Прикосновение Змея (СИ) - Камардина Мария - Страница 31

— Люблю. Поэтому… не надо. Не сейчас.

Она коротко вздохнула, и все ее чувства читались легко и ясно — смущение, страх, осознание, и она уже жалеет, что пришла…

— Я весь день думала… Наставница говорила о ребенке, и я… Если ты уйдешь… погибнешь там…

Она тихонько всхлипнула и попыталась отстраниться, но отпускать ее сейчас было смерти подобно. Ребенок? Серьезно?

— Я вернусь, — пробормотал он, утыкаясь носом в ее макушку. — Вернусь, слышишь? Избавлюсь от Таро. И вылечусь. Ты выйдешь за меня замуж. И будет тебе ребенок. Хоть пятеро. Сколько захочешь. Я брошу магобезопасность, займусь… не знаю, чем, хоть айринги строить пойду. У нас будет дом. С садом. И собака.

— Кошка.

— Неважно, хоть куры. У нас все будет, слышишь? Я вернусь к тебе. Я всегда иду к тебе, и как бы плохо мне ни было, без тебя мне ещё хуже. Я вернусь.

Она смотрела снизу вверх, запрокинув голову, доверчиво и нежно, и он сам был готов поверить своим словам. И как не поверить, если это и было правдой? Разве он не шел на ее голос, сквозь бред и бабочек, просто потому, что не мог иначе? Разве он сможет сгинуть в этих проклятых Диких землях, если будет знать, что она ждет?

Нет, конечно.

Ему придется выжить и вернуться, даже если это невозможно в принципе.

Потому что она будет ждать.

Кеара неожиданно всхлипнула, глубоко вздохнула, явно стараясь сдержать слезы — и все-таки разрыдалась. Вот ведь, вторая футболка за ночь промокает… Интуит решительно подхватил невесту на руки и шагнул к кровати. Рыдать стоя всю ночь — идея так себе, и лучше сесть, прислонившись спиной к стене, удобно устроить ее на коленях и, крепко обняв, баюкать, как маленькую, давая выплакаться.

Ей ведь страшно. Настолько, что она решилась явиться к нему среди ночи, и можно спорить на что угодно — она тоже не могла заснуть. Заводила свою шкатулку, пила успокоительное, но ничего не помогало.

И ему самому хочется выть от мысли, сколько времени они потеряли — и сколько его у них осталось. Но об этом лучше не думать. Молча обнимать ее, вдыхать запах, прижиматься щекой к пушистой макушке, слушать, как медленно выравнивается ее дыхание. Говорить о бабочках, об оставшихся дома сферомеханических цветах, о потусторонних монстрах и тренировках… да неважно, о чем, лишь бы она слушала, тихо смеялась, задавала вопросы — и не думала о том, что будет завтра.

Ей все-таки удалось заснуть — у него на руках, положив голову ему на плечо. Несколько минут Ильнар сидел в тишине, слушая ее дыхание, осознавая, что ему самому придется спать сидя и не двигаясь. Если бы месяц назад ему сказали, что он будет сидеть со спящей девушкой на руках, бояться пошевелиться, чтоб ее не разбудить, и чувствовать себя при этом совершенно счастливым идиотом, он бы, наверное, посмеялся.

«И что дальше? — задумчиво поинтересовался Таро. — Ты ведь действительно завтра уйдешь, и далеко не факт, что вернешься».

«Зато вот прямо сейчас у нас все хорошо, — отозвался Ильнар, стараясь устроиться поудобнее, не потревожив невесту. — А о том, что будет завтра, подумаем завтра, ладно?»

«Ладно, — неожиданно легко согласился маг. — Может, ты и прав. Спи, завтра рано вставать».

Ильнар хотел возразить, что уж теперь-то он вряд ли сможет заснуть, но тут же зевнул. Глаза начали закрываться словно сами собой, как-то это подозрительно…

«Спи», — повторил Таро. Очень хотелось возмутиться, и он ведь совсем не просил себя усыплять… не спать… змеев колдун…

На границе сознания прозвучал легкий смешок, и Ильнар окончательно отключился.

Просыпаться с ощущением, будто накануне попал в стиральную машинку в режиме отжима, похоже, стало традицией. Ильнар со стоном потянулся, затекшие мышцы возмущенно взвыли. Все-таки спать надо лежа…

Он кое-как разлепил глаза. За окном едва-едва начало светать, в комнате было сумрачно. И откуда взялось странное ощущение, что чего-то не хватает?

Ах, да. Не чего-то, а кого-то.

Окончательно проснувшись, он огляделся, но напрасно — Кеары не было. Видимо, ушла, пока он спал. Надо ж было так задрыхнуть, чтобы ничего не почувствовать… Кстати.

«Какого Змея?» — очень спокойным тоном поинтересовался он. От Таро пришло ощущение удивленного внимания. Ильнар вздохнул.

«Какого Змея ты меня усыпил — это раз. И два — какого Змея я узнаю об этой твоей способности, когда я спать не собирался, а не когда приходилось глотать снотворное?»

«Что касается второго вопроса — ты не спрашивал, а навязываться — не в моих принципах».

«И что же случилось с твоими принципами вчера?»

«С принципами — ничего. А вот тебе нужно было отдохнуть, что бы ты по этому поводу ни думал».

Маг немного помолчал и ехидным тоном добавил:

«К тому же, девушка все равно спала, так какая тебе разница?»

Ильнар сердито засопел, но вредный колдун был прав. Выспаться действительно удалось, даже голова — о, чудо! — не болела. Вот только ощущение жара где-то в основании затылка осталось, да и чешуя на шее, увы, не приснилась…

«Умывайся и приводи себя в порядок. Чем раньше вы отсюда уберетесь, тем лучше. Сомневаюсь, что Лейро не в курсе, куда вы делись».

«Думаешь, он уже все знает?»

«Если бы знал, уже брал бы монастырь штурмом. Но он может догадаться в любую минуту, если и не сам, то провидица подскажет».

Ильнар вздохнул и заставил себя подняться и включить свет. Белый круглый шар под потолком осветил смятую постель, полупустой кувшин на тумбочке, брошенный у окна рюкзак, встроенный шкаф, узор на дверцах которого в точности повторял рисунок на стенах. На плитке в ванной узора не было, синий кафель, белый фаянс — ничего лишнего. Хорошо, что за двести лет модернизировали не только библиотеку, но и сантехнику, вот разве что краны в виде цветков и листьев слегка раздражали — пока поймешь, как включить душ, замерзнуть можно.

Хотя что-то, а замерзнуть ему точно не грозит.

Горячая вода — чтобы расслабить мышцы. Струйки скользят по чешуе, она прилегает плотно-плотно, и руки почти не чувствуют температуры воды. От запястья до локтя уже не осталось ни единого свободного участка кожи, по шее и плечам тоже помаленьку расползались отливающие перламутром дорожки. Лицо пока еще свободно, и снова нужно бриться. Интересно, когда чешуйки доберутся до подбородка, щетина перестанет расти?

Холодная вода — чтобы освежить голову и хоть немного пригасить жар внутри. Казалось, что в грудной клетке притаился крошечный огнедышащий дракон, время от времени он выдыхал пламя, пуская по венам волны кипятка, а по спине — стаи мурашек. Но от холодной воды дракончик притих, задремал, к голове вернулась способность соображать, и этим нужно было пользоваться.

«Сначала тебе нужно позавтракать, — проворчал маг. — И показаться доктору».

Ильнар закатил глаза. После душа и легкой разминки организм перестал жаловаться на жизнь, а при воспоминании о Кеаре настроение неуклонно повышалось.

«Я пока не настолько плохо себя чувствую, чтобы беспокоить доктора».

«Сейчас обеспечу «настолько плохо». Ты понимаешь, что от твоего состояния во многом зависит, получится у нас что-нибудь или нет, маг-недоучка?»

«Надо же, какая трогательная забота. Раньше тебя мое здоровье не волновало».

Таро немного помолчал, словно подбирал слова.

«Половина моих студентов погибла, пытаясь минимизировать последствия Катастрофы. Остальные тоже погибли — от лап потусторонних тварей, от змеиной болезни… На кострах карателей. Я учил их магии, но это их не спасло. Но я учел свои ошибки. И постараюсь сделать все, чтобы ты выжил».

Ильнар не нашелся, что ответить. До сих пор он как-то не замечал за Таро желания оставить его в живых. Более того, колдун по десять раз на дню повторял, что можно даже не надеяться вернуться из Диких земель. И тут вдруг такие перемены. Даже странно.

Маг, видимо, уловил его настроение и ворчливо добавил:

«Это исключительно ради твоей невесты. Ее твоя смерть сильно огорчит, а мне бы не хотелось расстраивать такую милую девушку».