Невеста последнего дракона (СИ) - Май Татьяна - Страница 39

Странные мысли посещали меня, пока дракон, не пролетев под завесой водопада, обдавшего нас радостными потоками воды, сел. Вымокшая, но радостная, я слезла с его спины.

— Что это, Фрэйдар? — спросила, с удивлением осматриваясь по сторонам.

Пол пещеры был выложен мягкими пушистыми шкурами каких-то животных, а при нашем появлении по углам зажглись тусклые голубые камни, осветившие пещеру таинственным интимным светом.

Перед тем как перевоплотиться, дракон дохнул огнем на кострище посреди пещеры, и пламя весело заплясало по дереву.

— Пик Итэри, — прошептал Фрэйдар, подходя сзади и обхватывая меня руками. — Я же обещал показать его тебе.

— И как долго мы здесь пробудем? — спросила я, обеспокоенная тем, что Эсми могут найти ищейки лунных драконов.

— Не дольше двух недель. Все-таки мы почётные гости на свадьбе.

— Нет, нельзя так долго…

— Я приказал отвести твою горничную в безопасное место ещё утром, — прошептал Фрэйдар мне в ухо. — Знал, что ты будешь волноваться.

— Что-о-о? Откуда ты знаешь, где она?

— Я знаю все, что происходит на моих землях, Рина. Ну или почти все, — хмыкнул Фрэйдар, щекоча своим дыханием мою шею.

— Это правда? Ей не причинят вреда?

— У меня нет причин лгать, — ответил мне моими же словами Фрэйдар.

Я повернулась к нему лицом, понимая, что одной недели мне будет мало.

Когда мы наконец смогли оторваться друг о друга, был полдень следующего дня.

— Я проголодалась, — потягиваясь, сказала я.

— В долине есть все необходимое.

Фрэйдар оказался прав. Внизу бежала небольшая речушка, а по её берегам росли кусты с какими-то странными ягодами жёлтого цвета.

— Достаточно пары ягод, — увидев полные пригоршни ягод, которые я набрала, засмеялся Фрэйдар.

— Шутишь? — усомнилась я, устраиваясь с ним рядом на поляне, заросшей мелкими лиловыми цветами.

— Ни капли.

Съев три ягоды, поняла, что не могу проглотить ни кусочка.

— Это же идеальная пища на случай неурожая!

Фрэйдар покачал головой.

— Это место только для итэри и её дракона. И ягоды растут только здесь, на другой земле они не приживутся.

— Почему?

— Так задумали боги, — пожал плечами Фрэйдар. — Чтобы такие насущные потребности, как голод, не отвлекали от главного.

— От главного? — заглянув в весёлые глаза Фрэйдара, поняла: — Ты об этом!

Фрэйдар потянул меня на мягкую траву.

— Именно.

А потом я лежала на его груди, слушая удары сердца.

— Оно не билось, там, в комнате.

— Мм?

— Твоё сердце… Это было так странно…

— Разве ты не рада? Это ведь освободит тебя.

— Чужие страдания не доставляют мне радости.

— Даже мои? Я ведь виноват перед тобой.

— Особенно твои, — тихо выдохнула я, понимая, что это правда.

— Прости меня, Рина, — тихо сказал Фрэйдар, сжимая пальцы, лежавшие на моей талии. — За все. Если сможешь. Я лишь хотел снять проклятие и не мог думать ни о чем другом.

— А сейчас можешь? — хмыкнула я, приподнимаясь, чтобы увидеть лицо Фрэйдара.

— Только не тогда, когда ты вот так смотришь на меня. Кажется, нам пора возвращаться в нашу пещеру.

— А чем тебе не нравится эта поляна? — спросила я, делая движение плечом и позволяя платью соскользнуть с него.

Фрэйдар улыбнулся и доказал, что поляна очень даже подходит для его замысла.

А после, окутанные лунным светом, мы снова говорили и говорили… обо всем на свете… Я рассказывала Фрэйдару о себе и слушала его.

— А твои родители были предназначенными?

— Нет, но они любили друг друга. Мама так и не смогла пережить смерть отца, её больше ничто не радовало. А твои?

— В моем мире между людьми нет такой связи, нет даже такого понятия как итэри… Но бабушка говорила, что если бы родители остались живы, они были бы вместе до глубокой старости. Видимо, она умела видеть такое вещи…

— Расскажи мне о ней. О Софие Эйли, — тихо сказал Фрэйдар.

— Она была очень мудрой. Могла рассмешить, когда мне было грустно, и учила быть сильной. Говорила, что если ты сильнее, то обязана помогать слабым, тем, кому меньше повезло, у кого нет или не осталось сил сопротивляться. Говорила, что если протянуть руку помощи, через какое-то время добро вернется. Не может не вернуться, потому что все в мире связано незримыми нитями… А еще говорила, что я никогда не должна давать себя в обиду.

Фрэйдар тихо засмеялся.

— Мой дед мог бы много сказать по этому поводу.

— Она воспитывала меня. Она и дедуля. Я не помню своих родителей, они умерли, когда я была совсем маленькой. Но я знала, что они любили меня, даже если их и не было рядом. Любовь не исчезает, ты можешь чувствовать её, пусть вас и разделяет время или даже… Смерть…

— Рина, — ладонь Фрэйдара легла на мой плоский живот, — обещай, что расскажешь обо мне.

Я проглотила комок в горле и положила свою ладонь поверх руки Фрэйдара, чувствуя исходящий от него жар.

— Обещаю. Расскажу о сильнейшем эльдирре Дельфьерра.

Две недели пролетели до обидного быстро. И хотя все происходящее казалось сказкой, пара ночей выдалась странными и страшными…

Фрэйдар впадал в какое-то оцепенение, а я, засыпавшая под стук его сердца, просыпалась в ужасе от того, что оно перестало биться.

Поцелуи теперь не помогали, и я до самого утра перебирала волосы Фрэйдара, тихонько напевая себе под нос, а когда он всё-таки приходил в себя, находила успокоение в его страстных объятиях.

Но вот пришло время возвращаться. На стенах замка нас встречали слуги.

— Тирра, ваше платье для свадьбы леди Алисии готово, — быстро говорила Эфра.

— Тирра, в замке все в порядке, я приготовила полный отчет, — тараторила, перебивая швею, экономка.

— Тирра, ваши лошадки сыты и довольны! — звонко голосил Эльд.

— Тирра, я приготовил пирожные для благотворительного базара! — перекрикивал Луэр, а я радостно улыбалась.

К собственному удивлению, теперь я не чувствовала себя здесь чужой.

Глава 31

— А мы не можем никуда не ездить? Точнее не лететь? — со вздохом спросила я, бросая взгляд на Фрэйдара и любуясь им.

На эльдирре была вышитая золотом туника и штаны темно-синего цвета. Моё платье было на тон светлее. Наши наряды для церемонии уже были упакованы.

— Искусство быть тиррой…

— Состоит в том, чтобы делать то, что, может, тебе и не нравится, но ты должна это делать, потому что слишком много взглядов обращено на тебя. Тирра должна быть добра к своим подданным, безукоризненно вежлива со своими придворными и власть имущими, а также непримирима к врагам, угрожающим благополучию и процветания Дельфьерра. В этом есть высший смысл и предназначение супруги эльдирра, — на одном дыхании оттарабанила я. — Да-да, я все это слышала от учителей.

— Торжество продлится пару дней. Всего лишь пара дней, и мы вернёмся обратно, — тихо сказал Фрэйдар, подходя ближе.

— Знаю…

— А когда мы вернёмся… Я принял решение… Я помогу тебе отыскать корону.

У меня перехватило дыхание. Я во все глаза смотрела на Фрэйдара, опасаясь увидеть, что он шутит.

— Ты… Ты это серьёзно?

— Да.

— Но… почему?

— Я хочу, чтобы тебе и ребёнку ничего не угрожало. Ты сама говорила, что тебе здесь не нравится.

— А как же… Послушай, но ведь если ребёнок все-таки будет, он носитель драконьей сущности… В моем мире нет драконов, Фрэйдар…

— Не будет. При прохождении через ткани мироздания вся магия уйдёт.

— Но ведь из короны она не ушла.

— Но ребёнок ведь не будет состоять из фьерраля, — справедливо возразил Фрэйдар.

— Послушай, но зачем же тогда мне участвовать во всем этом? Я имею ввиду свадьбу Алисии, какие-то государственные дела…

— А если мы не отыщем корону, Рина? Твоя жизнь будет связана с Дельфьерром. И чтобы она была спокойной, тебе нужно построить хорошие отношения с теми, кто может эту спокойную жизнь обеспечить тебе в дальнейшем.

Я ещё не успела переварить новую информацию, как в комнату после короткого стука вошла Ярлина.