Высокие горы и бегущая вода* (СИ) - Лесовская Марина - Страница 110

Ба почти никогда так не делала. Легче было бы дождаться снега в Африке, чем ласки от этой старой альфы. Пирожочек только улыбнулся еще шире, прямо само очарование. Тогда Гао понял, что омега нравится старой женщине и сразу как-то внутренне успокоился. Он подошел к ним уже более спокойно, приобнял своего омегу за плечи:

-Бабушка, доброе утро, - сказал он ей как истинно примерный внук, - Позволь представить тебе: это Нянь Ю, мой омега.

Юноша покосился на него удивленно, а потом запунцовел, стеснительно и счастливо улыбаясь.

-Милый омега, - заключила бабушка, еще раз касаясь его лица, - Ты больше на маму похож или на папу?

-Ну, волосы, нос и скулы у меня мамины, - охотно отвечал тот, - А глаза, лоб, подбородок, рот, мимика - все от отца.

-Как зовут твоего отца? -Железная Ба продолжала его рассматривать, поворачивая лицо Нянь Ю за подбородок.

-Его звали Нянь Хао, - тихо ответил юноша, - Вы знали моего отца?

-Нет, - ответила старая альфа, - Я живу очень долго, но недостаточно для того, чтобы знать всех отцов.

И Нянь Ю вдруг расхохотался, потому что счел ее слова остроумными. Гао Гуаньсюй напряженно следил за реакцией бабушки, но та только снисходительно улыбнулась:

-Милый малыш. Гао, пусть сегодня он поужинает с нами.

Это приглашение за семейный стол во время субботних ужинов, автоматически означало, что бабушка одобрила их отношения. Гао облегченно выдохнул: теперь ему ничего было не страшно.

Мальчик сомневается насчет поездки: все-таки он спрятался всего на три дня, он как будто боялся слежки или чего-то такого.

-Малыш, с тобой буду я и ребята из моей охраны. Ты понимаешь это?

Нянь Ю все понимал, но все равно опасался, однако, Гао смог его уговорить. Они поехали в крупный торговый центр, и альфа купил своему омеге все, что тот захотел. Ему доставляло удовольствие сорить деньгами для этого мальчишки, у которого постоянно глаза горели от восторга и благодарности, вырывались вопли восхищения при виде какой-нибудь красивой вещи, которая сразу же становилась его.

А вечером состоялся ужин с бабушкой. Родители были все еще на отдыхе, поэтому за столом они сидели втроем. Гао даже пересел со своего места ближе к Ба, потому что Нянь Ю она усадила по левую руку от себя и постоянно его расспрашивала о чем-то:

-Где ты вырос, Нянь Ю? - спрашивала она, и тот охотно о себе рассказывал то, что Гуаньсюй о нем уже знал. Про детство в Испании, про то, как потом отец забрал его к себе, про переезд в Тайвань. Гао видел, что юноша обращается к бабушке с большим пиететом, и ему было хорошо от того, что они нашли общий язык.

-А кто занимался твоим воспитанием после смерти отца? - спрашивала Ба, и тот отвечал:

-Родственники со стороны отца. Я уже не живу с ними.

-Да, я заметила, теперь ты живешь с нами.

Эта шпилька застала мужчин врасплох, омега сразу покраснел, а альфа пробормотал невнятно:

-Бабушка, он не то чтобы живет с нами, я бы просто хотел на будущее, но еще не обсуждал это с вами всеми…

-Хватит, суньцзы! - властно прервала она его, - Я плохо слышу и слабо вижу, но с нюхом у меня пока что еще все в порядке. Вы только что провели вместе течку, ваши феромоны летали по всему дому. Хорошо, что я уже старая, и меня такое не трогает. А вот твой отец бы с ума сошел.

Теперь оба, и Нянь, и Гао сидели пунцовые и тихие, а Железная Ба невозмутимо продолжала:

-Ты очень хорошо пахнешь, малыш. Здоровая молодая омега и милый мальчик, - она повернулась к Нянь Ю всем корпусом и заглянула в глаза, - Любишь моего суньцзы Гао?

-Ба! - воскликнул Гуаньсюй, чуть ли не подскакивая на месте.

Если бы волосы могли гореть от стыда и смущения, то Нянь Ю давно превратился бы в живой факел. Между ними еще не произошло никаких признаний, Железная Ба не знала, что они только-только решились остаться вместе, но старая альфа ждала свой ответ, поэтому он пролепетал:

-Он мне очень-очень нравится.

Сердце Гуаньсюя обдало жаром, но бабушка продолжила свое наступление:

-И ты ему нравишься, правда. Он еще никого не приводил в дом.

Омега бросил пылающий взгляд на альфу и снова опустил глаза, а женщина ласково спросила у него:

-Ты хочешь детей, Нянь Ю?

-Бабушка, хватит! - взорвался Гао, - Это еще слишком рано обсуждать!

-Цыц, суньцзы Гао, тебе слова не давали! - хлопнула она ладонью по столу, и тот вмиг присмирел. Женщина снова посмотрела на омегу. Нянь Ю кивнул:

-Я хотел бы детей в будущем.

-Ну, вот и славно, малыш, - она снова ласково потрепала его по щеке, - Ты знаешь, Гао очень плодовитые! Ты не смотри, что у моего сына Гуаньсюй один. Просто его родители не любят друг друга. Вот бы омега Гуаньсюя нарожал нам кучу деток. Этому дому нужно больше живого тепла.

Наконец, они вырвались из общества бабули и после ужина поднялись наверх. Гуаньсюй перенервничал с ней так, как давно уже не волновался. Воистину, старшее поколение доведет до белого каления кого угодно, директор Гао так вымотался, будто провел десять собраний директоров за раз.

Оказавшись в спальне, они посмотрели друг на друга, прыснули и расхохотались.

-Давай просто не будем это обсуждать, - предложил альфа, обнимая тонкого омегу и прижимая к себе.

-Это было забавно, - смеялся Нянь Ю, притираясь к Гао щекой, - Мило, стыдно, необычно, но в общем, у тебя чудесная бабушка.

-Ты ей тоже понравился, - ответил ему мужчина, - А это практически благословение. Это хорошо. Это очень хорошо.

Нянь Ю посмотрел на него, задрав голову и спросил:

-Ты правда никогда никого не приводил в дом до меня?

Гао честно покачал головой, наблюдая, как искорки в его карих глазах разгораются в жаркий огонь:

-Гао… почему я?

Гуаньсюй усмехнулся и ответил искренне и нежно:

-Не знаю.

Так Пирожочек остался жить в доме Гао. Когда альфа отправлялся на работу, юноша садился за учебу, или выполнял домашние задания. Он также проводил время с бабушкой, помогал ей во всем, сняв часть забот с домашней прислуги.

Но через неделю вернулись родители Гуаньсюя. Они прилетели из разных стран в один день, потому что скоро намечалось какое-то светское мероприятие, на которое чета Гао должна была появиться вдвоем.

Гуаньсюй предчувствовал, что родители не примут Нянь Ю так же просто, как бабушка, но, заручившись ее поддержкой, уже не волновался об их мнении. Он просто хотел, чтобы Пирожочку спокойно жилось. Поэтому, когда юношу представили отцу и матери на очередном семейном ужине, те, конечно, были в шоке. Особенно когда узнали, что омега живет в их доме уже как десять дней.

Первая насупилась, конечно, мать. Гуаньсюй видел, как в ней стеной встало неприятие, что какой-то безродный непонятный мальчишка проник в дом, стоило ей ослабить внимание и отвлечься. Все ее труды по подбору идеальной невесты для сыночка пошли насмарку. Ее мнение никто не учел, все в очередной раз решилось за спиной этой женщины, она снова почувствовала свою бесполезность в этом доме - и все негодование вымещала на Нянь Ю, бросая на него сердитые и подозрительные взгляды.

Но не столько мать волновала Гао Гуаньсюя, как взгляды отца, которые тот украдкой бросал на парня, что сидел за столом между отцом и сыном. Гуаньсюй поигрывал желваками, когда следил за родителями, атмосфера за столом была напряженная.

-Малыш, - обратилась мать к Гуаньсюю, - Это и есть тот омега-мужчина, про которого ты говорил? Из-за него ты отверг всех тех девочек?

Гао сжал губы, вспоминая прошлый разговор. Тогда он еще был влюблен в Сяо Чжаня и знать не знал про Нянь Ю, все так быстро переменилось, хотя прошло уже несколько месяцев. Но, чем объяснять матери все это, Гао предпочел немного скрасить действительность:

-Да, мам, это именно он.

Нянь Ю бросил на него быстрый взгляд, но ничем их не выдал. Гуаньсюй видел, как женщине тяжело сразу принять незнакомого парня, но, и в этом была вся ее любовь к сыну, она подняла на юношу уже более заинтересованный взгляд и предложила: