Дом с белыми клибисами (СИ) - Бунькова Екатерина - Страница 10

— За что сражаетесь, юный рыцарь? — усталым и безэмоциональным голосом спросила леди Ветта, заглянув мальчику в лицо. Тот вздрогнул, но быстро взял себя в руки, утер стекающую по разбитой губе кровь и ответил:

— Они обманули старика Калеба!

Побитые мужики возмущенно загалдели, но, словив взгляд начальницы городской стражи, понуро опустили головы: в отличие от новенького, они отлично знали, что от нее можно неслабо схлопотать.

— Прошу прощения, госпожа начальница городской стражи, — осторожно отозвался один из них, зажимая разбитый и стремительно распухающий нос. — Но мы просто хотели потребовать долг.

— Они ему угрожали! — снова взъярился Авис, поворачиваясь к женщине со шрамами. — И вообще, это был обман: они отлично знали, что денег не хватит на все материалы, но не сказали ему об этом. А когда Калеб уже все купил, начал строить и обратился к ним за оставшимися деньгами, они потребовали все вернуть. С процентами!

Женщина подняла правую бровь и перевела взгляд на побитую троицу.

— Неправда, — осторожно ответил мужик с неприятно бегающими глазками. — Это он нас не предупредил, что для машины потребуется гораздо больше деталей. Мы не рассчитывали на такую сумму. Мы надеялись, что у нас будет собственная механическая мельница, потратили на нее все наши деньги, и что теперь? Теперь ни мельницы, ни денег. Мы требуем вернуть все с процентами!

— Вранье! — снова крикнул Авис, пытаясь вырваться из захвата, но Белый мастер удерживал его без особого труда. — Калеб не мог никого обмануть, он на это просто не способен. Сайка, скажи им!

Он, наконец, заметил мечущуюся рядом девочку.

— А… что? — Сайка растерялась: увидеть прямо перед собой своего кумира оказалось слишком сильным потрясением для девочки, но она все-таки собрала волю в кулак и ответила. — Ну да, Калеб не умеет обманывать. Он немного… ну, странный он. Но не обманщик.

— Да я чертежи видел, — снова перебил ее Авис. — Там все подсчитано: и размеры, и вес. И подписи сделаны: для заказчика, с пояснениями. Они не могли не знать!

— Не было никакого чертежа! — возмутилась троица, черезчур ярко принимаясь жестикулировать и наступать на парня. Миледи сдвинула брови, и Белый мастер оттащил Ависа подальше от них.

— А сам-то Калеб где? — спросила леди Ветта. Воцарилась тишина. Все заоглядывались в поисках старика. Тот нашелся сразу: толпа быстро разошлась от него во все стороны и образовала проход. Леди Ветта повернулась и прошествовала мимо оживленно перешептывающихся зрителей.

— Господин Калеб? — спросила она. Старик не откликнулся: он с увлечением ковырялся в колесе чужого экипажа. Миледи выждала минуту, потом снова обратилась к нему, на этот раз похлопав мужчину по плечу:

— Господин Калеб.

— Кто здесь? — подскочил он, испуганно озираясь. Потом увидел леди Ветту, приветственно улыбнулся ей, кивнул и вернулся к своему колесу, как ни в чем не бывало. Раз-другой тюкнул по спице ладонью, вставляя ее в паз, а потом довольно разогнулся и сказал:

— Вот теперь отлично: будет ездить без лишнего скрипа.

— Господин Калеб, мы тут вообще-то, обсуждаем один из ваших заказов, — осторожно сказала леди Ветта.

— Заказов? Каких заказов? — он растерянно захлопал редкими ресницами.

— Заказ на механическую мельницу, — спокойно пояснила леди Ветта.

— А-ах, это, — улыбнулся Калеб. — Да, помню-помню. Я как раз хотел сказать, что вы выдали мне не всю сумму. Я же вам все подсчитал, вы, наверное, просто забыли. Так что я купил то, что требуется для начала работ и собрал нижний уровень. А, впрочем, вы наверняка уже видели: я ж его в вашем доме собираю. Здорово получилось, правда? Такая махина!

Леди Ветта и мастер Кан переглянулись. Калеб тем временем рассеянно огляделся по сторонам, увидел открытую дверь своего дома и устремился внутрь — на зов громко клацающих механизмов.

— Та-ак, — протянула леди Ветта, поворачиваясь к Авису и окидывая его внимательным взглядом. — А вы у нас, значит, сражаетесь за добро и справедливость, сэр Золотая Шевелюра?

Авис насупился.

— Что у тебя с глазами? — спросила она, чуть презрительно поджав губы.

Авис потер глаза: золотая пудра с век так и не отмылась. Да он и не старался ее отмыть, это Сайка все хлопотала и беспокоилась.

— А что у вас с лицом? — не остался он в долгу, демонстративно оглядывая жутковатые шрамы на лице собеседницы.

— Грубить старшим нехорошо, — поучительным тоном заметил мастер Кан.

— Бить детей — ничем не лучше, — зло прищурился парень.

Полминуты леди Ветта молчала, глядя на него. Авис смотрел, не мигая. Недовольно цыкнув, леди Ветта отвернулась и бросила Кану через плечо:

— В управление его. Пусть посидит немного в подвале, глядишь, остынет.

— Эй, вы не можете так поступить! — раздался звонкий девчоночий голос, и перед леди Веттой выскочила, раскинув руки, встрепанная Сайка. — Он же просто защищал старика Калеба! Разве можно сажать людей за то, что они заступаются за слабых? Я вот тоже теперь защищаю друга. Посадите тогда и меня.

Она выпрямилась и упрямо сложила руки на груди, хотя коленки у нее дрожали. Авис попытался ей что-то прошипеть, но ворот опасно обхватил ему горло, намекая, что говорить, когда тебя не спрашивали, не стоит.

— Ты, в отличие от него, не пытаешься никого покалечить, — спокойно пояснила начальница стражи.

— Ах, так? — Сайка разозлилась, оглядела обоих городских стражников и попыталась пнуть мастера Кана в колено. Тот с легкостью увернулся и, танцуя, пошел вокруг Ависа, не выпуская его из рук, но и не давая Сайке себя достать. Девушки в толпе восхищенно зашушукались, наблюдая за представлением.

— Ух, какая активная! — радостно ухмылялся он.

— Отставить! — рявкнула леди Ветта, заставив всех вздрогнуть. — Кан, вяжи обоих, раз им так хочется.

- За что? — искренне удивился Белый мастер столь странному решению, отпустил парня и сделал шаг к своей госпоже, прошептав еле слышно: — Они же просто дети. Отпустите хотя бы девочку.

— Нет, — жестко ответила леди Ветта.

— Почему? — не сдавался Кан.

— Так до них быстрее дойдет, — глядя мимо мастера, сказала леди Ветта. Нахмурившись, тот полез в карман за веревкой.

Если до Ависа что и дошло, так это то, что в жизни слишком много несправедливости, и он ненавидит все, что с нею связано. Его, наследника одной из самых уважаемых в Элакии семей, повязали, как настоящего преступника, и собирались посадить за решетку. Да еще и Сайку с ним за компанию прихватили. За нее ему больше всего было обидно: ее-то в городе наверняка знают, нехорошо будет, если слухи пойдут.