33 несчастья (СИ) - "Лимончик Капрала" - Страница 19

— Думаю, найти тебя там, — невозмутимо отвечает Зое. — Подожди читать мне морали, давай зайдем в кафе. Я просто умираю с голоду, а тогда уже сможешь в полной мере насладиться привилегиями главзануды Нью-Джерси.

Ривай пытается испепелить ее мрачным тяжелым взглядом, но к этому методу у Ханджи иммунитет, наверное, с рождения. Как и к его попыткам пробудить в ней здравый смысл путем втолковывания прописных истин. Все разумные доводы скатывались с нее, как с гуся вода.

Вопреки явному нежеланию Ривая, его хватают за руку и тащат в кафе. «Дом Розы» совершенно не прельщает его, но Зое почему-то безума от этого безвкусного заведения. Одни занавески, отороченные внизу рюшами, чего стоят. Кому вообще пришло в голову нечто настолько нелепое?

Они занимают столик, и Ханджи, на радость официантов, заказывает половину меню — Ривай вскидывает бровь.

— У тебя в желудке вместо язвы появилась черная дыра? — интересуется он словно бы невзначай.

— Этому ворчуну каркаде и стейк средней прожарки с грибным соусом, — делает заказ за недовольно хмурящегося Аккермана Зое. — А вообще, — она возвращает внимание к Риваю, — не ты ли недавно распинался о прогнивших морально-этических нравах, м?

— Это было до того, как я обнаружил уникальный природный феномен, — парирует Ривай.

— Буду считать это комплиментом, — фыркает Ханджи, без труда игнорируя красноречивый взгляд друга. — Так какими судьбами тебя вынесло на улицу? — интересуется буднично, отпивая глоток из принесенного стакана с водой.

— Человеческое раздолбайство.

— Любопытная причина, но, насколько мне помнится, в твоей квартире отродясь не водилось никого, кроме тебя. Неужели в тебе проснулась самокритика? Дорогой, ты не настолько безнадежен…

Ханджи несет весь этот бред с непроницаемой, удивительно участливой физиономией, и лишь бесята, пляшущие в глазах, выдают ее веселье.

— Чокнутая, — бесстрастно констатирует Ривай. — Эрен забыл у меня свой телефон, пришлось возвращать.

— Не «безмозглый придурок», не «самовлюбленный нахал», не «патологический кретин», а Эрен. Еще и в твоей квартире, — Ханджи улыбается и многозначительно двигает бровями.

— Мы с ним не спали, если ты об этом, — закатывает глаза Аккерман.

— Думаю, сам факт того, что ты пустил его на свой порог и даже позволил забыть в своей квартире телефон, значит гораздо больше, чем перепих без обязательств.

Ривай смеряет ее мрачным взглядом.

— Это всего лишь значит, что он безголовый идиот, а я слишком добр, чтобы позволить природному отбору прикончить его.

— А я все думал, где его посеял, — задумчиво тянут за спиной. Аккерман резко оборачивается, сталкиваясь с лукаво прищуренными зелеными глазами. — Привет, Ривай.

— Ты меня что, преследуешь? — хмуро спрашивает Ривай, пропуская приветствие мимо ушей.

— Вообще-то, я думал, что ты настолько без ума от меня, что решил сталкерить и даже втянул в это дело подругу.

— Мне что, пятнадцать, по-твоему? — скептично вскидывает бровь Аккерман, пронзая Эрена ледяным взглядом, но тот не обращает на это внимание. Он поднимается со своего места и пересаживается к ним за столик.

— Безмозглый идиот, — представляется Эрен Ханджи, заставляя ту весело рассмеяться. — А вы, я полагаю, Ханджи?

— Угадал, — весело откликается Зое с широченной улыбкой от уха до уха. Чеширский кот наверняка бы издох от зависти. — А ты, милый, откуда меня знаешь?

— Ривай вас часто вспоминает, — с обаятельной улыбкой сдает Ривая Эрен.

— Да ты что? — Зое в притворном изумлении распахивает глаза, глядя на Аккермана. Во взгляде так и читается терзающий ее вопрос «Какого хрена ты не рассказал мне, что вы успели стать настолько близки?!». Ривай раздраженно морщится, словно от зубной боли.

— Тебе разве не положено быть где-то в другом месте? — тщательно сдерживая эмоции, интересуется Ривай.

При взгляде на мальчишку его почему-то начинает бесить в нем абсолютно все: от дурацкой, невероятно идущей ему новомодной стрижки до легкой игривой улыбки на губах. Губах, которые вчера целовали его.

От подобных мыслей хочется закатать себе по роже, но Ривай лишь противно скрипит зубами.

— У меня законный обеденный перерыв, — оглашает парень с предельно довольным лицом, — так что мне положено быть здесь.

— Тебе тоже нравится это кафе? — с жаром интересуется Зое. — Скажи, у них тут просто невероятное жаркое из кролика.

— Да нет, просто это ближайшее от студии кафе, — просто пожимает плечами Эрен.

— Студия? — хватается за ниточку Ханджи. — Ты музыкант?

— Актер озвучки, — поправляет Эрен.

— Круто! — восклицает Зое.

Ривай отчаянно чувствует себя здесь лишним. Он ничего не смыслит в озвучке, не знаком ни с одним проектом, в котором Эрен принимал участие, и вообще единственный, кто не желает тут находиться. Он переводит рассеянный взгляд в окно, отстраненно думая о том, что Эрен может быть лапочкой, когда заинтересован в этом.

За окном впервые за несколько недель светит солнце, блестя сероватым, успевшим смешаться с дорожной грязью снегом. Ривай не любит городские зимы. На его вкус они слишком грязные, лишенные того сказочного флера, который дарили зимы в его детстве. Когда они с мамой еще жили на севере Франции, он часто пропадал в лесу, часами бродя среди заснеженных деревьев, нарочно оставляя за собой путанные цепочки следов наподобие диких зверей. В лесу воздух был чище, а разведка новых территорий позволяла не думать ему о том, что его ждало дома…

Моргнув, Ривай приходит в себя как раз вовремя для того, чтобы заметить приближение официанта со своим заказом. Он краем глаза замечает, как Эрен перетаскивает свой заказ на их столик, и теперь, продолжая трепаться с Ханджи, методично запихивается салатом с морепродуктами.

Придирчиво поковырявшись в своей тарелке и сочтя наполнение вполне приемлемым, Ривай принимается за вилку и нож. Мясо немного суховато, но соус получился отменным, так что настроение у Ривая немного улучшается. Разговор он не слушает, про себя прикидывая, что приготовит на ужин. На ум сам собой приходит французский суп с гренками. Вроде того, что мама ему в детстве готовила.

— Кажется, сигнал безнадежно потерян, — обреченно подытоживают рядом. Ривай нехотя поднимает глаза.

— Неужели произошло чудо божье, и слепоглухонемой исцелился? — едко тянет Ханджи.

— Чего тебе, очкастая? — терпеливо интересуется Аккерман. Неужели у этих двух кончились темы для разговора? Жаль, он надеялся уйти незамеченным.

— Да вот, к тебе обращаемся вообще, — просвещает она друга. — Ничего не планируй на выходные, мы будем тусить.

— Слишком много энтузиазма как для женщины твоего возраста, — ворчит Ривай. — Ничего не получится, я обещал маме приехать на выходных.

— Ну что ж, минус один, — не спорит Ханджи. Знает — бесполезно. Мама для Ривая самое важное, он ее бесконечно любит. Все, что касается Кушель, не терпит отлагательств и является первоочередным в списке приоритетов. И Зое не собирается становиться препятствием. — Очень жаль, теперь придется искать другого спонсора.

— Едешь с какой-то целью? — старательно изображая незаинтересованность, спрашивает Эрен.

— Можно и так сказать, — туманно отвечает Ривай.

— Тогда я через тебя передам подарок для Руби, — внезапно вспоминает Ханджи. — Я нашла тот набор Лего, который она просила.

— У тебя есть сестра? — шокировано переспрашивает Эрен.

— Да. Какие-то проблемы? — хмуро уточняет Ривай.

— Просто ты совершенно не похож на человека, у которого есть братья или сестры, — прямо говорит Эрен.

— Скажи? — поддерживает Ханджи. — Весь такой холодный, язвительный и неприступный, но по мановению волшебной палочки превращается в булочку с корицей, когда…

— Еще одно слово, и я больше не буду тебя подкармливать, — припечатывает Ривай.

Зое смотрит на него побитой собакой, до глубины души потрясенная степенью его жестокости, но все же послушно затыкается. Эрен с любопытством следит за ними двумя, делая для себя какие-то выводы. От странных взглядов, которые Эрен кидает в его, Ривая, сторону, последнему очень неуютно.