Повелительница леса (СИ) - Май Татьяна - Страница 56

Лиатрис какое-то время сверлила меня задумчивым взглядом, постукивая изящными ноготками по спинке кресла. Я старательно сдерживала нетерпение и молила, чтобы Морнэмир тоже молчал. Наконец Лиатрис покачала головой.

— Я ни за что не отдам венец.

— Но

— Молчи! И слушай. Я не отдам венец, потому что мне плевать на Элрика и Лоссэ Таурэ, а вот тайные свойства венца мне самой пригодятся.

— О чем ты? — постаралась я спросить удивленно, хотя внутри все замерло. Откуда Лиатрис знает о скрытых возможностях черных алмазов?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Я не дура, милочка. Мне почти пятьсот лет. Элрик дружил с твоим отцом, Лаирасулом. Так вот, он частенько приезжал в Лоссэ Таурэ и подолгу болтал с Элриком. Он и рассказал о тайных свойствах черных алмазов, ведь у Лаирасула был сильный дар. А я не хочу, чтобы в мою жизнь вмешивались ни эльфы, ни гномы.

— Лиатрис, молю тебя, отдай нам венец и отпусти. Я клянусь, что ты никогда не увидишь ни одного эльфа или гнома на пороге своего замка.

— Да что ты? — пренебрежительно фыркнула королева. — И сколько продлится это обещание? Пока ты жива? Лет пятьдесят? Ну уж нет, я предпочитаю не рисковать своим спокойствием.

— Если я не верну венец, Норин уничтожит Лоссэ Таурэ! — отчаянно выкрикнула я.

— Не моя проблема, — отмахнулась Лиатрис.

— Но как же твой отец? — предприняла я еще одну попытку.

— Надеюсь, он уже умер.

— Да как ты можешь! — ахнула я.

Лиатрис лишь пожала плечами.

— Не отдашь нам венец, я сам соберу войско гномов и натравлю на твой кукольный замок! — прорычал молчавший до этого Морнэмир. — Посмотрим, хватит ли у тебя сил и смелости противостоять им! И вряд ли венец скроет тебя от целого войска разъяренных гномов!

— Снова угрожаешь мне? — прошипела королева. — Прямо как двести лет назад. Вот только у тебя не было надо мной власти тогда, нет ее и сейчас!

Двери в королевские покои резко распахнулись, тяжелые створки с шумом ударились о стены, и комната наполнилась десятком вооруженных стражников, отчего в ней стало совсем тесно. А они-то здесь откуда? Я посмотрела на Лиатрис и поняла, почему она тянула время, отвечая на наши вопросы, и пряталась за креслом. Там на стене висел плетеный шнур, дернув который, она и подала сигнал страже.

— Почему так долго? Взять их! — Пальцем королева указала почему-то только на Морнэмира, видимо, посчитав его куда опасней меня.

Стража, гремя оружием, окружила эльфа.

— Ты все равно отдашь нам чертов венец! — рявкнул Морнэмир, ловко сбивая одного стражника на пол, а другому впечатывая в скулу кулак.

— А ты всегда был наивным мальчишкой, таким и остался! — расхохоталась Лиатрис.

Я в это время метнулась к столу, и, не найдя оружия получше, схватила высокий витой подсвечник и бросилась к королеве. В голове невидимые барабаны отбивали дробь: «Венец! Венец! Венец!»

Королева взвизгнула, и метнулась в другой угол комнаты, но я была настроена решительно. Пока Морнэмир выколачивал пыль из доспехов стражи, я схватила Лиатрис за длинные золотые волосы и притянула к себе, приставив подсвечник к горлу. Королева сначала взвизгнула от боли, а потом расхохоталась.

— Собираешься перерезать мне им горло? Ты еще бо́льшая тупица, чем я думала!

Двое стражников заинтересовались происходящим и метнулись на помощь своей королеве.

— Отзови своих псов, или я сломаю тебе шею! — прошипела я, перехватывая подсвечник поперек и с усилием нажимая на горло Лиатрис.

— Ни за что, — выдохнула она, однако стража, рванувшая было к нам, замешкалась.

В раздражении я топнула ногой. Как же меня все это достало! Надоело, что королевские особы решают, как сложится моя жизнь дальше, надоело слушать их нелепые условия и выполнять приказы. Принеси то, иначе я… Надоело! Разозлившись, я сильнее надавила на шею королевы. Она хрипло пискнула.

— Отзови! — рявкнула я. — Быстро!

— Отпустите его, — просипела Лиатрис.

Я чуть ослабила нажим.

— Вы ее слышали? Быстро отпустите его, — я кивнула на Морнэмира, — иначе шея вашей королевы хрустнет, как сухая ветка!

— Выполняйте, — выдавила Лиатрис. Ее кукольное личико начало наливаться нездоровой синевой, и я ослабила нажим. Убийство не входило в мой список дел на эту ночь.

Стража, потоптавшись, все-таки медленно отпустила бившегося в их руках Морнэмира. Как ни силен и высок был эльф, в одиночку против вооруженной стражи у него не было шансов. Трое воинов, которых ему удалось свалить с ног, постанывая, поднимались с пола.

— Оставьте все оружие здесь и выметайтесь! — Я усилила нажим.

— Делайте, как она говорит! — поторопила Лиатрис.

Стражники, словно нехотя (хотя почему словно?) сложили оружие на пол и цепочкой потянулись из королевских покоев. Мне хотелось пинками поторопить их. За дверями слышались возбужденные голоса. Кто-то советовал бежать за капитаном. Морнэмир быстро выхватил из кучи оружия меч и, потрогав лезвие пальцем, кивнул.

— Неплохо, девочка, — одобрительно хмыкнул он. — Никогда не видел, чтобы подсвечник использовали таким интересным способом.

— Лучше помолчи, иначе и сам им получишь, — пригрозила я. Сердце стучало так быстро, словно я только что пробежалась от Бриола до Лирта и обратно. — Лиатрис, показывай, в какой стене у тебя скрыт тайный ход. И побыстрее!

— Здесь нет тайного хода, — быстро ответила королева.

— Ну да, рассказывай, — презрительно бросила я.

Лиатрис, вечно напуганная появлением эльфов из своей прошлой жизни, не могла не продумать себе запасные пути отступления. Да здесь наверняка даже в уборных целая куча потайных дверей и лазеек!

— Ход есть, — подал голос Морнэмир. — Угадай, где он.

— А может ты просто покажешь? — вспылила я.

Эльф сделал приглашающий жест, указывая на портрет, за которым скрывалась тайная ниша.

— Одна из стен за ним — обманка.

— Да будь ты проклят! — выпалила Лиатрис.

— Ты мне надоела, дорогуша, — Морнэмир подошел ближе и эфесом меча легонько приложил королеву по виску. Она сползла на пол. Морнэмир быстро подхватил ее, перекинув через плечо, и бросил мне: — Быстрее хватай венец и иди за мной.

— Мы что, потащим ее с собой? — спросила я, бросив подсвечник на пол и снимая с головы королевы злополучный венец.

— Пусть сама расскажет Элрику, почему не захотела с ним остаться, — пояснил Морнэмир, отодвигая портрет и входя в нишу. Там он стукнул по стене справа и появился скрытый до этого проход в стене. Он был ярко освещен. — К тому же, пока она с нами, мы сами будем целы.

Я кивнула, двигаясь по проходу следом за Морнэмиром. Длинные волосы королевы касались пыльного пола, голова покачивалась в такт шагам эльфа.

— Подожди, а ты откуда знаешь про этот ход? — только сейчас додумалась я спросить. — И как ты вообще оказался в замке, да к тому же в комнате Лиатрис? Твоя магия ведь не работает?

— Нет. В мире смертных я так же беспомощен, как любой смертный.

— Но ты же говорил, что лес тебя не выпустит? Или это очередная ложь?

— Не ложь, а всего лишь маленькая хитрость. Лес и правда не выпустил бы меня в образе единорога. Вся магия сосредоточена именно в лесу.

— Как и моя сила?

— Именно.

Несколько минут мы шли в полном молчании, слышен был лишь треск факелов да мои шаги. Эльф ступал бесшумно.

— Так как ты попал в замок? — снова спросила я.

— Ты недооцениваешь силу моего обаяния, — обернулся Морнэмир, сверкнув улыбкой.

И хотя я была зла на этого обманщика, внутри все потеплело. Это же Флориан! Тот самый Флориан, который усыпил Элрика, потому что думал, что мне будут неприятны его объятия. Тот самый Флориан, который вытащил меня из темницы Исил Наллэ и достал дневник. Вот зачем он подставил меня перед Лиатрис — это еще предстоит выяснить. Да еще это его дурацкое условие — отдай то, от чего откажется тот, кого ты полюбишь. Когда выберемся из замка и окажемся от него подальше, непременно нужно будет устроить Морнэмиру допрос с пристрастием.