Дни Стужи (СИ) - Макаренков Максим "bort1412" - Страница 18

Иван подул на кружку.

— Ну, как раз нашим доблестным стражам это очень удобно. И об заклад бьюсь, что дела они объединять не станут — Говорун сам по себе, Столяров — отдельно. — Согласен. Сделаем зарубочку и продолжим. Еще одна интересная странность — в тесном единении работают иноки Особого приказа, порубежники и городская полиция. Заметим — внешне они единяются, но на самом деле никто никому не верит, и все друг друга подозревают. Причем полицейский майор оч-чень необычный. Я еще со времен службы многих знаю, о таком колоритном персонаже мне бы точно сказали. Ан, нет. Не всплывал нигде ни разу майор Хацкий. Дальше — больше. Иноки эти — ведуны, причем с хорошей подготовкой. Да и Федул… Понятно, его послали, как старого знакомца, чтоб меня прощупать. Но дело такое — Федул и пара мужичков, что рядом с ним стояли, все они у Старшого самыми сложными делами занимаются. Такими, от которых другими мирами и нелюдью за версту смердит. И очень мне не понравилась та парочка, которая рядом с Хацким стояла.

— Те, которые стрелка вязали? — Иван крепкими пальцами разминал тонкую длинную папиросину. Сжал зубами мундштук, глубоко, с наслаждением затянулся, и сцепил за головой руки, — Да уж. Интересные типы. Что-то мне подсказывает, что мы с ними еще пересечемся. Впрочем, это лирика. Что ты обо всем этом думаешь?

— Да то же, что и ты. Влипли мы в какую-то очень хреновую комбинацию. Еще раз скажу — купцу я верю. Хоть и не всё он говорит, но верю, что затевается очень недоброе дело. И дело это решили обострить. А это значит, что комбинация вот-вот перейдёт в активную фазу. Это очень и очень плохо.

Иван пружинисто встал, заходил по комнате:

— Ты всё правильно, Стас, говоришь. Только одно забыл. Наши «кто-то» потратились на очень сильного колдуна. На некромантию — без неё точно не обошлось. А это весьма затратно. Кто-то рискнул ни много ни мало, а вломиться к купцу первой гильдии, это тебе не папиросника в подворотне обобрать. Этот кто-то знал про родственника в полиции, и о том, что Загорцев делом Говоруна интересовался. Иван развернулся на каблуках и наставил палец на Стаса, — Значит, перевертыш где-то имеется. Или, у купца среди ближних людей, или в полиции.

— Ну, насчет перевертыша ты хватил, — хмыкнул Стас, — Хотя… Неужто, на Акимыча думаешь?

— А ты бы не подумал? — Иван замолчал, потёр переносицу. — И полиция, и все на свете, именно его сейчас искать и будут.

— Ты, конечно, прав. Куда ж его черти унесли?

Вопрос так и повис в воздухе. Подозревать Акимыча, которого оба знали много лет, не хотелось. Но куда-то же он подевался сразу после убийства? Друзья сидели в гостиной, слушали, как тихо потрескивают в камине дрова, и размышляли. В тишине им было спокойно. Они могли так сидеть часами, каждый погрузившись в свои мысли, но при этом чувствуя и осознавая присутствие другого, подпитываясь взаимной молчаливой поддержкой.

— И все же, давай подведем итог. Что мы имеем на сегодня? — нарушил тишину Иван и сам же продолжил:

— К нам приходит Акимыч, человек проверенный, и просит выполнить заказ для купца. Тот же купчина нас нанимает порыться в деле убиенного Бориса Говоруна, и не нас одних: этим же делом и его родич занимается. Кроме того, говорит, что никому не доверяет, в городе пропадают слышащие, надвигается какая-то большая беда. Родича этого убирают, причём, показательно, сам купец пропадает неизвестно куда, вместе с семьей и приказчиком. А мы оба понимаем, что Акимыч не просто приказчик. И делом начинает заниматься до того пёстрая команда, что диву даёшься.

— Причем, кто из них верховодит, непонятно, — буркнул Стас, разминая очередную папиросу. — И как они еще между собой все не перецапались.

— Заметим, что мы с тобой пребываем в странном и неприятном положении вроде и не подозреваемых, вроде как и привлеченных к делу, но до конца нам никто не доверяет. Не столько им помощь наша нужна, сколько чтоб мы у них под присмотром были, да особо не рыпались.

— Или нас используют как приманку, — жизнерадостно оскалился Стас и выпустил одно за другим четыре дымных кольца.

— Могут, — легко согласился вязальщик. — Но мне отчего-то кажется, что мы сейчас очень многим мешаем, и нас могут попробовать убрать. Раз такая каша заварилась, то брызги полетят во все стороны.

— Ну, это завсегда. Мы ж к этому готовы были, как только на предложение Столярова согласились, — еще жизнерадостнее ответил Хромой. Стас злился. Не на напарника, на скверное это, дрянное дело, на купца, который их в него втравил, на Акимыча, которому даже пропасть пропадом не пожелаешь, потому что он уже. И на всех этих темнящих и юлящих розыскников, что церковных, что полицейских, которые нет бы дело делать, так интриги плетут. — Приманки, они тоже с зубами бывают. Мы того же Хасана хорошо поворошили, теперь посмотрим, кто к нам пожалует. Такие вести быстро расходятся. Ну и потом, нас Столяров нанял? Нанял. Аванс мы взяли? Взяли. Нехорошо нанимателя подводить. Репутация страдает, понимаешь ли.

— Страдает, — согласился Иван. — Так что, у нас сейчас один путь — дальше напролом двигать, ходить шуметь, да смотреть, кто из берлог появится. Столяров, судя по всему, прав, и операция сейчас в активную фазу перейдет. А это значит, что?

И сам ответил,

— Что все на взводе, у всех нервы ни к черту, и на любое подозрительное слово будут реагировать очень остро. Есть шанс, что мы на этом можем сыграть.

Стас молча дымил папиросой, глядя, как его друг потягивается и ходит по комнате. Иван безотчетно двигался так же, как недавно ходил инок в кабинете, где нашли труп — осторожно, но быстро, касаясь то одного, то другого предмета в комнате. Постепенно он впадал в подобие транса, у х о д и л на Грань, в то странное пространство, где соприкасаются между собой реальности и обитают существа, неведомые в нашем мире.

Предметы, которых он касался, на мгновение окутывала легкая зеленоватая дымка, и они ненадолго делались более яркими, в е щ н ы м и, присутствующими в реальности целиком и полностью.

Стас не мешал другу. Такое случалось не впервой и давно стало для Ивана частью ритуала размышлений над сложной задачей. Однако все могло быть, поэтому Стас смотрел внимательно, готовый в случае необходимости выдернуть вязальщика обратно в реальность. В этот раз Иван очнулся сам.

— Хотя, с другой стороны, — продолжил он, словно и не было паузы. — Не так просто нас с тобой укокошить, а если это произойдет, то шуму будет — до небес. Порубежники носом рыть будут, чтобы за тебя отомстить. Да и вся остальная наша братия взовьется, даже те, кто нас терпеть не может. Просто из цеховой солидарности.

— Это да. Но все равно надо быть настороже. Купеческий родич, он тоже, знаешь ли, не последним человеком в полиции был. А на тот свет отправили, хотя мундирники сейчас Москву наизнанку вывернут. И это говорит нам о чем?

— О том, что ставки настолько высоки, что игроки уже не особо о секретности беспокоятся, — сказал Иван. — Давай с тобой лучше подумаем не о том, кто и зачем его убрал. Интересно, к а к он это сделал. Вот скажи, ты хоть раз с чем-то подобным сталкивался?

Стас задумался… Бывало всякое.

Как-то две пятерки порубежников напоролись на поселение "черных вдов". Как их туда вынесло — никто не понял. Морок… наваждение. Вот только что они шагом ехали по широкой утоптанной лесной дороге, по участку, много лет считавшемуся безопасным… Ехавший впереди командир пятерки Серега Прохоров шлепнул ладонью по загорелой шее и зло ругнулся, рассматривая здоровенного комара. Его гнедой всхрапнул…

Кони раздвигали высокую жесткую траву. Лес остался за спиной, порубежники выезжали на заросший травой луг, полого спускающийся к маленькой речке злого серо-стального цвета. К берегу спускалась цепочка полукруглых черных шатров, над каждым из которых трепетала на ветру повязанная на высоком шесте черная лента.

Отсюда, со склона, фигурки возле шатров казались маленькими и неопасными. Вот кто-то поднял руку, и потекло в сторону порубежников вязкое прозрачное марево.