Сердце пламени (СИ) - Макмастер Бек - Страница 53

Наступила тишина.

— А что сделает отец, когда услышит о поражении и смерти твоего старшего брата?

В опасных глазах сквозь темные ресницы вспыхнул целый фейерверк.

— Не знаю. Его наследник мертв. Кое-кто при дворе скажет, что Магнус погиб, ибо посмел вторгнуться в земли Рюрика, но… верные отцу соратники воспримут эту смерть как оскорбление.

Фрейя содрогнулась.

— Они снова придут за ним.

— Возможно. — Слово эхом отдалось в пустом зале. — Некоторые побоятся восстать против наследного принца. Магнус был одним из лучших, и Рюрик победил его. Они…

— Что они? — перебила Фрейя.

Дреки взглянул на нее в упор.

— Он тебе не сказал?

— Судя по всему, он вообще мало что рассказал, — рявкнула Фрейя. «Принц, надо же».

— Рюрик был наследником своего отца, — объяснил Андри, — а значит, принцем нашего народа. Когда Рейнар погиб, Рюрику предложили битву за трон или изгнание. Он выбрал второе. Рюрик не просто принц, но еще и самый сильный дреки двора. Если отец снова пришлет своих воинов, это будет целый отряд.

— Я не позволю навредить ему, — гневно прошептала Фрейя.

— Что ты такое?

Сколько же раз ее спрашивали об этом. Круги, круги… Да какая связь между этими проклятыми кругами, Фрейей и мамой? Фрейя оперлась локтями на колени, присев рядом с Рюриком. Тот положил голову на край бассейна. Все его тело словно сияло золотом, освещая темные воды, но дреки, казалось, совершенно не замечал окружающий мир.

— Не знаю, — призналась она. — Мама звала меня Дочерью Бури. Думаю, она знала, какие силы породили меня, но… Я не понимаю, как это все работает.

Сколько лет она пыталась скрыть свою натуру, подавить свою необычность. Всякий раз, когда соседи крестились, Фрейя отворачивалась и поглубже прятала свое естество. Но события последних недель заставили признать правду, которой она сторонилась столько лет.

В ней была сила.

Огромная сила.

Связанная со стихиями, как и магия Рюрика, но все же неким образом особая.

Андри присел на корточки рядом. Он был обнажен, но до последнего момента Фрейя не обращала на это внимания. Андри хмуро взглянул на Рюрика.

— Чем бы ты ни была, для Рюрика ты представляешь опасность. Лишь ты являешься преградой между ним и признанием двора дреки. Без союзников Рюрик не выстоит против Стеллана, и твоя сила не поможет. А его народ никогда не примет тебя или ваших будущих детей.

Фрейя ощутила внезапный холод.

— Народ изгнал его.

— Рюрика любят его дреки. Я слышал перешептывания, слухи, что будь Рюрик королем, все сложилось бы иначе, лучше. Они не любят Стеллана, моего отца, но никто не смеет бросить ему вызов.

— Кроме Рюрика, — договорила Фрейя, наконец поняв все.

— Кроме Рюрика. Но ты — человек, а он — дреки. И лишь это одно может обернуть его друзей во врагов. Ты — не дреки. Спаривание с тобой противоречит вероучению, и народ может решить, что ваша связь оскверняет чистоту крови. Мы можем брать людей в любовники, но не в супруги, а общие дети считаются незаконнорожденными. Они не примут тебя как его жену, и Рюрик никогда не вернется домой.

Дом. Кровь отлила от ее лица. Заветная мечта Рюрика, та самая, при воспоминании о которой его глаза затемнялись тоской. Сестра, брат, народ… все то, что он потеряет навеки, оставшись с ней.

В груди завязался холодный узел.

— У нас с Рюриком нет будущего, — тихо вымолвила Фрейя. — Я всегда это знала.

— И все же боролась за него?

— Я люблю его, — прошептала она.

— Любовь… — Андри словно взвешивал слово. Он нахмурился.

— Отдыхай, — прошептала Фрейя, убирая прядь мокрых волос со лба Рюрика и понимая, что никогда не сможет объясниться. — Отдыхай и лечись.

Глава 21

Рюрик очнулся через неделю.

Он все еще лежал в бассейне, вода, наконец, остыла, словно он впитал в себя все тепло вулканических источников. Вернулись смутные воспоминания: рука ложится ему на лоб, словно проверяет температуру, а губы нежно касаются щеки. И слова, что Фрейя шептала ему на ухо, проникали в самое сердце, даже сквозь защитную кому.

«Я люблю тебя, Рюрик. И поэтому должна освободить».

— Фрейя? — Рюрик встал. Колени все еще дрожали, но тело, наконец, исцелилось. — Фрейя?

— Она ушла, — ответил Андри, выступая из теней и взирая на него в упор.

Нет! Рюрик оскалил зубы, в нем вскипела первобытная ярость, и вулкан отозвался дрожью. Сердце дреки заныло, вновь ощутив пустоту, словно он потерял нечто куда более ценное, нежели просто любовь.

— Где она?

— Ушла, — повторил Андри, становясь между Рюриком и выходом из пещеры. — Я рассказал ей, что случится, если она примет твое брачное предложение.

Рюрик повернулся к юноше, усилием воли заставив себя сжать кулаки, а не ударить того в лицо.

— Что именно ты рассказал?

— Правду, — затараторил Андри. — Она человек, а ты — нет. Ты не можешь взять ее в жены, ибо против тебя восстанет весь двор. Ты не сможешь противостоять всем, и тебя уничтожат за осквернение чистой крови.

— Пусть попробуют. — Рюрик прошел мимо парнишки, но Андри обхватил его обеими руками.

— Нет! — воскликнул младший дреки. — Нет! Я тебе не позволю! Ты нужен своему народу. Им нужен принц. Ты — их единственная надежда.

Рюрик похолодел.

— У вас есть королева.

— У нас есть чудовище, — почти прорыдал Андри. — Ты понятия не имеешь, как все изменилось. Твоя мать не верит ни в честь, ни в кодекс дреки. Сильные устанавливают собственные правила, и лишь сильные выживают в Гекле. Я был разочарован в правосудии, пока снова не увидел тебя. Пока ты не заставил меня поверить, что так дальше нельзя.

Глаза парнишки наполнились слезами.

— Я потерялся, Рюрик. Все, чему ты меня учил, обернулось прахом под бесконечным давлением воли отца. Я уже ничему не верил. Я творил такое, о чем буду вечно сожалеть. Но как только я вновь увидел тебя, надежда воссияла! Ты пытался спасти меня. Ты бы не ранил меня даже в бою, потому что дал слово. Ты не представляешь, что это для меня значит.

Сердце Рюрика глухо забилось.

— Если бы я остался, то весь двор погрузился бы в губительную войну. Дреки пришлось бы принимать одну или другую сторону.