Паутина миров: Остров (8 книг) (СИ) - Шаман Иван - Страница 112

– Вдыхай ртом, полная концентрация. Выдыхай носом с силой, с криком, будто медведь рычит! Чего ты шипишь будто мышке на яйца наступили? – подгонял меня Гуаньюй, недовольный результатами. Честно сказать я тоже был не слишком доволен, выносливость и еще не восстановилась и каждые пять – десять минут я падал на тренировочную площадку не в состоянии больше двигаться.

При этом нужно признать, что даже так он был куда полезнее Ляня. Одно дело, когда ты показываешь упражнения для толпы, учишь сразу всех и всему. Совсем другое – индивидуальные занятия. Не привыкший работать с новичками копейщик сразу задал темп для адептов и мне ничего не оставалось кроме как подтягиваться до нужного уровня.

К вечеру, когда я совсем выдохся и между одноминутными упражнениями мне стали требоваться пятиминутные перерывы Гуаньюй плюнул и сдался. Когда он уходил с площадки я даже встать не мог. Все это время мы тренировались в углу общего зала, и я мог наблюдать как занимаются старшие группы. Разницы между неофитами первого года почти не было. Но стоило выйти в круг адептам, особенно старше бронзы – и все становилось кристально ясно.

Стойки, одиночные удары, броски – все это, отточенное до полного автоматизма начинало складываться в стиль. Комбинации сменяли друг друга, и у золотых адептов различить где начало одного движения и конец другого было практически невозможно. А когда на тренировочный спарринг вышли пять адептов и один начинающий воин я и вовсе потерял дар речи.

Парню было лет четырнадцать, и его противники были ровесниками. Многие на полголовы его выше и внешне крепче. Но талант воина был неоспорим. От детских движений не осталось и следа, все упражнения, которые заучивались медленно, для отработки техники мелькали, сливаясь в ураган ударов повергающий противников.

Представить после этого какими техниками владеет Лян, обучающий большую часть жизни других, оказалось тяжело. Единственный молниеносный бой против Фенга – не показателен. Однако ранг героя говорил сам за себя. Он не сумел или не захотел самосовершенствоваться дальше, подниматься выше по лестнице к небесам. Достиг своего предела, который находится даже не на середине, а в самом начале пути к бессмертию.

Поднявшись я поймал на себе несколько удивленных взглядов. Практика тренировок отдельно от групп и факультетов не слишком распространена. И видеть, как кто‑то учится в то время как остальные его одногруппники, самосовершенствуются после занятий, было странно. Хотя я и не прочь дополнительного внимания. Оно мне пригодится. Не сейчас, но после тренировочного турнира точно. У меня есть цель, и это один из крохотных шажков на пути к ней.

– Ты выглядишь жалко. – заявил Ичиро, стоящий в карауле, когда я проходил мимо.

– Это нормально. Я только что отзанимался физической подготовкой три часа.

– Как ты станешь моим противником на турнире скрытого пламени если не способен даже выдержать небольшую тренировку? – усмехнулся парень. – Или ты собираешься рассмешить меня до упада?

– А что так можно? – картинно выпучил я глаза, чем вызвал приступ хохота у Пинга и его окружения. Но затем, усмехнувшись похлопал его по плечу. – Ничего. Мы с тобой еще и на подготовительном турнире встретимся.

‑‑ Там будут команды. А не одиночные схватки. – отмахнулся Ичиро. – Я не видел тебя в заявках от Сэюэ‑ци, но от кого бы ты не шел, тебе даже до четвертьфинала не дойти.

– Хочешь поспорим? – улыбнулся я. – Что ты готов поставить на то что я с командой не только выйду в четверть финал, но и одержу победу?

– Что может поставить такой голодранец, без семьи и с кланом, у которого даже права голоса нет? – всерьез спросил младший наследник старшего рода.

– Ну, например, то чего у тебя нет и быть не может. – усмехнулся я, доставая пропуск от Сонги, и закрывая пальцем строчку про поварят. – как тебе вещичка?

– Откуда она у тебя? – насупился мальчуган. – Как могла свой пропуск дать легендарная воительница такому как ты? Признавайся!

– Э нет. Так дело не пойдет. Выиграешь, тогда и спрашивай. Вот только вопрос, что у тебя есть столь же ценного и уникального? Монета за выигрыш старшего брата?

– Нет. Ее я поставить не могу. Но наш род богат и знатен, у нас есть все чего только можно пожелать! Говори свое условие, и если оно выполнимо я соглашусь!

– Выполнимо бывает разное. Как на счет денег? А сумма. Сколько тебе в год на карманные расходы дают? – на всякий случай решил уточнить я. Лицо Ичиро совсем вытянулось, даже смотреть на него было грустно. – Никто тебя за язык не тянул. Отдавать все карманные деньги в течении года – вполне реально и не обременительно для столь богатого клана как Пинг. Что скажете ребята? Уникальная вещь за горстку монет. Большую такую горстку.

– Как скажешь, нищеброд. – вздернув нос сказал парень. – если ты проиграешь все будут знать, что ты не только нищий, но еще и не дорожишь вещами подаренными тебе знатными людьми. Так же как все уже знают, что ты хам и наглец, не согнувший спину даже ради того, чтобы продолжить учится у истинного мастера!

– Договорились. – кивнул я. – До встречи на турнире.

Теперь у меня просто не оставалось выхода. Даже если Юань‑ци не примут моего предложения, нужно будет записаться к Чжен‑ци и участвовать в любом случае. Добравшись до своей комнаты, я рухнул в гамак и мгновенно заснул до вечера. Без сновидений, совершенно не ощущая, что происходит вокруг. Просто провалился в черноту и вынырнул из нее, когда уже солнце село.

– Скажи, друг, ты специально где‑то учился в неприятности попадать или это неповторимое сочетание характера и тотальной невезухи? – с интересом спросил Хироши, увидев, что я проснулся. – Мне просто интересно, может на тебе какое‑то проклятье висит? Или ты злой дух, вселившийся в тело мальчика?

– Хватит ржать, скажи лучше, что опять случилось?

– Что случилось? Да вся академия чуть не на ушах стоит! Какой‑то несносный засранец из семьи Фенг вызвал на поединок младшего наследника главного рода клана Пинг. Да не просто вызвал, а прилюдно. К тому же поставив вещь, написанную рукой самой героини войны вторжения Гуй Сонг, старейшины сообщества орков. А еще тот придурок занимался на протяжении трех часов пародией на боевые искусства, больше валяясь чем делая упражнения. Так что он выставил себя посмешищем сразу для нескольких потоков. Не знаешь случаем о ком это?

– Блин. Площадку для тренировки нужно менять. – вздохнул я, прикрывая лицо ладонью. – А что там с тренировочным турниром?

– О, это та еще песня. Тебя интересует то что касается организации или участия команд?

– В начале – что там с Юань‑ци. Будут ли они участвовать?

– Тут все прекрасно, я от твоего имени уже принял предложение о выступлении. Это кстати добавит нам двух соседей. Ты же не против что я принял решение за дрыхнущего тебя? – ехидно спросил Хироши. – За полчаса мы так и не смогли тебя растолкать.

– Угу, но в следующий раз давай обговаривать такие вопросы заранее. Что по самим соревнованиям? Все как мы проговаривали.

– Боюсь тут для нас тоже ничего веселого. Формат турнира поменялся, учитывая, что больше он нацелен на тренировку навыков проходить будет в режиме королевской битвы, где‑то за тайным дворцом. Пока точная задача не известна, но по слухам нужно будет принести свой флаг на вершину холма и выдержать там оборону на протяжении тридцати минут. Побеждает только одна команда. Никаких полуфиналистов или единоборств один на один.

Снаряжение только стандартное, если будет замечено что на входе у кого‑то есть оружие или дополнительная защита – такую команду дисквалифицируют. Применение настоящего оружия строжайше запрещено. Так что, если ты хотел победить за счет снаряжения – ничего не выйдет. К тому же еще одна неприятная новость, но уже лично для тебя Хэй Акио поправляется и будет участвовать в соревновании. Уверен его задачей будет не столько победить всех, сколько достать командой лично тебя.

– А вот это действительно неприятно. – прикусив губу сказал я. – все предыдущее нам даже в плюс. Нигде не сказано, что нельзя мастерить себе оружие из подручных материалов. А уж пару веток мы найдем без проблем. Другое дело если за нами будет целенаправленно охотиться команда дуболомов с целью покалечить. Тут уже не о победе думать придется, а о выживании. Вот только не завидую я тем, кто попробует прийти за моей жизнью.