Вершители порядка (СИ) - Кирнос Степан Витальевич - Страница 57

— Да, — отвечают в один голос делегаты.

«Утверждён регламент судебного заседания первого совета. Велисарий Флав утверждён на должности ведущего рассмотрителя», — записываю я.

Со второго этажа вывели двух человек — оба они в домотканой одежде — грубая рубаха и штаны, а на ногах тяжёлые массивные ботинки, только их лица разные — первый уже седой, с бородой и коротким волосом, а второй с чёрной шевелюрой, имеет аккуратную бородку и безумный блеск в глазах.

— Заседание первого совета по судебному делу Арантеаля Теалора и Коарека Таранора объявляется открытым, — начал Велисарий. — Арантеаль Теалор и Коарек Таранор, вы подтверждаете, что это вы?

— Разве ты видишь, кто тут перед тобой стоит? — вскипел Коарек. — Освободитель мира от религиозного мракобесия!

— Подсудимый, отвечайте на вопрос строго по существу.

— Это я, — спокойно говорит Арантеаль и ему вторит Коарек.

«Явка подсудимых установлена», — появляется у меня запись в протоколе.

— Хорошо, — продолжает Велисарий. — Вы обвиняетесь в преступлениях против Эндерала. Вы преследовали преступные цели — уничтожение народонаселения города Арк. Какие у вас были мотивы?

— Светоч, — словно вышедший из сна, заговорил Арантеаль. — Я… я не знал, что если его запустить… будет торжество Высших.

— И тем не менее. Вы хотели уничтожить город Арк с его населением и имуществом. Назовите ваши мотивы?

— Остановить Коарека, и его армию, — пришибленно даёт ответ Арантеаль, опустив голову. — Я думал. Что если уничтожу Арк, вместе с армией Коарека, то у других народов этого мира появится шанс остановить очищение.

— Вы признаёте свою вину? — строго спрашивает у Арантеаля Велисарий, смотря ему прямо в очи.

— Да.

— Мессиры, — обратился к делегатам Велисарий. — Я думаю в отношении Арантеаля можно прекратить дальнейшее разбирательство. Если обвиняемый признаёт свою вину, то к чему нам показания свидетелей?

— И всё же, Велисарий, мы бы хотели послушать свидетелей и рассмотреть улики, — протестует аристократ.

— Хорошо, — Велисарий посмотрел на залу. — В качестве улик у нас есть протоколы допроса, составленные после боя Аксандером Дабр’Кином, Арантеаля Теалора и одного человека из Нерима, который был с Арантеалем в тот момент, когда подсудимый объявил о своём преступном замысле, — Велисарий достал из небольшого сундучка под своими ногами пергаменты, с которых стал читать. — Страница третья протокола допроса Аранталя Теалора, строчка шесть — «Я признаю, что хотел запустить светоч, для того, чтобы истребить армию Коарека и понимал, осознавал, что подобные действия точно уничтожат город Арк вместе с его населением», — Велисарий взял в руки другие пергаменты, так же пустившись в поиски нужных строчек. — Ах вот. Вычитка из страницы два протокола допроса спутника Арантеаля Теалроа, которому было сообщено о преступном умысле — «После того, как мы оказались вне Высшего, Арантеаль Теалор сообщил, после общения с воплощением Высшего в духе Юслана Ша’Рима, что собирается включить светоч, заведомо зная, что без нуминоса он уничтожит город Арк».

В зале повисла тишина. Люди, приглашённые сюда впились взглядами в старого человека. Кто-то взирает с сочувствием, кто-то с осуждением, но до сих пор с трудом вериться, что великий магистр пошёл на такое.

— Мессиры, ещё раз вас прошу прекратить в отношении Арантеналя Теалора судебное разбирательство и перейти к вынесению приговора, — потребовал Велисарий.

«Первый совет единогласно переходит к вынесению приговора», — пишу я, уже зная, что сулит Арантеалю и то, что подтвердилось почти мгновенно, когда делегаты, поднимаясь с тронов, один за другим осуждали Арантеля.

— Суд единогласно постановляет, — голосом крепким, стал твердить Велисарий, — приговорить Арантеаля Теалора к смертной казни через повешение. Данный приговор обжалованию не подлежит, только способ наказания может быть изменён на основании ходатайства подсудимого и решения Высокого Сената. Уведите под стражу осуждённого — Теалора Арантеаля.

— Вот видишь, Арантеаль! — завопил Коарек. — Если бы ты тогда сдал мне город, то всего этого бы не случилось!

— Теперь переходим к рассмотрению дела касаемо Коарека Таранора.

— Да что тут рассматривать, — раздаётся вопль из зала. — На виселицу его! Эта скотина столько люду доброго перебила!

— Прошу соблюдать порядок в зале заседания, — устало требует Велисарий. — Какие у вас были мотивы?

— Освободить этот мир от религиозной грязи! — напыщенно заявил Коарек. — люди, мыслящие религиозно не могут быть

— Вы, как сообщают свидетели, — Велисарий вынул ещё кипу пергаментов. — Отдавали приказы о казни мирных жителей, пытках и грабежах. Это так.

— Да, да и ещё раз да! — кричит Коарек. — И я бы снова отдал эти приказы, только бы…

— Заткнись, — не выдержал ралаим. — Может перейдём…

— Да. Подсудимый, вы признаёте свою вину?

— В том, что казнил — да, но это…

— Мессиры, — перебил Коарека Велисарий. — Перейдём к стадии вынесения приговора?

— Мы бы хотели послушать свидетелей по этому делу, если есть, — попросил Борек.

— Да, — Велисарий махнул в сторону зала. — Суд вызывает Хадринга из Арка.

Из толпы сидящих поднялся среднего роста светловолосый парень в тёмной мешковатой одежде, быстрым шагом проследовав к трибуне.

— Назовите себя и место рождения и сколько вам лет.

— Я Хадринг. Уродился в Арке тридцать семь зим назад, — ответил мужчина.

— Вы вызваны для дачи свидетельских показаний по делу об уничтожении народонаселения. Я предостерегаю вас, что за дачу заведомо ложных показаний предусмотрена уголовная ответственность. Скажите, вы знаете подсудимого, состоите с ним в каких-либо личных или имущественных отношениях?

— Неа. Только в бою разок встречал.

— Хорошо, что вы можете рассказать суду про уничтожение мирных жителей Эндерала во время военных действий против Нерима.

— Да. Вот как щас помню — неримцы распинали и побивали люду мерно. Всех тех, кого нашли они в порту взяли и приковали к дереву, токма потому, что они во чёто-то верят. А так же, помнится, что у ворот, когда наложили на них чары, вот он, — воин указал на Таранора, — молвил с великим магистром и именно он отдал указание на то, чтобы побивать народ мирный.

— Хорошо, ещё что-то можете нам рассказать?

— Ихний главарь, то есть неримцев, отдавал указы жечь фермы и бить торговцев, да и крестьян. Это нам пояснил один из пленных.

— Спасибо. У суда есть вопросы? И подсудимого? Нет? Хадринг, можете быть свободны, — как только стражник удалился, Велисарий обратился ко всем. — Господа?

«Суд единогласно переходит к вынесению приговора», — чиркнул я протоколе.

— Если его казнить, то неримцы сделают из него мученика, — сказал Корван. — Поднимут его портреты на свои знамёна.

И тут вся коллегия задумалась вместе с присутствующими в зале. Я понимаю всю тяжесть положения. С одной стороны, нельзя просто так отпустит Коарека под залог о мире — народ не поймёт, начнутся бунты и мятежи, но с другой, его можно использовать, как залог для мира с Неримом, и если его казнить, то неримляне могут воспринять это как мученичество Коарека за правильные идеи и начать тотальную войну против Эндерала. Ни того ни другого сейчас Эндералу не нужно.

— Мессиры, как насчёт пожизненного заключения? — спросил Велисарий. — Либо по нему можем решить потом? — спросил у всех мой командир и решение я занёс на бумагу:

«Решение о наказании Коарека перенесено на отдельное судебное заседание Высокого Сената».

Конец судебного разбирательства и заседания Первого совета», — отметил я в протоколе и откинулся на спинку стула, смотря за тем, как люди стали расходиться. Только засобиравшись расслабиться, как слышу:

— Этьен, — махнул мне бегущий к выходу Велисарий, пойдём поговорим кое с кем.

Поднявшись с места, и побежав за командиром, я только краем уха урвал строчки диалога, который раздался возле меня:

— Лишари Пегест, — посмотрев в сторону дамы сказал О’Брайенн, — даже не понимаю, чего Этьен нашёл в вас?