Дисконект. Отключи меня от сети (СИ) - Ли Кристина - Страница 65

— Закрой дверь! — резко ответил, и повел бегунок замка чемодана по кругу.

— Чон Тиен!

— Ты искала меня настолько тщательно, что не смогла найти за три с половиной часа на территории дома полного слуг? — повернулся и прошёлся по белому платью взглядом.

"Безупречная кукла для безупречного товара! Хороша семейная пара!" — ехидно мелькнуло в голове, а я повторил:

— Закрой дверь и снимай с себя эти тряпки, Амина́.

Девушка опешила и замерла, а я продолжил:

— Хочешь близости со мной, сделай так, чтобы этого захотел я! — резко отрезал, а девка наконец, проявила свое истинное лицо.

— Ты хоть понимаешь, что это ты здесь МОЙ муж?! Если я захочу, отец завтра же…

— Значит, не хочешь чтобы я обласкал тебя. Что ж! Тогда встретимся в Сеуле! Мне пора! — я взял чемодан с комода, и, опустив его на пол, схватил чёрное пальто, которое валялось рядом на кресле.

— Я… Подожди… Ты ведь это не серьезно? Постой! — Амина́ закрыла собой дверь, пытаясь не пропустить меня и не дать уехать, покинув этот спектакль.

— Снимай… тряпки и цацки, если хочешь чтобы я остался, — холодно прошептал в её лицо и прошёлся взглядом по чертам, которые во мне вызывали только отвращение.

— Тиен… — Амина́ подняла руку и положила ладонь на мою щёку.

Это прикосновение обожгло, но не желанием, а контрастом. Вернулась ярость, вернулся эгоизм и слова единственной женщины, которую я считал таковой:

"Ты пустое место!.." — хлесткий шепот в голове опять врезался в грудь, и чемодан выпал из моих рук, когда за спиной Амины́ щёлкнул замок.

— Снимай… Сама… — опять прошептал и стал смотреть на то, как девка сперва расстегивает замок за своей спиной, а потом совершенно бесстыже сбрасывает платье на пол.

" — Не трогал значит никто? Сейчас проверим!" — с этой мыслью я впиваюсь взглядом в очертания женского тела, наблюдая за тем, как Амина́ расстегивает застёжки на лифе, и мягкие полушария груди выскальзывают из ткани, заставляя буквально приникнуть в этой картине.

Хочется спустить это к херам хоть во что-то, а передо мной стоит именно то, что мне нужно. Девка, которая решила, что купила меня.

— Остальное… — хрипло приказываю и она подчиняется, как пустышка.

"Такую даже просить не надо. Она сама себя унизит!"

Смотрю за тем, как вниз по белой гладкой коже ног ползет и в конце концов падает на пол ткань белья. Понимаю, что выключил мозг напрочь, когда подхватил Амину́ на руки, и бросил на кровать. Я не смотрел ей в глаза, не замечал её лица. Лишь раз я поймал то, каким восхищенным был её взгляд, пока снимал свою рубашку и расстегивал ремень, стоя над кроватью.

— Нравится? Этого ты хотела? — задал вопрос, понимая, что моё тело жадно жрут глазами, так словно я оболочка, а не человек.

— Ты идеальный! — возбуждённый шепот и восхищённый вздох, когда мои джинсы оказались на полу.

— Естественно! Ты знаешь, скольких усилий стоит такое тело? — встал на колени над ней и грубо притянул за руку, положив ладонь Амины́ на свой живот, — Примерно несколько лет я не жрал ничего, кроме дерьма, которое вертелось в блендере.

— Это того стоило, поверь! — она приняла мою игру и решила, что я реально собрался с ней по-душам болтать.

— А лицо? Правда же я красивый? Ну… Скажи мне, милая, что твой муж идеальная кукла!!!! — я отпихнул её, и грубо раздвинул ноги девушки, не церемонясь совсем.

Схватил Амину́, просунув руку под её спиной, а другой безошибочно нашел самое горячее и влажное местечко продажной дряни, которая покупает всех и вся! Она привыкла к этому, потому я не удивился, что никакой невинностью здесь и не пахло.

Амина́ злорадно и слащаво ухмыльнулась, и сильнее подалась мне на встречу, когда я одним движением подался вперёд и не ощутил даже отголоска настоящего удовольствия. Только животный инстинкт, который так и подгонял закончить это поскорее. Просто ощутить физическое облегчение и успокоить хотя бы воспалённый мозг.

— Да… — с силой выдохнула Амина́, а я стал наращивать темп, как бешенный.

В голове стреляло, как от спазмов, в висках стучало, а физическое наслаждение закручивалась импульсами, буквально заставляя ныть головку от того, как я старался просто забыться в этом чувстве.

А когда услышал, как Амина́ уже не просто стонет, а почти кричит, мыча мне на ухо, привстал, и опираясь руками в матрас, стал грубо трахать тело. Делать то, что она хотела сделать со мной, и что получила сама же.

С каждым моим толчком, лицо Амины́ искажалось, а тело вытягивалось и прогибалось, но мне было мало. Я хотел, чтобы она получила сегодня сполна того, чего хотела. Потому сдержался, ощутив что почти кончаю, и сцепил зубы. Схватил Амину́ за бедра и повернул почти на живот, доведя нас до точки ещё несколькими резкими рывками.

Пот стекал по телу, а я смотрел в затуманенные и довольные глаза… Глаза не той женщины, которую хотел.

— Я взял в жены потаскуху. Поздравьте меня! — поднялся на ноги, ощущая лёгкость, и встряхнул головой.

— Тебе не понравилось? — Амина́ приподнялась, а я хохотнул:

— Напротив, я впечатлён тем, как ты искусно стонешь. Я чуть не оглох… — горло пересохло от горячего дыхания, а я хотел холода, я хотел холодной родниковой воды из бурлящей реки, — Ответишь мне зачем изображала невинную овцу?

— А разве я не такая? — Амина́ хохотнула и томно вздохнула, наблюдая за тем, как я смотрю на неё.

— Тешь себя этой иллюзией и дальше. Иллюзии помогают не замечать многое, — я стал одеваться, и Амина́ застыла, холодно спросив:

— Куда ты собрался?

— Я же сказал… — надел боксеры и джинсы, продолжив, — …встретимся в Сеуле!

— Тебе не кажется…

— Нет, не кажется… — поднял на неё взгляд, натягивая водолазку, и поставил точку, — Я говорил, что не притронусь к тебе, но сегодня, решил, что должен показать такой как ты, что означает быть вещью. Я поимел тебя как шлюху на припортовом рынке, а ты даже не заметила этого. Значит… Ты такая и есть, и мои слова о том, что я взял в жены потаскуху — абсолютно оправданы, Амина́. С этого момента наши отношения заканчиваются. Я это я, ты это ты! Никаких чувств от меня не жди. Я тебе уже говорил об этом. Могу повторить.

Я посмотрел на часы, и взяв в руки сотовый и пальто, опять схватил чемодан.

— Я предупреждаю тебя, Чон Тиен, если я найду её — ты больше никогда не увидишь эту шваль! А я найду дрянь, которая встала между нами. Я найду каждую, кто захочет отобрать тебя.