совершаешь «холодные звонки» потенциальным клиентам. А важными снова стали старые, добрые и примитивные физические способности.

– Я – молодец…, ‑ самодовольно повторил я ее слова, перекатывая во рту эту приятную мне фразу, словно конфету, которую перекладывают с языка сначала под одну щеку, потом под вторую, позволяя сладкому сиропу пропитать каждый из вкусовых рецепторов.

В течение следующих пятнадцати минут я совершил еще три «заезда». К моему удивлению, исчерпав заряд только одной батареи, и имея в запасе еще две. Таким образом мы уже успели передать соседке три бутылки воды, четыре мясные консервы, пачку кукурузных хлопьев и пакет сухого молока.

– Может хватит? – спросил я супругу, наблюдая как она накладывает в пакет очередную партию провизии.

– У нее дети. У нас много. Дадим еще…, ‑ отрезала она, обдав меня осуждающим взглядом и продолжив свое занятие.

– Много, потому мы запасались на долгий срок. Для себя…, ‑ попытался возразить я.

– Мы дадим еще, – повторила она, словно не слышала моих доводов.

Я открыл рот, чтобы добавить аргументов о том, что разумно сохранить две оставшиеся батареи от дрона про запас. На случай, если он понадобится для других целей. И что дополнительные порции еды и воды мы можем передать соседке позже, как у той закончится уже переданная провизия. Так было бы спокойнее. Вернее. Экономнее. Чем за раз отдать с лихвой, тем самым необдуманно расходовать жизненно важные ресурсы. При этом я отлично помнил, что четыре коробки с консервами были уже пусты и мы принялись за четвертую. Также пару дней назад я вскрыл третью бутыль воды. И от мысли, что с каждым днем наши припасы тают, мне становилось не по себе.

Однако наблюдая за супругой, как она бережно складывала еду и воду в пакет. За ее упрямо поджатыми губами. И за тем, как она озабоченно посматривала в окно дома напротив, я решил, что перечить мне в этом деле не стоило.

Завершив приготовления, я запустил дрон в четвертую «экспедицию». Следуя отработанному алгоритму последовательных манипуляций. Действуя намного увереннее и смелее, чем в первые разы. Позволяя себе толику самонадеянности в маневрах. Перестав беспокоится, что шум от пропеллеров аппарата привлечет к нам внимание.

Дрон летел назначенным курсом. Прямиком к нужному окну, где маячило довольное, широко улыбающееся лицо соседки. За неполную минуту успешно преодолев расстояние между нашими домами и подлетев вплотную к цели.

Окно соседки было по‑прежнему широко открыто, в ожидании, что «стрекоза» в очередной раз залетит в квартиру. Я поправил положение дрона в воздухе, чтобы пролететь точно между рамами окна. И уверенно нажал на рычаг пульта, пустив «стрекозу» в проем.

Через долю секунды случилось то, от чего волосы на моих руках приподнялись, а грудь тесно стянуло, заперев дыхание в полувздохе.

Первое, что я услышал был треск, какой бывает, когда наступаешь ногой на кучу сухих веток в парке. На заднем фоне своего сознания, работающего автономно и намного быстрее, чем основное мышление, с запозданием запускающее в мозг электромагнитные импульсы, превращающие их в эмоции, я хладнокровно констатировал факт, что дрон коснулся правым пропеллером рамы окна. А раздавшийся треск означал, что одни из пропеллеров от удара о препятствие разлетелся на куски.

Равномерное жужжание «стрекозы» немедленно оборвалось. Дрон нервно дернулся в воздухе. И после рухнул вместе с пакетом вниз. Следующим звуком в звенящей тишине двора был звон развивающейся вдребезги стеклянной бутылки с водой и глухой удар жестяных банок, столкнувшихся с каменным карнизом под окном.

На этом приключения «стрекозы» и привязанного к нему пакета не закончились. Будто в замедленной финальной сцене драматической трагедии с покорителями Эвереста, тяжелый пакет первым перевесился с карниза и сорвался вниз, утягивая в бездну за собой обломки дрона. Они падали и кружились в воздухе, будто сбросившиеся со скалы в море несчастные любовники. По пути ударились о выпирающий от здания блок кондиционера. И закончили свой последний путь громогласным эпическим столкновением об асфальт перед домом. Раскидав обломки и осколки на многие метры вокруг.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я остолбенел, не решаясь даже моргнуть. Не отрывая глаз от погасшего монитора на пульте управления. Все еще до конца не осознавая последствия случившегося. Беспомощно и обреченно ожидая последствий. Как их ожидает крохотная горнолыжная деревушка у подножья склона, за секунды до того, как ее снесет гигантская снежная лавина.

Последствия не заставили себя долго ждать…

Вопль

Дом справа от нашего проснулся первым. До меня донесся приглушенный расстоянием скрип. Он отдавался эхом по «колодцу» опустевшего жилого комплекса, отражаясь от бетонных стен, беспрепятственно отталкиваясь от твердых поверхностей, собирая силу и наращивая громкость. Знакомый. Лютый. Пробирающий насквозь. Звук зла, неосторожно разбуженного в обесточенных лабиринтах квартир. Зла, который пойдет по нашему следу. И неумолимо настигнет…

«Началось… Доигрался…», ‑ обреченно подумал про себя я.

Тем временем, скрип заклокотал, продолжая стремительно наращивать темп и громкость. И достигнув оглушающего апогея, когда уже казалось, что если еще чуть громче, то лопнут барабанные перепонки, скрип неожиданно оборвался, так же внезапно, как и начался.

Супруга схватила мою руку и крепко ее сжала. Она не сказала мне ни слова. Только шумно и судорожно вдохнула в легкие воздух. Хотя могла бы вывалить в мою сторону поток обоснованных жалоб. И это после того, как считанные минуты назад я наслаждался самодовольством о своей мужской ловкости. Как бы не так!!!

Раздавленный, растерянный, испуганный и пристыженный, я продолжал удерживать во второй руке бесполезный теперь пульт от дрона и смотреть на пустой экран его монитора. Будто стоило мне посмотреть во двор, так последствия моего неосторожного поступка немедленно бы обрушились на нас со всей своей безумной силой. Словно игнорируя реальность, я смогу защититься от нее. Как поступают дети, когда по ночам укрываются одеялом с головой. Веря, что тонкая прослойка ткани сможет защитить их от воображаемых ночных монстров.