Обратная сторона Истока (СИ) - Шашкова Екатерина Владимировна - Страница 63

Одно движение карточки, и крючок с тихим звяканьем вышел из паза. В приоткрывшуюся дверь сразу же сунулись, отпихивая друг друга, две любопытные морды: рыжая и серая. Шерсть у обоих лоснилась, усы топорщились — звери тут явно не голодали.

Когда-то их завели из-за расплодившихся мышей. Если в кухне и других служебных помещениях можно было поставить мышеловки или насыпать яд по углам, то в камерах такие методы не годились. Возможно, в обычной тюрьме оставили бы всё как есть, но здесь к заключённым было особое отношение и грызуны с ним никак не вязались.

Слушая рассказ о местных порядках, Нина не могла отделаться от ассоциаций с Бастилией, причём скорее с книжно-приключенческой, чем с реальной. Государственные преступники, заключение без суда и следствия, личные (и, конечно, тайные) визиты всякие больших шишек, трёхразовое питание по ресторанному меню (если повезёт).

Не хватало только ножовки, запечёной в батоне, и верёвке в пироге.

Но это исправить недолго. Правда, другие времена требуют других методов, поэтому Нина надеялась, что ножовка не понадобится. А вот верёвку на всякий случай прихватила.

Кошки, не обнаружив еды, не особо расстроились и принялись громким мурчанием тереться об ноги.

— Какое счастье, что вы не сторожевые собаки, — вздохнула Нина, почесав серую мурлыку за ухом. Рыжий кошак немедленно отодвинул подругу и тоже подставился под руку, требуя ласки.

Так и пришлось идти дальше в сопровождении почётного караула, благо дорогу они знали куда лучше Нины. Хотя заблудиться в совершенно прямом коридоре не получилось бы при всём желании, разве что врезаться во что-нибудь — темнотища здесь была непроглядная. Зато и опасность наткнуться на местных минимальная: вряд ли кому-то понадобиться заглянуть в технические помещения именно сейчас, когда арфактумы не работают.

До лестницы (такой же тёмной и безлюдной) Нина добралась без происшествий, а вот дальше стоило быть осторожнее. Камеры располагались на третьем этаже, пункт охраны — там же, на входе. И до этого входа требовалось добраться идеально.

То есть громко.

«Только не пытайся строить из себя актрису, притворяться и врать ты всё равно не умеешь, — сказал Ракун, когда подруга поделилась с ним своими планами. — Будь собой, насколько возможно. Представь, что всё происходящее — правда. Что ты действительно та, за кого себя выдаёшь.»

«А если мне не поверят?»

«Импровизируй. Иногда у тебя неплохо получается.»

Нина постаралась выбросить из головы это «иногда» и оставить только «неплохо». Потопталась на месте, собираясь с духом. Отключила и спрятала в сумку налобный фонарик. Волосы высохнуть, конечно, не успели, но если в хвост собрать, то в темноте вроде и незаметно.

Несколько лестничных пролётов она прокралась на цыпочках, чтоб не засекли обитатели нижних этажей, но на последних ступеньках изменила походку, нарочито звонко стуча каблуками.

Кошки заинтересованно вскинули головы, заметив перемену.

— Да отстаньте вы, попрошайки, — отмахнулась Нина, даже не пытаясь понижать голос. — Нет у меня для вас вкусненького, нет. Никто же не предупреждал, что у вас тут такса две сосиски за вход и ещё две за выход.

Дверь на площадке третьего этажа была одна-единственная — окованная металлом, тяжёлая даже на вид. И с маленьким окошком на уровне глаз, которое приоткрылось ещё до того, как Нина успела постучать.

Свет упал на противоположную стену неровным прямоугольником и почти сразу же снова исчез, когда проём загородило лицо охранника.

Непонятно, что он пытался разглядеть в такой темноте, но беседу с кошками точно услышал. И хорошо!

Человек, болтающий с кошками, внушает доверие. Особенно если это не нахальный мужик типа Ракуна, а круглолицая девушка в очках.

Нина давно успела уяснить, что внешность у неё совершенно не злодейская и не героическая. Таких не боятся, над такими беззлобно подшучивают, на таких сваливают чужие обязанности, а потом приходят выпрашивать помощь или клянчить конспекты перед экзаменом.

Так было всегда: в студенческие годы, в преподавательские и сейчас, когда стажёрке из аналитического отдела вечно спихивали на разбор кучи документов, к которым никто не притрагивался годами. Иногда она даже умудрялась выудить из этой макулатуры что-то важное. Спустя несколько минут это важное оказывалось на столе Силя, благополучно избежав бюрократического ада и цепких рук начальника отдела.

Начальник был, в общем-то, неплохим мужиком, но присваивать себе чужие заслуги и хвастаться ими ему нравилось больше, чем работать. Порой это раздражало.

— Мряв! — отчётливо и печально сообщил рыжий кошак, которому Нина, задумавшись, наступила на хвост.

— А нечего под ногами вертеться! — Она торопливо отступила и подхватила мохнатого сопровождающего на руки. Тот довольно заурчал и расслабился, зато его серая подруга, невидимая в темноте, принялась ластиться с удвоенной прытью. — Да что ты делаешь?! Сейчас и тебе что-нибудь отдавлю!

За дверью прозвучал сдавленный смешок.

— Здравствуйте! — откликнулась на него Нина. — А я к вам с проверкой. Ничего серьёзного, просто велели посмотреть, как вы тут без магии справляетесь. Сейчас, подождите, документы найду…

И она бодро зашуршала бумагой в сумке.

— Здравствуйте, — слегка запоздало ответил охранник. — А от меня-то что требуется? Экскурсию провести?

Внезапной инспекции он не особо удивился — ситуация была вполне реальная. Возможно, настоящие проверяющие даже существовали и действительно направлялись сейчас к тюрьме.

Вероятность, конечно, небольшая, но сильно мешкать не стоило.

— Да нет, зачем мне ваши камеры, мне ещё в десяток мест сегодня заскочить надо. Распишетесь просто, что рабочий день проходит в полном соответствии с требованиями техники безопасности и внутреннего распорядка… Как-то так. Я не вчитывалась, честно говоря. Да где же оно… Не можете как-нибудь посветить, а то у меня фонарик умер?

Охранник промолчал, но от обзорного окошка отодвинулся, а затем загремел ключами. И немедленно нарушил и технику безопасности, и внутренний распорядок и ещё пару каких-нибудь важных штук — то есть приоткрыл дверь незнакомому человеку, даже не проверив у него документы.

Конечно, у проступка были явные смягчающие обстоятельства: посетительница пришла снизу, с первого этажа, где наверняка прошла все стадии досмотра. Стрельбы не было, тревоги тоже. С кошками, опять же, разговаривала.

— О, спасибо большое, — улыбнулась Нина, когда на лицо упал лучик света.

Хотя свет был, прямо сказать, не слишком светлый. Охранник тоже это заметил и торопливо подкрутил фитиль керосинки.

Вот оно, истинное лицо центра вселенной: кабриолеты контрабандой из дальних витков возят, а на нормальные фонари для сотрудников денег пожалели. Нина мысленно усмехнулась, продолжая демонстративно рыться в сумке. Кот балансировал у неё на плечах всей своей немаленькой тушей, изредка запуская когти в синяки, но ради дела можно было и потерпеть.

— Давайте сюда этого дармоеда, — охранник перехватил рыжего, машинально начёсывая его за ухом. Догадался наконец-то!

— Спасибо. А вот и ваша папка! — Нина облегчённо выдохнула и левой рукой выудила из сумки документы. Правой было бы гораздо сподручнее, но именно поэтому она должна была остаться свободной.

Чтоб охранник смотрел на левую. И немного на кота.

Коту в мужских объятьях ожидаемо не понравилось и он с мявом дёрнулся обратно к запаху валерьянки, но получилось только плюхнуться на пол, оставив клок шерсти в кулаке недоумевающего охранника.

Нина отшатнулась от любвеобильного зверя, выронила папку и та полетела вниз, по пути теряя содержимое.

Листы бумаги разлетелись веером по всему полу, Нина ойкнула и наклонилась, чтоб их собрать. Охранник среагировал быстрее, тоже наклонился. И от неожиданности даже не заметил, как в бок упёрся шокер.

А вот удар током он почувствовал. Наверное, даже треск электричества услышал.

Только прокомментировать уже никак не успел, кулем повалился на пол.