Не смейте обижать моих сестёр (СИ) - Ерёмина Надежда "Надежда Ерёмина" - Страница 11

Вечером, поднимаясь к себе, я слышала, что на одном из этажей устроили разборки века. Крики, визги, вопли. Да, так только девушки могут между собой выяснять отношения. Я на мгновение завернула на этот этаж, увидела, как парни растаскивают брыкающихся девчонок в разные стороны, и ушла. Пусть делают, что хотят.

Попав в свои новые апартаменты, я открыла окно в гостиной, запустила поисковой маячок, который поможет мне привлечь ворона-посланника (мой любимый вид почты), потом разобрала свои чемоданы (подаренные императором даже открывать не стала), достала любимое вязание (никак не могла дома оставить, всё-таки для меня это самый надёжный способ успокоения) и решительно заработала спицами. На моём этаже тоже кто-то шумел.

Когда я собралась спать и переоделась в сиреневую пижаму, которая состояла из открытой маечки на тонких бретельках и коротких шортов, в двери постучали. Я пошла открывать, не заботясь о правилах приличия.

– Девочки, а вы... – за дверью стоял красивый молодой человек в темно-синих брюках и такого же цвета футболке, который при взгляде на меня едва не потерял дар речи. – Вау, какая красавица...

– Что тебе надо? – я не была столь доброжелательна и накричала на него.

– А где твои подружки?

– Ушли к своим друзьям! – прокричала, что было сил.

Я громко хлопнула дверью и направилась к постели. Но не успела я укрыться одеялом, как в дверь снова постучали. И снова постучали. И опять постучали. Всё, завтра лично возьмусь за всеобщее воспитание и объясню каждому, что такое тихий час! Я подошла к двери и, открывая её, наткнулась:

– Чего ещё?!

А тут...

– Своих соседок мы воспитали! – отрапортовала Деметра.

– Они нас теперь боятся, – добавила Ирма.

– Парней на этаже мы воспитали!

– Они нас теперь уважают.

– Общежитие в целом мы воспитали! – опять доложила Деметра.

– Они нас теперь ненавидят, – весело сообщила Ирма.

– Комната нам досталась нормальная.

– Но жить мы будем у тебя! – подытожила Ирма.

Ничего не понимая, я посторонилась, чтобы пропустить двойняшек.

– Девочки, что вы тут делаете? – я никак не могла этого понять.

Деметра прошла в гостиную, с разбега плюхнулась на диван и объяснила:

– Мы не можем бросить тебя в одиночестве. Как ты тут одна будешь жить в этой далёкой и неизвестной столице?

– А у нас, – скромно добавила Ирма, – как раз нет никаких важных дел. Сама знаешь, только на первый курс поступили. Ну а раз в Черноведьминском поступить смогли, то и поступление в эту академию нас не испугало.

– Правда, – сглотнула Деметра, – пришлось немного потратить мамины сбережения, так как набор был уже закрыт, да и само обучение тут платное...

Хорошо, про деньги поверю. Эту и ежу понятно, что без денег тут никак. Я сложила руки на груди, и нахмурилась:

– Девочки, давайте честно! Трудно поверить, чтобы вас в первую очередь интересовало мое одиночество. Кому-нибудь другому будете эти сказки рассказывать, а я вас знаю.

– Честно? Хочешь честно? – Деметра даже с места подскочила. – Сестрёнка, да ты только представь, какие перед нами перспективы тут открываются! Во-первых, нас никто не знает, а значит, Лауре не донесёт. Во-вторых, платников из этой академии не отчисляют, а значит...

– А значит, у нас столько шансов повеселиться! – продолжила Ирма.

Что? Они надо мной издеваются?! Мне нельзя портить репутацию и отношения с императором. Я бы повеселилась, ох я бы так повеселилась, но... Нет, я, конечно, собиралась повеселиться ща счёт академии, но явно не до такой степени, что предпочитают двойняшки. Даже не успела понять, в какую минуту комнату наполнил мой громкий страдальческий стон.

– А ещё, – заговорчески прошептала Деметра, – мы обзавелись поддельными документами с ненастоящими фамилиями. Просто не говори никому, что мы с тобой родственники, и проблем не будет.

Кстати, Лаура ведь говорила мне, что мама не внесла имена Ирмы и Деметры в список основного семейного дерева. Только в тайный, о котором императору не известно.

– Дем, горжусь тобой. Ты вышла на новый уровень, – похвалила я сестру.

– Марта подсказала, – не стала скрывать она.

Тогда всё ясно. Но я не придала этому значения:

– И как же вас теперь зовут?

– Ирма и Деметра Лоудж, – гордо представилась Ирма.

– Послушай, Аманда, – прошептала Деметра, – тебе не кажется, что мама с Лаурой что-то от нас тут скрывали? Они нам вечно указывали то одним не интересоваться и принимать как должное, то другим. Я уверена, что у мамы в столице была какая-то тайна, иначе бы она не стала скрывать, от императора что родила ещё двоих дочерей.

– Дем, – я, кажется, поняла её направление мыслей, но хотела услышать подтверждение. – На что ты намекаешь?

– Мама всегда говорила, что отец погиб до нашего с Ирмой рождения, во время её беременности. Ты сама его совсем не помнишь, маленькой ведь была. А если... если у нас с тобой разные отцы, ты не думала? Вдруг мама... была с кем-то другим, и этот человек не знает о моём существовании? А твой отец, узнав... про маму мог просто уйти из семьи? Конечно, мама у нас была самой лучшей, и я говорю сейчас ужасные вещи. Но просто задумайся хотя бы на минуту, почему мама скрыла наше рождение. И ведь Лаура явно знает ответ на этот вопрос, я столько раз пыталась спросить, но ничего не говорит...

Я осторожно приобняла сестру за плечи и вместе с ней присела на диван. С другого бока подсела Ирма, которую я обняла одной рукой за талию.

– Родные мои, я как никто другой понимаю вашу мечту иметь отца, и даже нахожу твою, Деметра, теорию логичной. Но как и кого вы собрались искать?

Ирма осторожно протянула мне тоненькую старую потрепанную тетрадь с запыленной обложкой. Я осторожно перевернула первую страницу. И... Не может быть! Это же мамин дневник...

– Но как? – я не могла поверить в чудо. Я ведь помню, что все мои попытки отыскать это сокровище оказались тщетными. – Где он был?

– В комнате Лауры, – Ирма легко пожала плечами, – читай последние записи.

Я нашла необходимые страницы, но в этот момент в комнату через приоткрытое окно влетел черный ворон. Замечательно, теперь можно написать Лауре, чтобы она не волновалась. Хотя у нее ведь сейчас медовый месяц и есть дела явно поинтереснее.

– Только о нас не упоминай, – попросила Ирма, когда увидела, что я взяла в руки ручку и чистый лист.

– Лаура не знает? – можно было не спрашивать, ведь это и так уже очевидно.

– Нет.

– И как вы собираетесь это скрывать?

– Первое время нас будет Марта прикрывать, а потом... по ситуации, – пояснила Деметра.

Я взвыла и села за письмо, в результате чего получилось, что я белая и пушистая девочка, а этот мир жесток, опасен и угрюм. Довольная собой, я взяла величайшую находку из всех находок – мамин дневник. Читать стала с того места, на которое мне указали сестры.

«Иногда мне кажется, что жизнь – это череда белых и черных полос, соревнование боли и удовольствия, счастья и бесконечных проблем. Когда ты счастлив, время бежит мгновенно, кажется бесконечным, и ты его совсем не замечаешь, особенно, если в какой-то из моментов тебя переполняют эмоции. А в беду время растягивается и кажется бесконечным. По-другому бесконечным. В этом случае бесконечность времени только угнетает и наталкивает на безумные мысли. Хочется быстрее перешагнуть через невзгоды, но зачастую обстоятельства этого не позволяют.

Мне кажется, сейчас у меня именно такой период. Я основательно поругалась с собственным мужем. Он хочет, чтобы я бросила Черные территории и переехала с ним в столицу Таэрской империи. Ни за что! Ни за какие деньги! Это мои земли, на которых живёт мой народ, о котором я обязана заботиться. И чтобы ни случилось, я всегда буду со своим народом. И мои дети всегда будут со мной!

Дети... Аманде на прошлой неделе исполнилось два годика. Лауре скоро будет двенадцать. А ещё... вчера я поняла, что беременна. Благо, что срок небольшой и до развода живот не успеет вырасти.