Багеры (СИ) - Морецкая Анна - Страница 58

— Ты это, Лили, не обижайся на меня, — выдал он вдруг, — ты правда прикольно так выглядела, когда меня этим прозвищем сладким назвала. Не мог не подыграть… А так-то не проблема, можешь звать меня и дальше Шоколадным… но лучше все же про себя. Оно конечно, приятно, когда у красивой девушки с тобой такие вкусные ассоциации случаются, но тогда у мужчины, знаешь ли, не только мысли, но и желания разные возникнуть могут. Мы как бы тоже не без фантазии!

— Я заметила…

— А что за прозвища ты другим придумала? Да ладно, не скрытничай — чего уж теперь, интересно же!

Я помялась, помялась, но ответила, все ж, я ему как бы должна…

— Джона я в основном Блондином называла, Эйса — Качком, а Алекса… Голубоглазиком…

— Да-а, с первыми — почти не интересно, но вот с Сандром… — и он как-то заинтересованно, но внимательно посмотрел на меня.

Чтоб побыстрей отвлечь его… я же понимаю, что это за взгляд… задала вопрос, да такой, чтоб ответ на него нужно было дать развернутый:

— А что у нашего капитана с ногой? — я чуть кивнула головой на Алекса, — Он что, спортсмен профессиональный?

Да, вопрос не очень вежливый, и совсем не корректный, но с другой стороны, вполне закономерный…

Потому как в быту получить такую травму практически невозможно… хотя, о чем я говорю? Сама, не далее как два дня назад, шваркнулась об пол у себя же на кухне, и никакая навороченная техника это предусмотреть не смогла. Но вопрос сработал. Кир, еще более вольготно откинулся на диван, и стал планомерно и обстоятельно выдавать мне все обстоятельства жизни Алекса. Тоже, между прочим, особой деликатностью такое и не пахло… но вот тормозить его я не стала.

— Отчасти — да, спортсмен. Но больше уже, наверное, тренер и хозяин клуба. У него свой — флаербайкеский. Видела такие машинки на верхней трассе?

Видела. Странные штуки, на которых, как на лошади, верхом сидеть приходится. Особо, конечно, я их не разглядывала, потому как, обычно они проносятся мимо столь быстро, что простой флай, даже на верхней, скоростной трассе, обгоняют без затруднений. По мне так, машинка опасная. И я посмотрела на Алекса с испугом.

— Так вот, Сандр ими увлекался с самой юности. А потом, закончив какой-то технический ВУЗ, проработал лет пять на заводе, на котором эти байки делают. Офис где-то на севере Американского континента и, естественно, производство на орбите, а потому об этом периоде его жизни я знаю мало. Сам я тогда, тоже после учебы, пытался устроиться получше. Руди на тот момент во фрилансерах сидел и мотался где только можно. Вернее, куда хотелось. Дольф вон, и вовсе в армию заперся. Мы все тогда, в общем, как-то разошлись, ища себя в жизни. Но знаю, что там, на производстве, у Сандера какой-то весьма нехороший инцидент вышел. Толи кто-то его разработку на испытаниях подпортил, толи просто украл, толи ее запретили, но потом под чужим именем реализовали… да, впрочем, это тоже воровство. Вот тогда он опять в Москов Сити вернулся и свою маленькую мастерскую по ремонту флайербайков организовал.

Тут Чебурах подкатился и нам, пришлось замолчать, потому как разговаривали мы, естественно, тихо, а все это мельтешение дроида между нами, пока он разгружал полный поднос, такой секретной беседе мешало. Я заодно, пока уж все равно разговор затих, кое-что от нашего богатого стола отослала Алексу.

— М-м, хорошо! — оторвался тот от экрана, — Но, скажу я тебе, это вообще-то не дело есть на панели компа. У тебя вон и так угол у клавиатуры залипает! — но, тем не менее, Чебураха с харчем не отослал, а, противореча сам себе, впился зубами в бутерброд прямо над самой панелью.

— Да я такое и не практикую, это Максик в основном мне тут залипания устраивает…

Тем временем, Кир тоже успел пару бутеров затрепать, и уже вполне был готов к продолжению беседы.

— Так вот. Вернулся наш Сандер злой и на всех обиженный. И сразу в клуб пошел злость свою сгонять. А в Москов Сити, если ты не знаешь, основной клуб очень сильный. Оттуда парни в высшей лиге гоняют. Вот, Сандер тоже… он там несколько своих наработок, которые у него видно не успели на производстве спиз… гхм, спереть, применил к своему байку и несколько сезонов занимал призовые места. Даже пару раз был чемпионом. Но потом его нигде не зарегистрированная аппаратура где-то засветилась и его на время отстранили.

— Хилерство! — вставила я недавно выученное и осознанное слово.

— Отчасти. Но так как это дополнительное оборудование… или может просто усовершенствования, я не знаю… были новыми и никому неизвестными, то и под запрет они не попадали. Доказать ничего не смогли и Сандра допустили к соревнованиям. Но за время, что он сидел без разрешения выходить на спортивные трассы… а такие дала, как судебные тяжбы, да еще и с привлечением экспертизы, длятся долго… он, чтоб иметь возможность гонять, открыл свой собственный клуб. Деньги у него тогда были и на начало дела хватило. Вот собственно и все. А ногу он себе снес с полгода назад, при подготовке к очередному шоу, которые часто устраивает его клуб.

— Так он в игру пошел, пока у него реабилитация длится?

— Да — нет, как и все мы, он хочет попробовать кусок пожирнее там оторвать. Те деньги, которые он насобирал пока в призерах ходил, клуб давно прожрал, и теперь он у него существует в основном за счет спонсоров и благоволящих к бывшему чемпиону меценатов. Вот, последние годы стали и шоу разные, фестивали устраивать. Но там-то тоже многое на его имени держалось, а как теперь будет — неизвестно. Он-то и до этого хотел, чтоб клуб ни от кого не зависел. И как Эйс мечтал о месте побольше, да оборудовании покруче. Да, несколько его парней в первой лиге гоняют, но основная то масса ребят во второй, а то, и вовсе в любителях числятся. И самого его, наверное, на официальные соревнования теперь не допустят, там правила допуска жесткие, а у него нога после всех операций, считай, наполовину из металла и биопластика. Я, конечно, не понимаю, причем здесь это — он же не бегун-прыгун какой… но кое-что такое я краем уха слышал.

Печально…

В общем, я поняла, что тему пора менять.

— Слушай, Кир, я вот что забываю спросить, вернее, все как-то не было времени. Как вы меня вычислили, и почему Джон сказал, что вы тоже теперь багеры?

— Да потому что, когда мы вышли домой после тренировки в симуляторе, и посчитали свои показатели, то все без исключения нашли в них ошибки. Мы даже Эйсовы итоги подбили для полноты картины. Статы были завышены, причем, уже совместными расчетами вывели, что коэффициент неоправданного взлета у всех один и тот же.

Ну — да, парни не я, которая картинкой обычно удовлетворяется! Особенно Джончик, этот, походу, не входит, ни выходит, чтоб не посчитать все раз по пять!

— Вот мы и решили, что и причина одна. А так как у нас для такого сбоя тех причин ни у кого не было, а только вы с Гарри в обсуждении не участвовали, то мы и поняли, что дело в ком-то из вас. На орка больше думали, раз он прячется. Считали, что там за ним какой-то умник сидит — сам дурачком прикидывается, а на самом деле в реале всяким оборудованием обложился и хилерствует напропалую. Ну, еще «штыри», конечно, на которых мы все играем, и сопряжение, что нас объединило и баг по всем «размазало».

Угу, и коньячок-с… еще тоже…

Тур выглядел не очень приглядно. В смысле, красноватого цвета планета, которая даже с такого далека, как орбита причальной станции, криком кричала — воды тут нету, и не надейся, всяк сюда сунувшийся! А раз нет воды, то нет и нормальной атмосферы, нет растительности, и всех красот, что обычно предоставляют океаны, моря и реки.

Но, как известно, Тур, обманщик еще тот.

Вода — была. Глубоко, в подземных пещерах и протоках. Залежами ледников, тоже, в общем-то, не на поверхности, но зато массово. А потому и атмосфера, какая-никакая, на нем имелась, правда без респиратора не вполне пригодная.

Да и растительность как-то, но росла. Называлось она просто — деревьями. Но уж слишком непривычными были они с виду. Толстые, без ветвей и листьев, и уж точно без всякой декоративности стволы заполняли порой целиком огромные пустоши или оплетали горы, как на терраподобных планетах это делает лиана с их нормальными родственниками. При этом цветом непривычная растительность ничем не отличалась от тех плоскостей и высот, которые осваивала. Тем самым помогая планете обманывать взгляд, выдавая планету за непригодную.