Наложница для оборотня (СИ) - Май Татьяна - Страница 14

— Куда? И кто приказал?

— Следуйте за мной, — вместо ответа сказал слуга.

Предупредить Кая не было никакой возможности, но, решив, что сейчас его мало что способно огорчить, я двинулась за слугой. Мы вышли из зала через двойные двери, ведущие в сад, прошли по тропинке, по которой сновали разодетые гости, все удаляясь и удаляясь от замка.

— Если вы мне сейчас же не скажете, куда мы идем, я не сдвинусь с места, — пригрозила я.

— Мы уже пришли. — Слуга остановился около беседки, укрытой зарослями плюща так, что я не сразу ее приметила. — Ожидайте внутри.

— Кого ожидать?

Но слуга лишь поклонился и исчез между деревьями. Потоптавшись около беседки, я ступила внутрь. Там была лишь ажурная скамейка и небольшой столик.

— Что за дурацкие шутки! — Я пожала плечами и развернулась, чтобы вернуться в замок, как столкнулась лицом к лицу с альфой. Его огромная фигура загораживала мне выход.

— Ты?! — полувопросительно-полувозмущенно вскрикнула я, делая шаг назад.

— А ты кого ждала? Кая? — медленно произнес он, подходя ближе и протягивая руку к моему плечу.

Я отступала до тех пор, пока ягодицами не уперлась в столик.

— Не подходи и не прикасайся ко мне, — свистящим шепотом приказала я.

— Почему? — Приблизившись, Шрейн провел носом по моей щеке, а я поспешно отвернула голову. Тогда он положил руку на мою шею, не давай увернуться.

— Иди к своей невесте, — твердо сказала я.

— Нельзя дразнить волка, Яра, — будто не слышал меня, проговорил Шрейн, легонько прикусывая меня за скулу. Внизу живота будто затрепетала крылышками стайка крохотных бабочек.

— Дразнить? Что ты имеешь ввиду? Никого я не дразнила!

— А твое платье? Ты специально выставляешь себя напоказ!

— Какая глупость! Я пришла с Каем, это он выбрал платье!

— Тем хуже для него, — отозвался Шрейн, чуть отстраняясь.

— Позволь мне уйти, Шрейн, — попросила я. Получился какой-то жалобный писк, за который я сама на себя разозлилась.

— Но ты хочешь остаться. Я чувствую. А волчье чутье не обманешь.

— Нет, это все твои волчьи фокусы.

Шрейн тихо засмеялся.

— Волчьи фокусы, вот как ты это называешь, Яра… Но я видел твой взгляд в зале. Ты хотела, чтобы я был с тобой. И я выполнил твое желание. Мы вдвоем, а все остальное неважно.

— Я… я принадлежу Каю, ты сам так сказал. А у тебя есть невеста, которая, несомненно, тебя уже ищет.

— Поверь, не ищет. Когда я уходил, она танцевала с моим братом и счастливее этой парочки, уверен, не найти во всем Альфхейме. Подари же и мне немного счастья, Яра, — прорычал он мне в губы, перед тем как смять их бешеным поцелуем.

Глава 7.1

Мы целовались так неистово, почти кусая друг друга, что у меня захватывало дух и подгибались колени. Рука Шрейна замерла на моем горле, во впадинке, где бьется пульс и от этого прикосновения все во мне сладко замирало.

— Это, кажется, твое, — внезапно отстранившись, он покачал передо мной знакомыми шариками, которые до этого сжимал в кулаке.

— Где ты взял их? — я облизала губы, почувствовав, как закипела кровь, и бешено застучало сердце.

— Спроси иначе: где они сейчас окажутся? — улыбнулся он, обхватывая меня руками и рукой оттягивая мою голову за волосы, чтобы накрыть мои губы своими.

Как и всегда, стоило Шрейну только прикоснуться ко мне, мое предательское тело начинало жить своей собственной жизнью, будто альфа распространял какие-то феромоны, на которые реагировали все мои рецепторы.

Мне нравился его пряный запах, нравилось смотреть на него, ощущать ладонями его мускулы и каменный член, твердость которого я почувствовала, опустив руки на штаны. Если сначала я отталкивала Шрейна ладонями, то теперь пыталась справиться с кожаной шнуровкой, чтобы дотронуться до его налившегося члена, ощутить бархатистую мягкость плоти под ладонями.

Обхватив руками мою талию, Шрейн легко усадил меня на столик и приподнял тихо зашелестевшее платье, медленно скользя руками по лодыжкам и бедрам. Кожу покалывало под его чувственными прикосновениями, мое дыхание участилось, я облизала пересохшие губы.

В беседке было темно, но это добавляло еще больше эротизма в происходящее.

— Ты ведь сама этого хочешь, Яра, — хрипло прошептал Шрейн, скользя рукой по внутренне стороне бедра и приближаясь к лону.

— Вовсе нет, — сделала я слабую попытку отстраниться.

— Нет? — его большой палец легко вошел внутрь и погладил исходящий соками бугорок плоти. — А я так не думаю, — он сильнее нажал на клитор, заставив меня вздрогнуть от сладкой пульсации. Я вцепилась в плечи Шрейна в тот момент, когда два его других пальца проникли внутрь и принялись скользить взад-вперед, имитируя движения члена.

Я застонала и притянула его ближе, двигая бедрами, позволяя ему проникнуть как можно глубже и чувствуя, как кружится голова от разливающейся по телу истомы.

Видимо, я действительно насквозь порочна, раз позволяю вытворять с собой такое и откровенно наслаждаюсь происходящим. Или я действительно принадлежу этому миру, где страсть к двум мужчинам в порядке вещей?

Столик, на котором я сидела, тихонько поскрипывал, и это было единственным звуком, помимо моих стонов.

Неожиданно Шрейн убрал пальцы, по одному медленно облизал звякнувшие шарики и ввел их внутрь меня. Я не сопротивлялась, лишь крепче ухватилась за мускулистые плечи альфы, чувствуя, как игрушка легко входит в податливое рукам Шрейна тело.

— Я покажу тебе настоящее удовольствие. Кай не сможет подарить то наслаждение, которого ты достойна, — жарко шептал Шрейн, медленно вводя шарики глубже. — Ты ведь хочешь испытать настоящее наслаждение, Яра? — продолжил он, прикусывая он мою шею.

— Д-да, — выдохнула я, упиваясь пряным запахом Шрейна, запахом мужчины, от которого внутри все дрожало, а лоно обильно истекало соками.

Шрейн медленно опустил мои руки на свой пах.

— Вот что ты делаешь со мной, красавица, а ведь сегодня день моей помолвки.

Положив мои руки на свой каменный член и предоставив мне полную свободу действий, Шрейн принялся медленно скользить языком по моей шее. Мурашки бежали по месту следования его языка.

Мне наконец удалось развязать шнуровку на его кожаных штанах и прикоснуться к налившемуся члену. Когда я провела ладонями по твердой плоти, Шрейн удовлетворенно выдохнул. Я пробежалась пальцами по большому стволу, лаская каждый кусочек плоти, трогая бархатистую мошонку. Обхватив рукой напрягшийся член, я начала медленно водить ладонью вверх и вниз. Мне хотелось довести Шрейна до такой же точки, до которой меня доводили его прикосновения, хотелось, чтобы он обезумел, потерял контроль над собой, полностью отдавшись в мою власть, но я понимала, что мне вряд ли это удастся.

Руки Шрейна обхватили мои плечи, стягивая платье вниз. А я продолжала играть с его плотью. Мне нравилась ее тяжесть, то, как она скользит в моей ладони, пока другой я ласкала мешочек мошонки.

Губы Шрейна накрыли мои, язык в диком танце сплелся с моим. При малейшем моем движении шарики внутри посылали сладкие импульсы, а Шрейн губами ловил мои стоны.

Он мягко отстранил мои руки, а потом резко рванул меня со столика, развернул к нему лицом и наклонил. Холодная поверхность стола холодила обнаженную грудь. Задрав платье до талии, Шрейн заставил меня раздвинуть бедра чуть шире, а потом вдруг опустился на колени и провел языком по всей промежности: от пульсирующего клитора до колечка ануса, задержавшись на последнем прикосновением горячего языка чуть дольше. Эта необычная ласка заставила меня сильнее выпятить ягодицы и крепче ухватиться за столик. Тело жгло огнем, мне хотелось получить вожделенную разрядку, но дать или не дать ее мне было лишь во власти альфы.

— Не терпится? — раздался над ухом голос Шрейна. Сильное мужское тело навалилось сверху, впечатывая меня в столешницу, а твердый член Шрейна уже скользнул между половинками попки, которую мяли его большие руки.

Протолкнувшись вперед, Шрейн чуть замер, давая мне время свыкнуться с тем, как толчок его члена привел в движение шарики. Я громко охнула от необычных ощущений затопивших меня с головой. Казалось, что у Шрейна два члена, которыми он проник в меня одновременно. Когда он начал двигаться, на меня словно обрушился поток лавы. Тело затрясло в чувственной лихорадке, внутри будто взрывались маленькие пузырьки, я чувствовала себя пьяной. Пьяной от желания и сумасшедших вибраций внутри. Я громко стонала, уже не сдерживаясь.