Колояр. Дилогия (СИ) - Гуминский Валерий Михайлович - Страница 58

— Нет, так нет, — командир свернул карту и положил ее обратно, откуда взял. — Боевой порядок движения таков: Хруст и Брык в головном дозоре в пределах видимости. Связь жестами. Опасность — сигнал через амулет. Вихорь — в середине колонны. Колояр — замыкающим.

— Есть! — мы ответили чуть вразнобой, и деловито, без всякой спешки, стали пересматривать и перетряхивать свои рюкзаки, чтобы ничего не гремело и не болталось, мешая движению. У каждого там находилось все необходимое для долгого марш-броска в глухой тайге: паек на несколько дней, смена белья, теплые носки, боеприпасы, аптечка, набор амулетов для связи и прочие мелочи, без которых егеря никогда не уходили на задание. Кто знает, сколько времени займет преследование банды, ограбившей уже два прииска на землях князя Демидова и оставившей за собой десятки убитых рабочих. Может, неделя, может — месяц. В глухомани уральской тайги найти человека не так-то просто, даже отряд легко спрятать. А у бандитов, по косвенным признакам, был сильный шаман и два волколака. Оборотни серьезно затрудняли преследования и поднимали задачу на высочайший уровень ее решения.

Нашу группу подняли по тревоге два дня назад и перебросили с места постоянной дислокации в пригороде Демидово в глухую тайгу, на прииск «Дарёный», один из десятков, принадлежащих князь Юрию Степановичу Демидову. Оттуда пришли страшные известия о разграблении рабочего поселка и убийстве нескольких десятков человек. В основном тех, кто добывал золотой песок на горной речке. Прибывшие вместе с отрядом быстрого реагирования дознаватель с двумя помощниками, потрясенно ходили по выгоревшему поселку, тщательно протоколируя следы преступлений. Отрядный чародей Вихорь сразу же определил по характеру возгораний и магическому фону, несущемуся от головешек, что у бандитов есть шаман. А где шаман, там и волколаки. Причем, судя только по остаточным следам. Не меньше двух.

— Вы уверены в этом, господин Вихорь? — взяв себя в руки, спросил дознаватель, совсем еще молодой парень, едва получивший лицензию на право самостоятельной деятельности. Это происшествие для него стало первым с того времени, как он поступил на службу к князю Демидову, и чтобы не опростоволоситься с самого начала, проявил небывалое рвение. Замечание Вихоря для него было существенным подспорьем. Превозмогая тошноту и дурноту, он заставил помощников сфотографировать тела, запротоколировать следы насилия и особенно тщательно — слова чародея.

— Так же, как то, что моя мама — потомственная лекарка, — ухмыльнулся Вихорь, давно натянувший на себя маску прожженного циника, для которого подобная картина жуткой гекатомбы — не первый случай в практике. — Я чувствую следы оборотничества, господин дознаватель. Полагаю, что именно волколаки начали резню в поселке. Да и на раны обратите внимание: это следы когтей и зубов. Характерен глубокий разрез в виде полумесяца. Это крайний, самый острый коготь, используемый для секущих ударов. Попадете под него — вам хана. Вскрывает тело человека на раз. Оборотни нападали на людей и рвали им шеи, руки, выгрызали сердца. Таким образом, они пытались взять себе часть живой энергии человека. Сердце — энергетический двигатель, а солнечное сплетение аккумулятор сего. Ауры потухшие. Эти твари успели уйти далеко, хорошо напитавшись дармовой силой и кровью. Вам плохо, господин дознаватель?

— Нет, ничего, справлюсь, — парень в форменном кителе с трудом сглотнул тягучую слюну.

Я тоже чувствовал живую органику. Но никак не людей. Моя система отличит животного от человека. А оборотни, бегая в шкуре и на лапах, всегда будут идентифицироваться как животные. Признаки магии я ощущаю только с помощью браслетов. Проклятый дар архата!

Вихорь, присевший перед трупом одного из работников прииска — пожилого мужчины с располосованной шеей, лежавшего в неестественной позе, словно пытавшегося руками скинуть с себя непомерно тяжелое чудовище, но его перекрутило какой-то силой как выжатую половую тряпку.

— Шесть часов назад, — сказал Вихорь подошедшему старшине. — Но след взять можем.

— Господин дознаватель, вот что…, - решил Курбат. — Мы постараемся нагнать банду, а вы оставайтесь здесь, заканчивайте свои дела. Уедете в город на машине, которая нас привезла сюда.

— Пешком сотню с лишним километров? — наивно удивился молодой служака, вызвав снисходительные улыбки егерей. — А сможете ли?

— Не переживайте за нас, — без тени улыбки сказал старшина, поправляя ремень карабина. — В городе обязательно расскажите князю, что видели. Мы пойдем строго на север вдоль восточной гряды. Связь через красный амулет. Он берет до двухсот километров. Не забудете?

— Нет, господин старшина. Передам в точности, как услышал, — пообещал дознаватель.

Я очнулся от воспоминаний, получив по щеке смазанный удар хвойной лапы. Ребята не удосужились придержать, а я зазевался. Вытянувшись в цепочку, отряд продолжал карабкаться по тропе вверх. Мощные корни деревьев то и дело норовили по-предательски вынырнуть из-под лежалой прошлогодней хвои и перегнивших листьев. Приходилось ступать осторожно, чтобы подошвы берцев не поехали на влажной древесине. Упаси Бог сломать в глухомани ногу. Преследование сразу можно прекращать. Курбат предупредил на сей счет, что лично пристрелит недотепу, чтобы не оставлять с ним человека в помощь. А ведь подобный случай выводил из строя не одного, а двух бойцов, ослабляя и без того маленький отряд….

Мы тогда не нагнали бандитов. Второй прииск, разгромленный таким же образом, выгорел дотла. Два барака и административный корпус курились едкой гарью, когда ОБР «Рыси» вышел из лесного массива на берег золотоносной речушки. История повторилась. Вихорь со злым лицом ходил по выгоревшему поселку и искал следы, которые могли помочь определиться с направлением. В конце концов он выяснил, что банда с незнакомым шаманом и волколаками сворачивает на северо-восток. Почему шаман, идущий с ними, не уничтожает следы — для отрядного мага оставалось загадкой. Он использовал амулет дальней связи и о чем-то долго разговаривал со своим шефом — архатом Мироном, находившемся в княжеском городе — после чего с раздражением запихал разряженный артефакт в карман. И ни словом не обмолвился со старшиной, о чем шла речь. Впрочем, Курбат не настаивал. У магов есть свои секреты и интересы. Он решил слегка отклониться от курса и вывел отряд к маленькой деревушке, в которой жили, в основном, охотники и рыбаки из старых переселенцев-новгородцев, появившихся в этих местах еще в четырнадцатом веке. Жуткие сквалыги, надо сказать. Продавать лодки они не хотели категорически. Только в аренду. Я не стал вникать в подробности сделки. Не мое дело. Пока шли переговоры, я прокачивал свои умения, разбуженные еще в кадетской школе, чтобы модификаторы не вздумали отмереть в моем организме. Это то же самое, что постоянные тренировки у атлетов, стрелков, да и у всякого, кто занимается спортом. Моды требуется периодически прокачивать, если не хочешь потерять их окончательно. На мои упражнения друзья смотрели с улыбками. Да и ладно. Никто же не знает до сих пор, какую тайну я держу в себе. Если сам не проболтаюсь, или обстоятельства потребуют…

Старшина оказался прав, что заглянул в ватажную деревню. Прижимистые мужики согласились на сделку. Деньги лишними не бывают. Правда, предупредили, что местная речушка весьма коварная, со множеством перекатов, хоть и неказиста с виду. Узнав, что мы будем возвращаться обратно, настояли посадить на каждую лодку по «кормчему». Курбату пришлось согласиться, потому что среди егерей не было умельцев поднять моторки вверх по реке. Да и охранять кому-то надо единственные средства передвижения на берегу, пока мы по тайге бегаем, тоже кому-то надо. О гуляющей банде наш командир хранил молчание. Княжеское задание — и все тут.

Мы поднялись на хребет, куда привела извилистая узкая тропа. Курбат объявил небольшой привал, и пока мы отдыхали и пили водичку из фляжек, устроился между огромных камней, по форме напоминающих стесанные неведомым гигантским топором буханки хлеба, наваленные друг на друга. Не иначе, боги игрались с оружием, испытывали его крепость и надежность. Я заинтересовался таким фактом и даже провел рукой по гладкой поверхности. Сверкающие на солнце слюдяные вкрапления казались магическими искорками, вплетенными в ауру величественных валунов.