Без нее на ней женился (СИ) - Лестова Ксения Алексеевна - Страница 5

— Ты совсем за него не переживаешь? — спросила запыхавшаяся Ната, которую я продолжала держать за руку и на улице.

— А должна? — я бросила в сторону подруги напуганный взгляд. Сложно быстро прийти в себя, после случившегося. Точнее, почти не случившегося. Слава богу, судьба столкнула меня с тем брюнетом с черными глазами. Кстати… — Наташ, — я замедлила шаг, позволяя Натали перевести дух, — а что это за мужчина? — Само собой, я знала, что девушка понятия не имеет, кто это такой, точно так же, как и я. Просто… а вдруг?

— Представился Олегом, — выдохнув, запинаясь, стала рассказывать Наташка. — И то, только после того, как я спросила, кто он такой. Я так за тебя перепугалась, что и не заметила, как этот шкаф оказался рядом и стал ломать дверь. Дверь! Металлическую! Представляешь? — Похоже, у подруги тоже был стресс.

— Нет, — ответила, живо вспоминая, как затряслась дверь, когда показалось, что кто-то с силой об нее ударяется. Или пытается снести. Второе более вероятно. — Значит, Олег… — пробормотала вслух, а потом еще несколько раз повторила это имя про себя. Чтобы запомнить того, кому обязана спасением. Страшно представить, что тот толстый пьяница в полосатых трусах мог стать моим первым мужчиной.

Жуткая картинка предстала перед глазами. Я вздрогнула, мотнула головой, пытаясь прогнать мерзкое видение. Кажется, сейчас до меня стал медленно доходить весь ужас произошедшего в квартире. Друг отца мог меня изнасиловать. И родитель не собирался этому мешать…

Перед глазами как-то подозрительно стало расплываться. И вот уже проходящие мимо люди являют собой лишь разноцветные разводы. Я пыталась идти дальше, боясь опоздать на занятия, однако Наташа считала иначе. Остановилась, уже сама, перехватывая мою дрожащую руку, и повела в противоположную от остановки сторону. Я не сопротивлялась. Было настолько плохо, жутко и больно, что ничего не хотелось. Куда ведет? Зачем? А какая разница… Действительно, что сделает мне преподаватель по статистике, если я прогуляю хотя бы одно его занятие? В первый раз за все время обучения в институте.

— Куда мы идем? — вяло вопросила, смахивая тыльной стороной ладони со щек злые слезы.

— Приводить тебя в порядок, — охотно пояснила Натали.

Больше ни о чем спрашивать не стала. Куда, зачем, для чего… Какое это имеет значение? Черт… меня могли сегодня изнасиловать! И если бы не странный Олег, буквально вырвавший с мясом дверную ручку и раскурочивая тем самым замок… Я ведь понятия не имела, когда бы прибыла полиция? А этот мужчина появился так неожиданно и вовремя. Словно чувствовал, что мне угрожает опасность.

Нервный смешок сдержать не удалось. Ната подозрительно на меня покосилась, но спрашивать, чего это я, не стала. Просто продолжила куда-то вести, словно маленького капризного ребенка. А причиной моего смешка было осознание, что я в который раз представляю себе какие-то глупости. Сказки все это. Просто случайность. Мужчина к кому-то шел, увидел перепуганную Наташу, небось, услышал приглушенные голоса, доносящиеся из квартиры, и сложил два и два. Одно смущало: как он смог вырвать ручку двери? Это сколько силы должно быть в человеке? А по виду и не скажешь, что он любит проводить каждый свободный час в качалке. Определенно, фигура у него была внушительная. Широкие плечи, высокий (но не под два метра, слава богу) рост, Сильная шея, руки… наверное и ноги. Не все я могла разглядеть через одежду. Что, в принципе, логично. Да и времени на разглядывания было не так чтобы много. Жаль, что, скорее всего, это была наша первая и последняя встреча. Я хотела увидеть его еще хотя бы раз, чтобы сказать спасибо.

Целью подруги было небольшое кафе. Сколько мы прошли домов, плутая по улицам, понятия не имела. Я просто следовала за Наташей и в который раз пыталась взять себя в руки и просто не думать. Не видеть перед внутренним взором пьяные лица мерзавцев, что могли опуститься до насилия. Не вспоминать того, кто подарил мне жизнь. Потому что он же пытается ее сломать, уничтожить, растоптать… Хочет, чтобы я стала такой же? Отчаявшейся, забитой, готовой на все, ради нескольких часов сладкого забытья, после которого приходит откат.

Войдя в просторное помещение, наполненное тихими голосами немногочисленных посетителей и тихой плавной мелодией, мы прошли в дальнюю часть и устроились за двухместным столиком. Перед этим сняв верхнюю одежду и повесив ее на спинки стульев. Сумки положили на широкий подоконник.

— И зачем мы здесь? — оглядываясь по сторонам, проговорила. Ощущение чьего-то пристального взгляда снова прошлось по телу толпой мурашек. Как вчера ночью, когда я шла из бара.

— Здесь заваривают замечательный чай. Успокаивающий. После него, я тебе обещаю, ты перестанешь трястись, словно осиновый лист на ветру.

— По-моему, — голос, кстати, тоже подрагивал, — это не удивительно.

— Выговоришься, — подруга попыталась улыбнуться, но ничего не вышло. Она прекрасно понимала, каково мне сейчас. — Официант! — позвала, так и не дождавшись, когда к нам кто-нибудь подойдет.

Молчали до тех пор, пока перед нами не поставили заветный пузатый чайник и две чашки. Чай был желтовато-зеленого цвета и в его запахе содержались ярко выраженные нотки мяты. Пока я продолжала сидеть и меланхолично смотреть на сидящую неподалеку пару, Ната, щебеча что-то о непутевых кавалерах, которые закидали ее сообщениями в соцсетях, разливала по чашкам чай, сыпала сахар и размешивала его. Сначала у меня, потом у себя.

— Теперь пей, — пододвинув ко мне окончательно готовый напиток, проворчала девушка. — Давай-давай. Не просто же так я тащила тебя в такую даль.

— Даль? — я взяла в руки чашку, пытаясь согреть холодные ладони и пальцы. — И сколько мы прошли?

— Черт, — вместо того, чтобы ответить на вопрос, выругалась Наташка, — что там произошло? Немедленно рассказывай!

Скрывать от единственной подруги правду не собиралась. Попросила только, чтобы не смела болтать о случившемся своей матери. Пообещав молчать как рыба, Натали превратилась в слух. Расписывать в красках весь ужас, что испытала, когда рука с длинными грязными ногтями коснулась кожи, не стала. Только попросила у подруги еще и антисептические салфетки, которые та постоянно носила с собой в сумке. Пусть это не избавит меня от воспоминаний о неприятных касаниях… Буду утешаться тем, что хоть микробов не останется. На упаковке было написано: «Убивает 99,99 % микробов». Надеюсь, так и есть. И это не маркетологи пытаются нажиться на доверчивых потребителях, которые хотят верить, что бактерии действительно падут жертвой одной единственной салфетки.

Чай был вкусным, горячим и, Наташа не соврала, успокаивающим. После первой чашки я говорила более связно, чем в начале. А к концу второй дрожь в руках стала значительно меньше, почти не заметной.

— Тебе нельзя туда возвращаться, — покачав головой, сказала подруга, когда я закончила свой сбивчивый рассказ. — По крайней мере, одной. Попросим парней из группы, чтобы они с нами сходили, и ты соберешь все необходимые вещи. И переедешь ко мне. Мама, сама знаешь, будет не против.

— Я не могу так, — заупрямилась. — У меня есть дом. Пусть такой, но дом. — Сглотнула внезапно образовавшийся в горле ком и отпила еще немного чая. — Мешать вам не хочу. Я и так задолжала.

— О чем ты? — темные тонкие брови подруги поползли вверх. — Задолжала? Что за глупости?

— Нет, Наташ, — заупрямилась. — Прости, не поеду. Просто буду всегда ходить с перцовым баллончиком. А если будут позволять финансы, переночую в каком-нибудь хостеле или отеле.

— Зря упрямишься, — недовольно проворчала Ната. — Это сегодня все удачно сложилось. А если в следующий раз этот гад довершит начатое? Что тогда?

— Я не хочу сейчас об этом думать, — выдохнула и вновь коснулась губами гладкого края белоснежной чашки.

Передернула плечами, когда показалось, что кто-то будто сверлит спину в районе лопаток. Что за напасть? Не одно, так второе. То ли просто мерещится, на фоне всего случившегося, то ли я на самом деле привлекла чье-то внимание. Этого не хватало.