Невеста последнего дракона (СИ) - Май Татьяна - Страница 36

— Ее обвинили в преступлении, которого она не совершала.

— Надеюсь, она худая, — проворчал он.

— Вы не полетите. Лететь опасно, вас могут увидеть. Доедете до Райгралда верхом, а там скроетесь в доме одной моей знакомой. Это безопасное место. Вас будут искать. Но знай, что в том доме вам всегда помогут. Там же можешь оставлять мне вести.

Эрик кивнул. Мы прошли в другие камеры и отыскали там Эсми. Успокоив девушку и сказав, что ей пока что нужно скрыться вместе с Эриком, я повела обоих в конюшню. Эльд уже держал двух оседланных лошадей.

— Верни лошадей обратно, Эльд, как только господин Эрик и Эсми окажутся в доме твоей матушки.

— Хорошо, тирра.

Когда всадники сели в седла, я кое-что вспомнила. Сейчас это имело важное значение.

— Эрик, ты знал, что твой отец держал в замке скирфа?

Эрик вскинул светлые брови. Конь под ним нетерпеливо переступал ногами.

— Что за бред? — в голосе Эрика прозвучало такое искреннее изумление, что я не усомнилась, что ему ничего не известно.

— Не бред. В ту ночь, когда ты вел себя странно, я спасла скирфа.

Я быстро рассказала о случившемся внимательно слушавшему дракону. Эрик задумался, потом расхохотался:

— Так вот почему тюремщик еще неделю рассказывал о том, что видел фею. Мне пришлось пригрозить ему, что если он не прекратить свои выдумки, отправится на рудники. Нет, Кар, я не знал, но это еще один повод подумать обо всем. Если у меня появятся новости, мальчишка даст знать.

Я смотрела вслед всадникам, пока они не скрылись из виду.

Глава 28

Вернувшись в замок, я хотела отправиться в башню, но тут словно что-то невидимое толкнуло меня в грудь. Я не могла объяснить странное чувство, но знала, что мне точно нужно не в башню. Повинуясь внутреннему зову, я шла и шла по коридорам замка, пока снова не оказалась перед той дверью с узором в виде яйца. Но если раньше оно было просто вырезано на двери, то теперь мерцало таинственным бледно-голубым светом.

Не отдавая себе отчета в том, что делаю, прикоснулась ладонями к узору, и он вспыхнул ярче под моими ладонями. Яйцо загорелось сапфировым светом, и дверь с тихим щелчком открылась.

Я в изумлении замерла, боясь пошевелиться. Однако все было тихо. На меня никто не набрасывался с криками, никто не кричал, чтобы отошла от двери. На всякий случай оглянувшись, я толкнула створку и вошла.

В комнате горела единственная свеча, мерцающий огонек которой высвечивал выложенные сапфирами стены. Их искристое сияние окрашивало комнату голубовато-индиговыми сполохами.

Но мое внимание привлекло шикарное ложе, на котором определенно кто-то лежал. Я сделал неуверенный шаг, потом еще один и еще…

— Фрэйдар… — удивленно прошептала я, увидев эльдирра.

Он лежал на спине. Бледный, но прекрасный, гордый и чуть нахмуренный.

Первым побуждением было сбежать и скрыться, но одновременно сердце радостно запрыгало в груди. Значит, он проводит ночи не с Алисией, а спит здесь. Но тогда почему он запретил мне приходить в эту комнату?

Подойдя ближе и присмотревшись к Фрэйдару, я поняла, что с ним творится что-то странно. Кожа тонкая, словно фарфоровая, а сам выглядит, будто привидение. Казалось, тронешь его — и он исчезнет.

— Фрэйдар, — чуть громче позвала я, наклонившись над ним и обрисовав пальцами рисунок скулы. Кожа эльдирра была холодной, будто лед. Мне вдруг стало отчего-то жутко. Фрэйдар выглядел каким-то… неживым… Казалось, ничто в целом мире не способно разбудить эльдирра.

Я уже увереннее тронула его за плечо и даже потрясла, но Фрэйдар не шевельнулся. Белая рубашка была распахнута на груди, и я припала ухом к белой коже, стараясь услышать удары сердца. Но их не было, а тело эльдирра напоминало холодный белый мрамор.

Чтобы успокоиться, я начала считать секунды. Одна, вторая, двадцатая… На тридцатой сердце Фрэйдара наконец сделало удар. Через тридцать еще один. Сердце билось, но будто в замедленном режиме.

Отстранившись, я прикоснулась пальцами к щекам эльдирра.

— Фрэйдар, проснись же, — сказала громче.

Казалось, под моими пальцами ледяное изваяние, а не живой человек. Точнее, дракон. Словно в насмешку мое собственное сердце, разгоняясь, стучало все быстрее и быстрее.

Я вдруг поняла, что должна что-то сделать, вывести Фрэйдара из этого оцепенения, в которое он впал, один его драконий бог знает почему! Недавняя стычка с ним выпала из памяти: сейчас не время для обид.

Посмотрев на четко очерченные губы эльдирра, под грохот собственного сердца, наклонилась и прижалась к ним своими.

«Ну дела, — мелькнула мысль, — обычно принцы спасают спящих принцесс, а здесь все наоборот».

Коснувшись твердых губ Фрэйдара, я ощутила сначала лишь холод, но и опомниться не успела, когда руки эльдирра обвились вокруг моей талии, а он ответил на поцелуй. Причем ответил так шустро, будто и вовсе не лежал только что без движения!

Я резко отстранилась, упершись ладонями по обе стороны от Фрэйдара. В его открытых сапфировых глазах горели искры, а в лицо возвращались краски.

Я замерла, завороженная тем, что открылось мне в глубине его глаз, тем, чего не замечала раньше. Никто никогда не смотрел на меня так. Нежность, страсть, жажда обладания, предвкушение и надежда… Будто во мне Фрэйдар обрел то, что так долго ждал и искал. Будто я единственная. Будто только во мне заключен весь его мир.

В воздухе словно разлилось что-то тягучее и чувственное. Что-то незримое, но ощущаемое кожей. Казалось, даже сапфиры в стенах засияли ярче. Знаки итэри на моих руках вспыхнули, засияли, как оперение жар-птицы, добавив в комнате света, а затем я увидела, что и на руках Фрэйдара серебристая вязь стала ярче. Она словно пульсировала, сияла серебром.

Мне вдруг захотелось прильнуть к Фрэйдару и ни о чем не думать. Повинуясь непонятному чувству я чуть качнулась к дракону, а он, как оказалось, ждал лишь этого сигнала. Обхватив одной рукой мою талию, а другой плечи, подмял меня под себя, покрывая быстрыми поцелуями губы, шею, ключицы… А потом мир завертелся и рассыпался сотнями сапфировых огней.

Спустя какое-то время мы лежали в объятиях друг друга, слишком уставшие, чтобы разговаривать. Все еще находясь во власти самых противоречивых чувств, я прижималась к Фрэйдару, глядя, как васильковые сполохи блуждают по его обнаженному телу. Странно, но я не чувствовала стыда. На меня снизошло странное спокойствие и умиротворение. Казалось, что все произошедшее естественно и сейчас все именно так, как и должно быть.

И хотя нарушать тишину не хотелось, поговорить было необходимо.

— Я не буду спрашивать, как ты выбралась из башни, — словно услышав мои мысли, сказал вдруг Фрэйдар.

— Что это за комната? — быстро заговорила я, боясь, что разговор зайдет о пленниках.

Я привстала на локте, чтобы видеть лицо эльдирра. Теперь его скулы были чуть розоватыми, а глаза горели ярко, будто подсвеченные невидимым огнем.

— Та, в которой я меньше всего хотел тебя видеть, — усмехнувшись, ответил Фрэйдар.

— Почему? — кажется, в моем голосе слишком явно прозвучали обиженные нотки.

— Вот именно поэтому. — Эльдирр рукой обвел пространство над нами.

Я закусила губу, только сейчас вспомнив о том, что говорил Фрэйдар о связи итэри и ее дракона.

— Но ведь ребенка может и не быть… Ты же сам говоришь, что у нас все получилось как-то не так… Я имею ввиду церемонию, потому что сейчас все было очень даже так, — я смешалась под его взглядом и замолчала.

— Ребенок будет, — обреченно ответил Фрээйдар. — И он будет сиротой. Ты не должна была приходить сюда, Рина. Я же запретил.

В голосе эльдирра прозвучали обвиняющие нотки, и я разозлилась. Отстранившись, встала и, подняв сброшенное на пол платье, принялась одеваться.

— В следующий раз, когда увижу, что ты лежишь, будто труп, просто пройду мимо, обещаю! — выпалила я, так резко дернув завязки платья, что один из шнурков оборвался. — И вообще-то это ты начал меня целовать! Я лишь хотела тебя разбудить!