Непокорная (СИ) - Вариун Юлия - Страница 86

- Диана, - вздыхает устало, - я люблю тебя, дурочка. И я хочу выяснить, что за причина нашего недопонимания. Почему ты убегаешь?

- Боюсь, - честно отвечаю, - у вас вид голодного убийцы сейчас.

- Мда? – удивляется дракон и зловеще ухмыляется, делает стремительный бросок ко мне и… встречается лицом с тарелкой моей нетронутой еды. Уже холодное пюре вперемешку с томатной подливой картинно впечаталось в благородную морду лица. Два удивленных глаза хлопают на меня сквозь густую картофельную, и наверняка очень лечебную маску. – Ты сумасшедшая, -стирает с лица еду, смотрит укоризненно. – Разве… я хоть раз сделал тебе больно? Чем заслужил твой страх и недоверие?

- Своим неадекватным поведением в состоянии аффекта, - делаю еще шаг назад.

- Ооо, начитанная стала, - усмехается дракон.

- Вашими стараниями, - отвечаю так же саркастически. – Позволите завершить нашу содержательную беседу? Вам пожалуй не помешает умыться, ваша светлость.

- Диана, ты же понимаешь, что я быстрее, ловчее и сильнее. Я могу поймать тебя в один щелчок пальцев. Но не хочу пугать.

- А сейчас вы меня не пугаете?

- Считай это брачными играми, - кривится зло именитый ящер.

- Ах, как я могла забыть, то вы в первую очередь самец, а потом уже цивилизованная личность, - еще шаг назад, ближе к двери.

- Ну, что поделать, что ты пробуждаешь даже во мне самые низменные и естественные инстинкты, - не остается в долгу дракон и усмехается. – Впрочем, ты права. К чему эти игры в кошки-мышки…

- Скорее уж игра в ящер-шлюшка? – подкалываю я, берясь рукой за дверную ручку, открываю дверь и выпрыгиваю наружу, но под щелчок пальцев за своей спиной, вдруг выпрыгиваю прямо в руки милорда, что поймал меня, даже с места не сойдя. Оборачиваюсь на дверь, что зловеще хлопнула за спиной. Там, где я только что была, а теперь вот тут… снова… у стола, в объятиях герцога. Он зол, как мракобес.

- Отпустите, - брыкаюсь, но куда там?! Брачные игры кончились.

- Я кое-что понял из всех твоих реплик и возмущений, - смотрит на меня пронзительно так, до мурашек под кожей. – Но не понял причины твоих абсурдных выводов. Позволь… - берет меня брыкающуюся за подбородок, заставляя смотреть на него. Из вредности зажмуриваюсь. – Открой глаза, -повелительно вползает в мое сознание властный голос. И я подчиняюсь. Вижу его потемневшие почти до черноты зрачки с вертикальной молнией чистого огня. Он словно обволакивает меня своим взглядом, цепляет, заставляет открыться, вторгается в мою голову так, будто ступает невесомыми шагами по хрупкому насту. И ведь… заглядывает в каждую мысль. Пересматривает наш разговор, перебирая его, переслушивая, раз за разом, ищет момент, когда меня «подменили»… и … находит. Его вторжение в мою память не остается для меня секретом. Он хотел, чтобы я знала, что произошло. Не хочет скрывать, что капался в моем сознании. Покидает меня, аккуратно, не тревожа ни единой мысли, не причинив никакого дискомфорта. Разрывает контакт и смотрит на меня виновато. С жалостью.

- Какая же ты дурочка, - вздыхает дракон и улыбается облегченно, - моя любимая, маленькая майсочка… - касается моих губ своими, - моя невеста…

- Перестаньте, - прошу я, но милорд только улыбается и ловит мой взгляд своим.

- Ты. Моя. Невеста. – Четко разделяя слова, говорит мне, как дитю неразумному. – Поняла? Я люблю тебя, Диана. И не откажусь от тебя, даже, если бы Кэрнис на моих глазах разложил тебя звездочкой и обесчестил.

- Не надо… - краснею до корней волос.

- Нет, надо! – жестко прерывает меня. – Именно так с тобой и надо! Или ты еще чего-то глупого себе надумаешь. Запоминай, милая. Ты. Невинна. Мы нагрянули раньше, чем твой спаситель смог тебя коснуться. Но даже, если бы успел… моя любовь сильнее предрассудков, Диана. До тех пор, пока ты добровольно не разделишь ложе с иным мужчиной, я не признаю изменой печальное стечение обстоятельств, где ты всего лишь жертва.

- А как же…?

- А говоря о переходе на иной уровень отношений, я имел в виду, что ты теперь моя невеста. Моя истинная. Нас благословили боги. И никак не о расторжении помолвки! Как тебе все это вообще в голову могло прийти?

Отвожу глаза. Стыдно до дрожи в коленках.

- Маленькая моя, - прижимает меня к груди. Я упираюсь, чисто из вредности, но дракона это не волнует. Он и так все видел в моей голове. Все знает. – Какая же ты еще маленькая и глупенькая у меня, Диана…

- Да, я помню, дура… - плачу, а милорд смеется и целует мне макушку, закапывается руками в мои волосы, с какой-то через силу сдерживаемой страстью зарывается лицом в мою взъерошенную шевелюру, вдыхает глубоко и снова целует. Где-то в районе виска.

- Дурочка, - ласково поправляет меня, - маленькая… ты просто еще маленькая, -будто сам себя уговаривает он. – Я люблю тебя. Но… если ты попросишь дать свободу этому куску дерьма, я клянусь, что приговор заключения сменю на казнь. Чисто из ревности. Ясно?

- Угу, - пискляво выдаю, гадая, как бы мне помочь мерзавцу покинуть места заточения. Тем более, что ему бока намяли до того, как он смог меня обесчестить. А принимая во внимание его героическое вмешательство в мою судьбу, то считаю Кэрнис страдает несправедливо. Нельзя карать только за намерения. И вообще, может быть он и не тронул бы меня? Может быть, в последний момент бы одумался? Не может быть, чтобы человек, рискующий своей шкурой ради спасения мира от демонов, оказался таким пропащим совратителем. – Вы, меня пачкаете, - отодвигаюсь от милорда, чувствуя, что у меня в волосах уже пюре с томатом размазаны.

- Ничего, - усмехается дракон, - будет тебе уроком, не швыряться едой.

- Извините, - буркаю недовольно. И стыдно мне. Но вины не чувствую. Так и надо гаду крылатому, чтобы в следующий раз выяснялся коротко и ясно, а не корректно, что у меня чуть сердце не разорвалось.

- Диана, майсочка моя, - улыбается дракон, ласково целует мои губы. Поверхностно. Без страсти. А так… нежно, что ли… - Давай, у нас не будет недомолвок. Хорошо? Ты чуть было не довела меня до разрыва сердца своим выступлением. А ведь… все оказалось лишь глупостью надуманной. Давай, как раньше? Всю правду в лицо. Ладно? Без стеснения, без волнения. Если сомневаешься в чем-то, спроси. Если тревожишься чего-то - поделись, боишься – пожалуйся. Недопонимание может дорого стоить нам обоим. Договорились?

Я киваю, продолжая краснеть. Чувствую себя идиоткой. Круглой такой идиотиной целой! Которая собирается в тайне от жениха идти освобождать своего гипотетического насильника. Я конченый человек. Просто беспросветная тупица. Но оставить своего спасителя гнить в тюрьме, зная, что брат наверняка его наказал сполна, не могу. А милорд уперся.

- И еще, - вдруг прерывает мои мысли дракон, все так же не выпуская из своих объятий, - я полагаю, что тебе будет проще преодолеть свое смущение передо мной, да и уверенности должно тебе предать, если ты будешь обращаться ко мне менее официально.

- Так… не положено же, - удивленно распахиваю глаза.

- А ты положи, - усмехается дракон. – В запале своей обвинительной речи, ты перешла уже границу дозволенного. И мне… это понравилось. Когда ты говоришь мне «ты», а не вот это вот наигранно покорное «милорд»… так правильно звучало твое обращение. Давай переступим этот барьер?

- Я… постараюсь, милорд, - отвечаю и тут же ойкаю, прикрывая рот ладонью, а жених смеется тихо и снова прижимает к себе, как любимого плюшевого зайца.

- Ты привыкнешь, дорогая. Привыкнешь…

- Как же мне вас… тебя называть тогда? – выдавливаю из себя неприлично фамильярное обращение, чувствуя улыбку мужчины где-то у себя в волосах.

- Ну, обычно, ты зовешь меня ящерицей, - усмехается он, - но Дэкер тоже подойдет. Не зря же мне имя давали, верно?

Молчу. Перевариваю. Пытаюсь свыкнуться. Но осознаю только, что сердце перестало рваться на части. Душа успокоилась. А пропасть между нами, так любовно вырытая моими глупыми домыслами, сама собой заросла, покрывшись ровным ковром почвопокровных цветов и мягким мхом, по которому так приятно ступать босяком. Стоило только прекратить рваться прочь от своего дракона, как сразу успокоилось и сердце и душа. Вот так вот… надеюсь, у него такая же ситуация, иначе прибьет не глядя, когда узнает о моей новой выходке, которая пока только в задумке. Но я найду, как ее исполнить. Впрочем, может быть, стоит начать с просьбы? А не с очередных недомолвок?