Непокорная (СИ) - Вариун Юлия - Страница 79

Обходя свои владения, где до сих пор не знали покоя люди и оборотни, я недовольно качал головой. Хорошо еще, что никто из врагов не имел возможности перекинуться. Еще мой отец ставил защиту на замок. Здесь могут менять ипостась только те, кто защищают Рикарди и его обитателей. Враги ограничены в этой возможности.

Будь у них возможность перекинуться, разрушения были бы куда серьезнее.

- Эй, - присел на корточки около молоденькой служанки. Она сидела на развалинах мраморных перил, запахиваясь порванным платьем и смотря в одну точку, беззвучно плакала. Мое обращение осталось без ответа. Приложил ладонь к заплаканному лицу, привлекаю внимание девушки. – Посмотри на меня, - мягко, но приказываю. Глаза бездумно шарят по моему лицу. Не узнает. На дне зрачков плещется море страха, которое уже подкрадывается к краю ее синих глаз. Запускаю легкий импульс магии, проникаю в сознание служанки, помогая ей выйти из ступора, очнуться от тех кошмаров, что ее мучают. – Тихо-тихо! – крепче сжимаю ее за плечи, когда она отмирает и начинает пятиться от меня. – Тихо! – обнимаю, прижимаю к груди и глажу по голове. – Все хорошо. Все позади. Успокойся.

Но девочка лишь громче всхлипывает, истерично и навзрыд ревет. Горько-горько. Хватаясь за меня трясущимися пальцами. Мимо пробегали гвардейцы, продолжающие разгребать завалы и сносить трупы своих и чужих в главный холл, приводили в чувства раненных, кого требовалось, относили в казармы к лекарям. Кстати, надо поинтересоваться в каком состоянии остальные замковые постройки и флигели. Я позвал одного из воинов и передал ему девушку. Сгрузил прямо на руки.

- Отнеси ее к лекарям.

- Так ведь не ранена, - удивляется парень. Я недовольно поджимаю губы. Идиот!

- Если ей не помочь сейчас. К утру она сама или повесится или с башни спрыгнет. Кому нужна психологическая помощь тоже брать в расчет.

- Да, милорд, - нехотя берет на руки рыдающую девушку и брезгливо морщиться.

- Подумай, что это могла бы быть твоя дочь, - припечатываю недовольство гвардейца, - или сестра, или мать. Будет проще прочувствовать чужую боль…

- Простите, милорд, - перехватывает удобнее служанку и все же уносит. По дороге передавая мой приказ.

Я еще с полчаса блуждал по месту побоища, помогая магией поднимать развалины и вытаскивать людей и… трупы. Приводил в чувства слуг. Они оказались ужасно неготовыми к таким эмоциональным нагрузкам. Нашлись и компаньонки Дианы. Оказывается Брайтон им приказал запереться в одном из малых залом на первом этаже. Правда оставив их с двумя трупами вивернов. Когда гвардейцы все же взломали баррикады по ту сторону дверей, девчонки были уже в такой степени истерии, что их легче было вырубить, чем докричаться.

Что правда, увидев меня, барышни притихли и, кажется, даже выдохнули с облегчением.

- Травмы есть? - смотрю на притихших девушек, пока кто-то их торопливо осматривает.

- Пара ушибов, - отвечают мне.

- Так. Задачи. – Решил я не давать им обратно раскисать. – Найти слуг, что способны еще выполнять свои прямые обязанности. Выбрать ближайшие к моим покоям апартаменты. Перенести туда вещи Дианы. Приготовить комнаты, привести в жилое состояние. Диана спит. Ее переодеть. И бдеть неподалеку. Вопросы?

Девушки тревожно переглянулись, не понимая, почему их вдруг перестали жалеть и успокаивать.

- Мой лорд, простите, - подала голос одна из них, смущенно потупив глазки, - где нам саму Диану найти?

- В моей постели, - процедил я, понимая, как это все смотрится со стороны. Но, она же моя невеста, верно? – Выполняйте, майсы.

- Да, милорд, - неуклюжие книксены и болезненные гримасы.

«Сволочи, - подумал я, оглядывая девушек, - по лицу били, твари…»

- В плен удалось кого-то взять? – безнадежно интересуюсь, оставляя компаньонок и выходя обратно в гущу разрухи.

- Пока не нашли никого живого из нападающих, - виновато разводит руками гвардеец.

- Найдете – не добивайте, - приказываю, все же понимая, что не найдут. Сильно были злы ребята, вернувшись из деревни. Было, за что убить несколько раз каждого. Было, за что.

Глава 40

Когтистая лапа демона пролетела совсем близко у моего лица, я не знаю, каким чудом мне удалось лишь на палец разорвать расстояние между смертельным ударом и моим любопытным носом. Теряю равновесие и падаю в сугроб, где подо мной тает кровавый снег, и я оказываюсь в объятиях очередного мертвеца, какими тут усыпаны все улицы. Кровь повсюду, куда бы я не посмотрела, куда бы не побежала. В какой-то момент я понимаю, что трупы, лежащие замерзшими глыбами под снегами вовсе не мертвы, а смотрят на меня с укором, почему это я еще сопротивляюсь, почему не лежу тут рядом, очередным обмерзшим куском мяса. Я пугаюсь открытых глаз мертвеца, и с визгом подрываюсь с него, пытаюсь убежать. Но стоит мне вырваться из ледяных объятий мертвых рук, как мне в лицо бьет жаром зловонного дыхания, и я нос к носу сталкиваюсь со своей смертью, в лице весьма саркастически поглядывающего на меня демона. Чудовище звероподобное, красномордое, похоже на уродливую, лысую собаку, бугрящуюся мышцами и утыканную шипами по хребту… то еще удовольствие. Из его ноздрей струится пар, злыми струйками, а истекающая слюнями, пасть распахивается издевательски медленно, словно… я никуда уже не денусь, и оно знает об этом, а потому хочет получить не только мое мясо, но и мой страх, мои эмоции…

Визжу, отползая назад, натыкаясь руками на новые неподвижные глыбы окровавленных тел. Мои руки в крови, порезанные острыми льдинками, оставляют за собой горячий багровый след, под которым подтаивает лед. Демон следует за мной неспешно, вальяжно ступая и принюхиваясь к моим следам, оставленным порезанными ладонями. Упираюсь спиной в забор, на котором распята какая-то женщина, посиневшая, каменная, с живыми глазами. И взгляд этот с укором. Мол, не сопротивляйся, присоединяйся к нам. У нас весело. Прохладно правда, но весело. Визжу истерически и в панике отбиваюсь от приблизившейся вплотную морды демона. Бью отчаянно. Но не вижу куда. К такому меня брат не готовил. Мы такое не проходили! Мое запястье вспарывают острые клыки, но я не чувствую боли и дерусь, отмахиваюсь от твари, забрызгивая все вокруг кровью. Темной, горячей. На запах свежатины подтягиваются другие звери. И круг замыкается, кольцо сужается вокруг меня, а силы мои на исходе. Удары становятся слабее, а визг все тише. Я не имею сил даже заорать, когда пасть демона смыкается у меня на горле. Но вопреки происходящему, слышу свой голос, истерически визжащий, словно благородная маркиза, увидевшая таракана в своем трюфельном десерте.

Вопреки наступившей смерти, я чувствую боль в отбитых руках, коими продолжаю отбрыкиваться и драться, ударяясь о что-то твердое, как скала. И кричу. Визжу, чувствуя утекающую через рану в горле жизнь, чувствуя горячее дыхание демона, его клыки, погруженные в мою плоть. Умерла. Но продолжаю все чувствовать и орать. И брыкаться.

- Тихо… - вдруг долетает до меня голос из какого-то далека, - Чшшш, все позади, Чщшш… - меня качает, словно шлюпку на волнах, и далекий, смутно знакомый голос продолжает что-то нашептывать, успокаивая… и будто возвращая к жизни. Морда демона расплывется, растворяется в снежном мельтешении вьюги, а я с трудом разлепляю веки. Перед глазами мутно. Тусклый свет слепит глаза. Во рту привкус нечистот. В теле слабость и все еще ощущается боль в тех местах, куда пришлись ранения от клыков демона. До сознания, как через слой ваты снова пробивается голос.

- Все хорошо, маленькая. Ты в безопасности, тшшш… - и меня снова качают волны чужого спокойствия. Мое дыхание не сразу, но становится ровнее, а сознание постепенно проясняется, отходя от кошмарного сна. Фантомная боль не проходит, но в груди разливается спокойствие и иррациональная уверенность, что все будет хорошо. Что я дома. С дорогим сердцу драконом. В безопасности.

- Легче? – ласково касается моего лица знакомое тепло ладони. Губы милорда прижимаются к моему вспотевшему от пережитого кошмара лбу, а пальцы одной руки смыкаются у меня на запястье, словно прислушиваясь к чему-то. Я не имею сил ничего сказать. Мне ужасно стыдно за все передряги в которые я попала, но еще больше мне страшно, что этот покой в душе – лишь видение и стоит мне поверить, что руки, обнимающие меня принадлежат действительно милорду Дэкеру, как сон развеется и я окажусь снова в зловонной пасти демона, питая его собственной жизнью, кровью и страхами. От этой мысли заныли виски, и с новой силой заломило горло и запястье той самой фантомной болью. Я жалобно застонала, крепче хватаясь за одежду милорда, боясь отпустить его. В сердце предательски пирует паника. И только в душе, совершенно необъяснимо разливалось спокойствие. Будто чужое. Не мое. Но им наполняло меня, успокаивая боли, усмиряя бешено колотящееся сердце. Горячие губы дракона коротко и невесомо касались моего лица, перемежая поцелуи с ласковыми, успокаивающими словами. И с каждым новым касанием… к глазам, к виску, скулам… в мое сознание вливалась его магия, нашептывая всякие глупый нежности и ласково звучащие угрозы и проклятья, сулящие мне выпоротую пятую точку, если еще раз посмею так напугать своего жениха.