Тень и Лёд (ЛП) - Шоуолтер Джена - Страница 33

В тот миг им управляло желание… им управляла Вейл, ибо тот, кто искушал тебя, порабощал тебя.

Никогда нельзя давать другому человеку власть над собой.

Нокс винил во всем ее запах, несмотря на тот факт, что хотел ее еще до того, как заметил экзотический парфюм, который задержался на ее коже. Один вдох, и он завелся от чистого возбуждения.

«Ты завелся бы в любом случае». Ему достаточно было только посмотреть на нее. Так же, как и сейчас…

«Отведи взгляд». Он ругал ее за то, что она легко отвлекается, а его собственная концентрация оставляла желать лучшего.

Ему потребовалась вся его сила воли. «Победа означает свободу». В конце концов, он заставил себя сосредоточиться на местности. И был мгновенно ошеломлен.

Разница между прошлым и настоящим его поразила. Мощеные улицы вытеснили дикие земли, заполненные деревьями и кустарниками. Здесь были здания всех форм и размеров, высокие столбы и провода… везде.

На Терре никто не теснился. Тут были широкие открытые пространства, свежий воздух, пригодный для дыхания и несравненная ласка тепла от единственного солнца. Толпы людей прогуливались по тротуарам, не боясь, что за ними охотятся, не боясь свернуть за угол, потому что были уверены, что кто-то поджидает их, готовый нанести удар.

Он готов поспорить, что Вейл когда-то была такой же беззаботной. Но никогда больше не будет прежней. Ее жизнь навсегда изменилась, будущее определено и смерть неизбежна.

— Вопрос, — сказала она, и он подумал, заметила ли она его огорчение и теперь надеется направить его мысли в другое русло. — Есть ли у нас сила превращать обычных смертных в бессмертных?

— Есть только несколько способов передать бессмертие, и твой мир в настоящее время предлагает только один из них. Смертный должен убить воина.

Разочарование заставило ее опустить плечи, и он мог догадаться почему. Из-за больной девушки. Нолы. «Не обращай внимания на то, как сжимается твоя грудь».

Он уже начал привыкать к такому давлению.

— Тебе лучше не пытаться пожертвовать своей жизнью ради нее, — сказал он.

— Если бы я хоть на секунду подумала, что она пойдет на это, я бы сделала больше, чем просто попыталась. Но она никогда не причинит мне вреда. Никогда, ни по какой причине.

Ох, иметь такое непоколебимое доверие к другому человеку.

Задумавшись, она спросила:

— В истории ВВ кому-нибудь удавалось остановить войну?

ВВ… Великая Война.

— Никому, хотя многие пытались. Высший Совет слишком жаден, чтобы лишиться нового мира. Особенно этого, где ресурсы в изобилии. Они получат сотни тысяч рабов из участвующих миров в качестве оплаты. Они также получат налог с Терры. Земли.

— Какой налог?

— Он разный для каждого мира и зависит от того, что нужно Высшему Совету в данный момент.

— Отстойно. — Она оперлась локтем на водительскую дверь. — Ты сражаешься от имени своего мира. Я предполагаю, что твое правительство…

— Король.

— Хорошо, хорошо. Плохой король, судя по резкости твоего тона. Если ты победишь, он будет править Землей, а не ты. Так что же ты получишь? Что получат другие воины?

— Они спасут свои семьи, как я уже говорил, и спасут детей от порабощения. Возможно, они приобретут уважение своих собратьев.

— Порабощение детей? Ты шутишь? Скажи мне, что ты шутишь.

— Я не шучу.

Когда он больше ничего не сказал, она проворчала:

— Ты не обмолвился о своей награде.

— Я надеюсь получить самое желанное для моего сердца. — И снова он больше ничего не сказал.

— Раньше я любила загадки. Но сейчас? — Вейл покачала головой. — Не особо. Но ладно, конечно, я поняла суть. Ты так сильно хочешь чего-то, чего я не могу тебе дать, что тебя не переманить на мою сторону.

— Нет. Я не перейду. — Его взгляд блуждал по ней, и шальная мысль застала его врасплох. «Если что и может изменить мое мнение, так это ты».

Внутри все перевернулось. Глупая мысль. И неправильная. Такая неправильная.

Он решил предупредить ее, как предупреждал Шайло… хорошего мужчину, который заслуживал лучшего, чем получил. «Не обращай внимания на укол вины».

— Не сомневайся, Вейл, я сделаю все, что в моих силах, чтобы выиграть эту войну. Ни один поступок не может быть слишком презренным.

— Я верю тебе, — сказала она серьезным тоном. — Есть идеи, почему Ронан приехал в Колорадо? Не пойми меня неправильно, мне здесь нравится, но вряд ли это похоже на горячую точку для инопланетных воинов.

— Петра родом из горного мира, и большинство воинов ищут места, которые лучше всего соответствуют тому, что они знают. Она разбила здесь лагерь, и Ронан последовал за ней.

Она посмотрела на него, но сразу же отвела взгляд.

— Значит, ты выходец из подземелья?

— Да. Поверхность Ивилэнда была разрушена за столетия до моего рождения, во время вторжения другого мира.

— Тогда еще не было Великой Войны?

— Нет. — Нокс знал только то, чему его учили. — Ивилэнд был захвачен другими мирами. Мы победили, вытеснив их армии, но на это ушли годы. Потом поверхность моего мира была разрушена, солнца стали ядовитыми.

— Солнца… во множественном числе?

— Три. — Он видел на картинах, каждое солнце — это воплощение великолепия. — Поверхность Ивилэнда по-прежнему необитаема, подземные города перенаселены.

— А что вы, ребята, едите? Эти деревья в твоем бункере каким-то образом процветают без света, но я не могу представить, что там достаточно фруктов, чтобы накормить всех, — сказала она.

— Технологический прогресс, достигнутый благодаря победам в Великих Войнах, помогает обеспечить устойчивое питание. Кроме того, жители проходят отбор, чтобы перейти в новые выигранные миры, все еще оставаясь под властью нашего короля.

— Твой король, человек, которого ты так явно презираешь. Как он был избран?

— По праву рождения.

— Значит, по истечении срока службы от него не избавиться. Отстой!

Не то слово.

— Сколько войн ты выиграл? — спросила она.

— Четыре. — Если бы он обрел свободу до того, как закончится эта война, пятая была бы для него последней. Если нет, и Ансель солгал ему… Нокс сжал кулаки.

— Ух ты! Это невероятно, Нокс.

Ее благоговейный трепет поразил его.

— Я не единственный Ивилэндец, который победил. Мы добыли Анселю в общей сложности двадцать два мира.

— Не думаю, что хочу знать, сколько людей тебе и остальным пришлось убить, или какое оружие вы приобрели.

Горечь превратила его сердце в камень.

— После каждой войны король все конфисковал. И если не король, то Высший Совет.

— Это должно быть неприятно. — Вейл преувеличенно поморщилась. — Ты выполняешь работу, а король получает почести и награды.

— Ц-ц-ц. Ты пытаешься переманить меня на свою сторону, несмотря на мои заверения, что это невозможно. Если ты продолжишь идти по этому пути, женщина, твои манипуляции только разозлят.

— Опять женщина. — Она притворилась, что ее тошнит. — Смотри. Все, что я хочу сказать, это то, что Высший Совет звучит как настоящее сборище придурков, и я уверена в том, что твой король не войдет в наши учебники истории, как лидер мечты.

— Ничто из этого не влияет на мою решимость победить.

— Как ты можешь быть таким жестоким, обрекая другой мир на такую ужасную судьбу? — Ее голос повысился, ярость сочилась из каждого слога. — Как ты можешь сражаться ради того, чтобы поработить целую планету?

— Как я могу не делать этого? Я всего лишь инструмент. — Орудие, которым владеет другой человек. — Если бы меня здесь не было, ты столкнулась бы с другим воином Ивилэнда. Возможно, он был бы не таким хорошим, как я.

— Я. Не могу. Даже представить.

И снова он подумал о том, как унизительно признавать свое рабство перед этим прекрасным созданием. Он был намеренно зачат, чтобы стать «следующим великим чемпионом», вынужденным тренироваться от заката до рассвета, в худших из возможных условиях. Вся еда, выбранная для него, должна была укрепить его тело и обострить ум, каждое действие тщательно изучалось и оценивалось, чтобы отточить его боевые навыки. Его поощряли только после побед.