В гостях у ведьмы (СИ) - Стригин Андрей Николаевич - Страница 108

  - Простите, - Кирилл спустился с листа на корявый корень, а в душе забурлила обида. - Это мы вас спасли!

  - От кого, от этих пиявок? - хмыкнул Феофан Смелый, отцепляя от себя нескольких штук.

  - Он говорит правду, Феофан, - звенящим голосом произнесла Альмигора.

  - Подожди! - мужчина обхватил ладонями голову, болезненная гримаса пробежала по волевому лицу, к нему начала возвращаться память. - Я пришёл за Волшебной книгой ... Это владения Болотной-Яги. Она взяла меня в плен. А дерево, откуда здесь и почему оно такое огромное?

  - Хорошее дерево. Этот мальчик его вырастил! Всю волшебную силу из меня высосало. Я сейчас даже с кикиморой не справлюсь, - с нервным смешком сказала Альмигора.

  - А что я тебе раньше говорил, лучше хорошего меча ещё ничего не придумано! - нравоучительно произнёс её муж. Он неторопливо прошёлся по двору, а в его глазах появилось беспокойство.

  - В избе твой меч, - улыбнулась Альмигора.

  - Болотная-Яга где? - в нерешительности остановился Феофан Смелый.

  - В том сарае.

  - Что она там делает? - сбился с шага мужчина.

  - Сидит. Я её приковала к стене.

  - Это правильно, - с облегчением выдохнул Феофан Смелый.

  - Вы что, старую бабушку на цепи держите? - выкрикнула от возмущения Катя.

  - Кто это? - сурово глянул на неё мужчина.

  - Это? - Альмигора внимательно посмотрела в глаза девочки. - Она ведьма, - но после небольшой паузы добавила:

  - Будущая ведьма.

  - Тогда всё понятно, - хохотнул Феофан Смелый, - это внучка старой карги.

  - Ничего не внучка! Просто, нельзя поступать со старыми людьми!

  Альмигора мягко улыбнулась:

  - Совсем как моя доченька, такая же беспринципная и горячая. Ты, девочка, должна понять, Болотная-Яга уже не человек и страшная она даже не лицом, а своими помыслами. Даже Водной перестал приходить к ней в гости. Она мавок обижает и даже свою дочку Бабу-Ягу едва не утопила.

  - Да, чуть не утопила! А почему она ко мне почти сто лет не приходила?! - внезапно раздался возмущённый шамкающий голос.

  - С цепи сорвалась! - Феофан Смелый метнулся в избу за мечом.

  - Давно меня не жалели, вот и я никого не жалела, а сейчас в моей душе словно фиалки распустились.

  Кирилл не сразу рассмотрел её. Действительно, от неё практически ничего не

  осталось человеческого: голова в редких седых волосах, глаза глубоко сидели в черепе и из чёрных прорезей вырывался красный огонь. Её тело - нечто бесформенное, прикрытое рваным тряпьём, а на кривых ноги лапы, как у дряхлой гусыни.

  Болотная-Яга небрежно взмахнула рукой. В топях забулькало, а на поверхность всплыли утопленники. Они посмотрели мутными глазами, заскрипели зубами и со злобой замахали распухшими кулаками.

  - Ты бы убрала свою свиту, - с угрозой обратился Кирилл к Болотной-Яге.

  - Давненько тебя здесь не было, а почти не изменился. А ведь это по твоей милости я здесь "корни пустила", в жабу превращаюсь, - обожгла она мальчика взглядом.

  - Это не я был, - уверенно сказал Кирилл, а мой пра-пра ... прадед. А впрочем, что мешало вам остаться человеком?

  - В этих топях? Да здесь одни лягушки, пиявки и кикиморы ... фу, какая гадость! А мне летать охота, и ступа моя давно прохудилась.

  - Ступу мы починим, метлу поправим, крышу на избе перекроим, - неожиданно вклинился в их разговор Большой Хрюх.

  - А-а-а! - из избы с перекошенным лицом вылетел Феофан Смелый. Герой поднял смертоносный меч, но один из утопленников бросил ему под ноги бревно. Мужчина упал на землю и больно ударился головой об камень.

  - Прикажи своей свите не буйствовать, - помрачнел Кирилл.

  - Так, не мы буйствуем, а он, такой резвый! - у Болотной-Яги вырывался злой смешок.

  С нечленораздельным мычанием к Кириллу начали подбираться распухшие утопленники. Мальчик быстро запрыгнул к друзьям на лист и тот неожиданно приподнялся над трясиной.

  - Спас-сибо! - заикаясь, сказал Кирилл дереву.

  Из листвы, как капли росы, показались чистые глаза. Дерево начало очень странно говорить, словно это зазвучали под умелой рукой струны арфы:

  - Это вам спасибо. Вырастили, вкусно накормили. Проси что угодно.

  - Их надо спасти, - указал Кирилл на Альмигору и Феофана Смелого.

  Мгновенно из гущи изумрудной листвы сполз гибкий зелёный ус. Он с лёгкостью отшвырнул утопленников, обхватил Альмигору и, вздумавшего размахивать мечом Феофана Смелого, и аккуратно опустил их на лист.

  - Чудеса, да и только, разумное дерево! - покачнувшись на мягкой поверхности, произнёс Феофан.

  - Что ещё хочешь? - прозвучал удивительный голос волшебного растения.

  - А можно мне, - Кирилл растерялся под пристальным взглядом блестящих, как роса глаз и замолчал.

  - Ты хочешь поколдовать? - догадалось дерево.

  - Да, но для тебя волшебство, это вкусная пища, - испытывая смущение, произнёс мальчик.