Без нее на ней женился (СИ) - Лестова Ксения Алексеевна - Страница 43

И это еще ничего. Еще хуже стало, когда мы с Олегом вошли в зал, где собрались уже практически все гости. Некоторые из них сидели за столиками, а некоторые — прохаживались туда-сюда, разговаривая, знакомясь, демонстрируя себя. Все то же самое, как в высшем свете восемнадцатого-девятнадцатого веков, когда расслоение общества было принято за норму. Глядя теперь на их холеные лица, дорогие наряды и надменность, проявляющуюся во всем, мне стало совсем неуютно. Нет, никто никого не задирал, не оскорблял и вообще не выходил за рамки приличия. Однако за показной вежливостью слишком во многих случаях скрывалась неприязнь. Нелюди делились на группы общающихся между собой волков и волчиц, при этом не замечая остальных. Интересно, а в жизни они так же себя ведут? Или это только среди богачей принята подобная ложь?

— Расслабься, — шепнул мне на ухо Олег. — Ты сейчас напоминаешь мне свернувшегося в комок ежика, который закрылся от меня своими острыми иголками. Но я видел тебя и без них, поэтому знаю, какая ты.

Его слова оказались такими двусмысленными, что я сразу смутилась и, кажется, покраснела. Я и так чувствовала себя товаром на рынке, а теперь вообще, как диковинная зверушка в зоопарке стала. Ведь по большей части все высокомерные взгляды доставались мне. Может, у меня началась паранойя, но со временем стала замечать, что их всех объединяет настороженность относительно меня. Незамужних дам можно было легко вычислить по враждебным взглядам. Да уж, попала, так попала…

Столики, столики, столики… Да сколько же народу собралось в ресторане? Посередине помещения танцпол, а у самой дальней стены сцена с микрофоном. Хм, возможно, сегодня приглашена еще и какая-нибудь музыкальная группа?

По бокам от входа были расположены столы с закусками и выпивкой. К своему удивлению обнаружила, что оборотни куда более воспитаны, чем люди. По крайней мере в тех местах, где мне приходилось наблюдать шведский стол. Скорее всего, это связано с тем, что общество, в котором я оказывалась, было намного беднее, чем теперешнее. Денег мало, а кушать (и при том хорошо) хочется всем. Вот и получается, что из жадности мы становимся падкими на то, что в просторечие называется халявой. Не зная, когда еще сможем попробовать тот или иной салат, накладываем его побольше, не заботясь о других. Да, наверное, среди состоятельных людей подобного эгоизма практически не встречается. Все проходит спокойно, без суеты и чинно. Человек или нелюдь всегда знает, что если он не окажется в первых рядах на раздаче, то он потом, но все равно сможет попробовать приглянувшееся ему блюдо.

Почувствовала себя деревенщиной. А еще вспомнила, что я всего раз наблюдала столпотворение у шведского стола — когда мы с девчонками в прошлом году решились съездить на выходные в Москву. Там-то мы и попали в один из бюджетных ресторанов, в котором можно было заплатить определенную цену и набрать себе большую тарелку всего, чего душа пожелает. И вот я в приличном месте. Нет, все хорошо, да только мне здесь не рады. Новоиспеченная оборотница, которая всего раз в жизни обернулась в свою вторую ипостась, практически безродная и подрабатывающая пением в пивных барах. Блеск, а не жизнь. Сколько пройдет времени перед тем, как ко мне привыкнут? Как я привыкну…

— Отец! — позвал мой муж, когда мы подошли к очередному столику. — Познакомься с Олесей. Олеся?

— Здравствуйте, — я кивнула и потупила взгляд перед темноволосым мужчиной средних лет. Надо признать, выглядел он превосходно. Сразу понятно, кто передо мной сидит и даже не планирует встать и нормально поприветствовать свою новоиспеченную невестку. Вместо этого он с интересом меня разглядывал.

— Паша! — возмутилась сидящая по правую руку от него женщина. Она была одета в свободного кроя платье цвета слоновой кости. Судя по всему, это его жена — мать Зои.

— М-м? — лениво протянул тот, наградив жену плотоядным взглядом.

— Глава клана волков и наш с Виком отец Павел Дмитриевич, — недовольно сказал Олег. — Его пара, Татьяна Геннадьевна.

— Очень приятно, — постаралась улыбнуться. Надеюсь, у меня получилось скрыть свое волнение, которое нахлынуло, когда я переступила порог банкетного зала. — Меня зовут Олеся.

— Наслышаны о тебе, — проговорила женщина, вставая и протягивая мне руку. — Как ты, девочка?

— Хорошо, — пожала плечами. — Олег и остальные заботятся обо мне.

— Добро пожаловать в наш клан, — альфа, наконец, соизволил встать со своего места и заключить меня в приветственные объятия.

Музыка стихла, и десятки глаз устремились в нашу сторону. Я не придумала ничего лучше, чем представить, что стою на сцене перед толпой жаждущих музыкального представления людей. Это мне помогло расслабиться и в ответ обнять мужчину.

— Это большая честь для меня, — тихо сказала.

Мы отстранились друг от друга, и меня сразу же официально представили клану. Павлу Дмитриевичу не нужен был микрофон, чтобы донести до каждого свою пламенную речь. А я старательно изображала из себя ту самую певицу, которая поет за гроши для обычного народа. Я где-то читала, что на такие вечеринки приглашают петь звезд. Разумеется, не за маленькую сумму денег они соглашаются на выступление. Плюс гастроли, концерты, продажа альбомов… Жать, что я так и не стала настоящей певицей.

Меня усадили за стол, рядом с Татьяной Геннадьевной. По правую руку от меня разместился Олег. Они с отцом тут же начали обсуждать беспечность Виктора, отсутствие которого, впрочем, кроме семейства никого не смущало. Рыжий жил в свое удовольствие, отказавшись от возможности занять место отца. Его брат же до встречи со мной (как рассказала мне Зоя) целенаправленно шел к власти. В последнее время они отдалились друг от друга. И если бы не я, то волк продолжал бы быть самым завидным женихом среди своих соплеменников.

Музыка заиграла вновь, и я с удивлением отметила про себя, что виновник торжества так ни разу и не показывался. Словно подслушав мои мысли, муж уточнил у альфы:

— А Сергей где? — мужчина осмотрелся по сторонам и поймал на себе взгляд какой-то красотки с необычными синими глазами и прямыми длинными черными волосами. Одета она была в бардовое платье с очень вызывающим декольте. Голые точеные плечи будто призывали представителей сильного пола забыть обо всем и пойти за ней. Только вот супруга она совсем не заинтересовала.

— Где-то в кухне отчитывает повара за то, что подсунул вчерашний паштет, — отмахнулся Павел Дмитриевич.

Я на их разговор уже не обращала внимания, потому что меня очень волновала положившая на Олега глаз брюнетка. Эта волчица имела вид победительницы, которая всегда добивается того, чего хочет. Вот и спину моего мужчины она гипнотизировала так, будто готова была съесть его. А я… Для нее меня вообще не существовало.

Ревность так не вовремя проснувшаяся внутри, заставила лисичку зло зарычать и оскалиться. Она была недовольна тем, что на ее волка так плотоядно смотрят. И ее не волновало, что сам этот волк будто не замечает подобного внимания к своей персоне.

Мало того, что я чувствовала себя среди богато разодетых оборотней белой вороной, так еще и ловила на себе брезгливые взгляды. Чаще всего они принадлежали женщинам. Как же… помню я, что лисы с волками не ладят. И всем вокруг об этом известно. От этого с каждой минутой я становилась все более зажатой и нервозной.

Заиграла мелодичная плавная мелодия, свет приглушили, и пары стали вставать из-за столов в явном желании потанцевать. Я надеялась еще посидеть, спрятаться за широкую спину супруга, но моим мечтам не суждено было сбыться. Олег склонился к моему уху и предложил присоединиться к остальным. Отказывать не стала. Да и куда деваться? Воспротивлюсь, и какая-нибудь наглая оборотница пригласит мужчину на танец. Вон, брюнетка уже вставала со своего места. Лисичка зарычала еще громче и тявкнула. Ее глаза опасно засветились.

Вложив свою ладонь в руку мужа, встала вслед за ним из-за стола и направилась в сторону танцпола. Не то, чтобы я неумела танцевать, просто больше предпочитала петь. Смущалась, тушевалась от пристального внимания завсегдатаев клубов, но тогда это была необходимость. Способ заработать денег. А сейчас… Желание нелюдя, которому я не смела воспротивиться.