Сын моего мужа (СИ) - Гринвэлл Ольга - Страница 59

Марк не отпускал, наоборот — ещё крепче прижимал мою голову к своей груди. К которой ещё несколько минут назад я желала прикоснуться, а теперь просто хотелось со всей мочи вцепиться зубами. Словно прочитав мои мысли, мужчина обхватил меня ладонью за подбородок и приподнял лицо.

— Я по-прежнему хочу тебя. Как тогда, — его губы вдруг накрыли мои, сначала осторожно, словно пробуя, затем с силой смяли мой рот, терзая, не давая пути к отступлению.

Все в душе кричало и сопротивлялось, в то время как тело предавало, приникая, ластясь к этому мужчине.

— Мила... Мила... — слышала я это, или это мое сердце билось так созвучно?

— Остановись... — сумела простонать.

— Ты — моя, моя, слышишь...

Я слышала и сопротивлялась, слышала и соглашалась.

Руки Марка скользили по моему телу, путались в волосах, жгли кожу, заставляли дрожать от вспыхнувшего вожделения.

— Марк... Мы не должны, — из последних сил уперлась ему в грудь руками. — Твой отец...

— Черт, мне плевать. Я люблю тебя.

Он вдруг резко замолчал, отпрянул. Я видела, как его зрачки стали черными, как горький шоколад. Затем резко выдохнул и, словно бросившись в омут с головой, с жадностью приник губами к моим губам.

Глава 60

Неужели Марк не сдержался, и признание сорвалось у него с языка? А вдруг он обманывается, вдруг все это не то, а просто желание обладать этой девушкой? Да он в жизни никому таких слов не говорил! Может, только маме в глубоком детстве.

Он застыл, вглядываясь в перепуганное лицо Милы, в широко распахнутые глаза. Черт, не может быть. Он и впрямь влюбился до одури. Эти губы...

Не в силах сдерживаться, мужчина впился ртом в их нежную, сочную мякоть, проник языком внутрь. Ладони скользнули вниз по спине, забрались под рубашку, прикоснулись к нежной шелковистой коже.

— Не надо, пожалуйста...

Марк только промычал в ответ что-то нечленораздельное, губами уже спускаясь вниз по шее.

— Марк, остановись, — она ещё сопротивлялась, но страсть уже овладела ей.

— Когда я увидел тебя тогда... — шептал он, перемежая слова поцелуями, — когда впервые прикоснулся к тебе, Мила... черт, я так и не смог забыть тебя. Я помнил твой запах... ты так долго мне снилась...

Девушка всё-таки вырвалась, бросилась бежать. Марк рванул за ней. Схватил за плечи, резко повернув к себе.

— Послушай меня!

— Ну ты и скотина! — в глазах Милы полыхало пламя. — Ты лапал меня как какую-то шлюху, как своих девок! И да, ты же говорил по-русски... — она вдруг замолчала, внимательно всматриваясь в лицо мужчины.

— Я тебе все могу объяснить, только, прошу, выслушай!

— Как часто ты просишь об этом своих девок? — ударила кулачком по его груди.

— Никогда. — Он обхватил ладонями ее лицо. — Никогда и никого. Пожалуйста, дай мне шанс.

Мила внезапно обмякла в его руках, опустила руки, а Марк тотчас же перехватил ее ладони, стиснул.

— Я сам не знаю, как это случилось. Просто не могу без тебя.

— Но я замужем, Марк.

— Ты не любишь моего отца, — заявил он категорично.

— С чего ты решил?

— Между вами что угодно, но явно не любовь. Кроме того, у твоего мужа отнюдь не тайные чувства к Рэйн.

— Знаю, — проговорила Мила и уткнулась лицом ему в грудь.

— И? Что ты собираешься делать по этому поводу?

— Марк, все слишком сложно. Я не знаю, что ты хочешь услышать. Просто мы не можем быть вместе. Мы разные, совсем.

— Я, черт побери, люблю тебя! — он встряхнул её за плечи.

— Это все так сложно, так запутанно, боюсь, что тебе не понять.

— У нас с тобой есть целый день. Давай попробуем...

Девушка согласно кивнула, отстраняясь от него.

Мы не торопясь ехали по узкой тропинке. Марк чуть впереди, старательно оберегая меня от хлёстких еловых ветвей. Молчали. Он явно давал мне возможность осмыслить происшедшее, подумать — не торопил меня. А я просто ехала, под мерный шаг Ирис покачиваясь в седле, рассеяно уставившись на широкие плечи мужчины.

Запуталась. Сама не знала, где черта между тем, что мне надо, и тем, что я хочу. Мне нужна размеренная жизнь с честным человеком, который уважает меня, заботится обо мне, любит. Но хотелось и бури чувств и эмоций, страсти, взлётов и падений, смеха, слез... и секса.

Наверное, я издала какой-то звук, потому как Марк обернулся. Сдвинув брови, озабоченно поглядел на меня.

— С тобой все нормально?

Я кивнула. Не буду же я посвящать его в свои мысли.

— Пятая точка беспокоит, — нашлась что сказать. Это всё-таки какая-никакая, но правда.

Марк только усмехнулся...

…Остановились на ланч у отвесной скалы, внизу которой протекал небольшой ручей, от которого исходил пар. Марк кивнул в его сторону:

— Это горячий источник. Чувствуешь запах? — Я принюхалась. Марк спрыгнул с коня и подал мне руку. — Серный. Вонючий, но полезный. Если хочешь, можешь искупаться.

— А ты?

Он усмехнулся, смерив меня взглядом.

— Мил, с меня достаточно. Вряд ли я выдержу совместное купание. Давай ты первая, а я уж после тебя. — С этими словами, он вытащил из седельной сумки полотенце и протянул мне. — Я прогуляюсь по лесу…

…Ручей и правда был очень тёплый, почти горячий. Скинув одежду, я ступила в него. Разница температур воды и горного воздуха дарила необычайные ощущения. Наверное, я была похожа на маленького ребёнка, наслаждавшегося купанием — плескалась, резвилась, радостно посмеивалась. Только мысль о том, что Марк ожидает своей очереди, заставила меня выйти из воды. Быстро обтершись полотенцем, с трудом натянула на влажное тело одежду. Огляделась по сторонам. Марк бродил неподалёку — слышала хруст веток под его ногами.

— Марк, твоя очередь!

Он тут же показался из-за кустов.

— Понравилось?

Я радостно кивнула.

— Теперь я прогуляюсь.

— Далеко не ходи, тут могут бродить медведи.

Марк уже расстегивал рубашку, а я, как назло, никак не могла отвести взгляд от его рук. На миг представила, как то же самое он бы проделывал с моей одеждой. Господи, ну о чем я думаю?! Ещё не хватало попасть в сети этого ловеласа, который запросто «увольняет» надоевших ему подружек! Однажды испытав подобное унижение, не хотелось бы наступить на те же грабли.

Спохватившись, что по-прежнему стою, вперившись взглядом в раздевающегося Марка, отвернулась и почти побежала в заросли.

К вечеру подул сильный ветер, с запада зашли тёмные тучи и, как назло, зависли над нами. Марк нарубил дров, развел костёр и поставил палатку, в то время как я пыталась приготовить еду. Начал накрапывать мелкий холодный дождь, и пламя костра уже перестало согревать.

— Наверное, мы останемся без ужина, — мужчина присел рядом, с тоской глядя на мои попытки вскипятить воду. — Здесь слишком высоко, и это влияет на время приготовления еды. К счастью, у нас остались бутерброды.

— А чай?

— Будем пить тёплое вино. Прекрасно подходит для такой погоды. — С этими словами он вылил из котелка воду, заменив на содержимое бутылки, которую держал в руке. — Ночь обещает быть холодной.

Я покосилась на палатку, с тоской подумав о тёплой домашней постели.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Тёплое вино помогло согреться даже лучше, чем костёр. К тому же помогло расслабиться — ушла скованность, возникшая между нами с Марком. Мы снова непринуждённо болтали, шутили, смеялись. Он рассказывал о своём детстве и проказах, которые они учиняли вместе с Джеймсом. Я поведала ему о своей учёбе в институте, затем разговор зашёл о моих подругах. Я рассказала о Елизавете и Лане, с которой когда-то у нас были отвратительные отношения.

Единственные люди, о которых почему-то мы избегали говорить, были его родители. Казалось, Марку неприятно думать о матери, которая бросила его отца ради молодого мужчины, и об отце, который женился на мне.