Сын моего мужа (СИ) - Гринвэлл Ольга - Страница 47

— …Практика, дорогая, практика. Пока я не уехала, приезжай хоть каждый день. Обещаю, через неделю ты будешь намного опытнее.

— Правда? Я могу приехать завтра?

— Ну конечно, Мила, — женщина потрепала лошадь по загривку, открыла стойло. — В путь!

Разговор с отцом взбесил. Он долго высказывал Марку недовольство, суть которого сводилась к тому, что коли он сам напросился жить в их доме, то должен подчиняться правилам. Это означало, что Марк должен извещать о своих действиях и передвижениях супругу отца. Интересно, а она тоже будет извещать Марка о том, что делает? Мужчине не терпелось вернуться домой и проучить наглую выскочку. Да кто она такая, чтобы указывать, как ему поступать?!

Марк вытащил из портфеля еженедельник, открыл заложенную страницу, где в подробностях уже был расписан план по разоблачению этой русской лгуньи. Немного подумав, приписал: «установить камеры во всем доме, на всех этажах, в спортивном зале и в бассейне». Камеры он уже приобрёл, теперь оставалось добраться до дома.

Вспомнив о своём друге Джеймсе, мужчина недовольно хмыкнул. Этот пижон снова хочет поиграть в школьные игры. Друзья когда-то развлекались, отбивая друг у друга девчонок. Только сейчас это не развлечение — на карту поставлена судьба его дурака-отца. Марк сам займётся этой гусыней и откроет ему его наивные глаза.

Ещё один день в Ванкувере Марк переживёт.

Взяв в руки лежавший на столике журнал и, откинувшись на спинку дивана, нервно его пролистывал. Через минуту с раздражением отбросил — в ушах до сих пор стояли слова отца, а перед мысленным взором назойливо являлись картинки, как его мачеха развлекается с Джеймсом. Как далеко друг зашёл?

Марк вскочил, прошёлся по комнате, открыл окно. Влажный ванкуверский воздух ворвался в комнату вместе с уличным гулом, шумом клаксонов, полицейскими сиренами. Как могло случиться, что его стала привлекать размеренная жизнь в родном городе?

Звонок телефона заставил вздрогнуть от неожиданности. Мама. Чуть посомневавшись, стоит ли отвечать — наверняка заведёт очередную жалобную песню, что Марк обижает ее мужа, — мужчина всё-таки нажал на зелёную кнопку. На удивление, женщина была в хорошем настроении и засыпала его мелкими женскими новостями до того, как Марк успел произнести хоть пару слов. Ему даже пришлось слегка отстранить трубку от уха — так пронзительно она щебетала. Именно поэтому он вряд ли когда-либо женится — выслушивать каждый день подобное он не в состоянии.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— ...Еду с Джо-Джо на концерт, затем мы улетаем в Бора-Бора вместе с Кэйт. Всего на несколько дней — посмотреть дом и навестить ее семью. Я волнуюсь, как бы Олежек не заскучал. Он совершенно не может без меня...

«Ну вот, начинается...» — Марк закатил глаза. Снова этот ее хмырь. Вслух сказал:

— Не волнуйся, я его загружу работой по самые помидоры — скучать не придётся.

— Ой, — мама, наконец, остановила неиссякаемый поток слов. — Марк, на нем и так лица нет, целыми днями и вечерами пашет как Папа Карло.

— Мам, перестань жаловаться, — Марк открыл холодильник в поисках банки пива. — Твой любимый работает не больше, чем другие. Думаешь, чем я сейчас занимаюсь? — он открыл банку.

— Хм, дай отгадаю… Протираешь простыни с очередной долговязой девицей?

— Нет. Я пью пиво. После тяжелого рабочего дня. Да, мам. Я умею организовывать свой  рабочий день так, чтобы хватало время и на отдых. Пусть твой муж сам решает проблемы нехватки времени. — На том конце установилось сердитое молчание — Марк воочию видел, как брови матери сошлись на переносице, и ее перерезала недовольная складка. Рассмеялся. — Пока, мам. Мне необходим отдых.

Кстати, о долговязых красотках. Та официанточка из кафе напротив достаточно миловидная, жаль, что Марк не догадался взять номер ее телефона. Сейчас самое оно покувыркаться в постели, отвлечься от дурацких мыслей, оккупировавших его голову.

В Калгари прилетел к вечеру, когда солнце в предзакате золотило кромки зданий. Взяв с парковки свой «Urus», сел в него и какое-то время наслаждался запахом кожаного салона. Пока ехал, впервые поймал себя на мысли, что получает удовольствие от поездки по свободному от дорожных пробок хайвэю.

Дворецкий встретил с невозмутимым лицом, словно Марк не отсутствовал в течение целой недели — принял дорожную сумку, портфель. Нэнси, накрывавшая в столовой ужин, выглянула, растерянно всплеснула руками:

— Мистер Вилсон... Я не ожидала вас сегодня. Ужин лишь на одну персону.

Вопрос о Миле уже вертелся на языке, и лучшего момента спросить не было:

— Не переживай, Нэнси, я сам виноват. Надо было предупредить. А миссис Вилсон у себя?

— Ее сейчас нет, но Дэниэл вот-вот отправится за ней.

Марк сдвинул брови на переносице.

— Куда?

— Мисис уехала на ранчо Рэйн Саммерс.

— Рэйн? — он хохотнул. Давно не видал тетушку Рэйн. Интересно, что общего может быть у Рэйн с этой чопорной девицей? — Скажите Даниэлу, что я сам привезу миссис Вилсон. Надеюсь, у тебя будет достаточно времени, чтобы приготовить ещё одну порцию  на меня?

Нэнси с готовностью закивала и поспешила в кухню.

Глава 49

Месяц без дождей сказался на его машине. К тому времени, когда Марк подъехал к воротам ранчо, с трудом можно было определить ее цвет. Выключив двигатель и осточертевшее за время пути радио, мужчина открыл дверцу. Втянул носом аромат сухой травы с медовым привкусом полевых цветов, услышал стрекот кузнечиков. В детстве он бывал здесь часто, иногда целые школьные каникулы. Мог часами проводить в конюшне, ухаживая за лошадьми, разговаривая с ними. У него даже была его любимая белая в яблоках кобылка Мирра. Это сейчас у Марка совершенно нет времени не то чтобы проехаться верхом на одном из своих животных, но даже повидать их. Когда последний раз он навещал это ранчо? Отец сам организовал транспортировку Ирис и Таланта. Наверное, его мачеха права — он не может организовать своё время. Работа без отдыха — это путь в никуда. Если целыми днями работать без продыха, то какой в этом смысл? Жизнь должна быть сбалансирована, и немалое место в ней должны занимать другие интересы, хобби, развлечения.

Стиснув между зубов сорванную травинку, Марк вразвалочку шагал к дому. Когда последний раз он мог позволить себе не торопиться, дышать полной грудью, с любопытством разглядывать сказочные формы облачков и улыбаться своим мыслям?

Дверь открылась, как только Марк ступил на крыльцо.

— Марк! — воскликнула Рэйн, на лице — искренняя радость. — Каким ветром тебя принесло? Мы только что говорили о тебе. — Она тепло обняла его, затем отстранилась, оглядела. — Я так давно тебя не видела. Ты стал совсем большой мальчик!

Марк рассмеялся.

— Прости, старушка, дела закрутили, но обещаю, что исправлюсь.

— То же самое ты обещал мне пять лет назад, — женщина, наморщив лоб, разглядывала мужчину снизу вверх.

— На этот раз я сдержу слово, — мужчина заглянул через плечо Рэйн. — А где супруга моего отца?

— Мила? Так ты приехал за ней?

Марк немного замялся:

— Ну да. Нэнси готовит ужин, уже накрыла на стол...

Рэйн перебила его, кивнула в сторону конюшен.

— Она внутри, лошадей чистит.

Губы Марка скривились в недоверчивой улыбке:

— Она — что?

Рэйн хихикнула, толкнула его в бок.

— Да, ты знаешь, она молодчинка! Сначала боялась их. Сказала, что зубы слишком большие, а сейчас у них взаимная любовь... — Марк уже повернулся, чтобы отправиться проверить, как эта городская выскочка смогла приручить лошадок. — И ещё, пока не забыла, Марк, — вслед ему крикнула женщина. — Я уезжаю на следующей неделе и хотела попросить тебя забрать Ирис и Таланта на некоторое время.

Он рассеяно кивнул, отшвырнул мыском туфли гравий.