Царевна ужей (СИ) - Дорских Лоя - Страница 23

Он нормальный вообще? Нет, однозначно — ненормальный!

Без аппетита поковырявшись в салатах, я пошла переодеваться в ночнушку, так толком и не поев, лишь выпив чай. Весь аппетит испортил, гад ползучий! И вот нравится ему что ли, надо мной издеваться? Может, ему доплачивают за это?

Забравшись в кровать, я долго прокручивала весь наш диалог со Всеволодом, но так и не смогла понять, в чём он меня обвиняет? Какие от меня проблемы? Хотя диалогом это назвать сомнительно… так, царевич изволил высказать мнение и заменить еду на свою. Зачем? Всё было тоже самое, что и у меня. Разве что чай у него был именно чаем, а не настоем. Может быть, в этом всё дело? Он разозлился, услышав наш разговор с Леной и Катериной, дождался, пока мне принесут ужин, пришёл… взбесился ещё раз.

Меня травят?!

От этой мысли я даже вскочила с кровати, нервно наматывая круги по комнате. Быть не может! Если бы травили, то слишком медленно, но… есть куча ядов с накопительным эффектом. Нет, так я точно не усну!

Решительно подойдя к двери в покои супруга, я громко постучала, боясь передумать. Ждать пришлось не долго, буквально пару минут спустя дверь отворилась, явив мне всё того же раздражённого Всеволода.

— Меня пытались отравить? — в лоб спросила, не особо надеясь на что-то. Самым ожидаемым вариантом было то, что муженёк просто закроет дверь обратно.

— Да, — удивил меня, ответив на вопрос.

— Чем? — кивнув, я обхватила себя руками.

— К чему эти вопросы, Василиса?

— Я хочу знать, чем меня пытались отравить и какие могут быть последствия. Что это за отвар и какие у него свойства. Накопительный эффект, вследствие которого я бы умерла, либо требовался катализатор — ещё один ингредиент, чтобы запустить действие яда. Или угроза была не жизни? Есть много растений, способный превратить человека практически в овощ, оставляя его в живых… Чем меня травили? — кажется, я смогла его удивить.

Выглядел Всеволод и правда озадаченным, и понять, чем именно, мне было невозможно, а угадывать сейчас не хотелось. Хотела я лишь одного — понять, что за дрянь мне подсовывали.

— Василиса, — устало протянул царевич, глядя куда-то мимо меня. — Тебе добавляли в питьё змеиный корень. Эффект — накопительный, для того, чтобы ты умерла, тебе нужно было чуть позже просто дать немного настоя белладонны. Хватило бы и капли. Я удовлетворил твоё любопытство?

— Да… нет… — слишком много вопросов крутилось у меня на языке, а понимая, что Всеволод не станет отвечать на все, выбрала наиболее важный. — Сколько времени нужно, чтобы этой дряни во мне не осталось?

— Около трёх недель, — отчеканил царевич, с раздражением смотря на меня. — Теперь ты хочешь спросить, кто?

Нет, вот это я точно спрашивать не собиралась. Всё равно никого здесь не знаю, да даже если бы и знала — что это меняет? Здесь мне не рады и не скрывают этого. Просто раньше мне в голову не приходило, что удар может прийти не со стороны самого царевича. А тут вот как оказалось… он меня, получается, ещё и спас, зачем-то…

— Нет. Это всё, что я хотела узнать, — не обращая внимания на язвительный тон, спокойно ответила мужчине. — Спасибо. Не только за то, что ответил сейчас.

Развернувшись в сторону кровати и сделав пару шагов, я никак не ожидала услышать «пожалуйста» одновременно с тихим хлопком двери. Может, мне послышалось?

***

Разговор с вожаком принёс Всеволоду чувство глубокого удовлетворения. За кого Руслан его принимает? Неужели, волкодлак и правда решил, что царевич поверил, что помощь с беременной женщиной настолько нужна общине, что они, не торгуясь согласны отдать не только Хребет, но и ещё пару интересных троп? Нет, Всеволод точно не знал, правду ли сказал Руслан, объясняя сложившуюся ситуацию в паре его альфы и человеческой женщины, но даже если и правду — не равноценный обмен. Значит, есть другая причина, по которой им нужна Василиса. И кроме Святослава на ум царевичу больше ничего не приходило. Забрать внучку он не может, вернуть её в мир людей тем более. Единственное, чего он мог добиваться — это информации о состоянии царевны. Вероятно, краткий ответ царевича о Василисе Святослава не устроил. Что ж, нужно будет послать к царю гонца и поинтересоваться, не слишком ли много он заплатить двуликим за их услуги. Пусть будет в курсе, что Всеволод догадался о его вмешательстве. И раз Святославу так нравится действовать через посредников — он не будет препятствовать походам своей жены в общину. В конце концов, в этом и для него есть выгода.

Зайдя в дом, куда до этого отправил Василису, Всеволод обнаружил свою жену на кухне, где она жаловалась на то, что ей вместо чая дают отвар.

— А, понятно! — улыбнулась беременная, выслушав объяснения царевны.

— А вот мне не очень, — стараясь унять клокочущую внутри злость, мужчина обратился к супруге. — Супруга моя, какой отвар?

— Травяной, — тихо ответила Василиса.

— Мы уходим, — приказал царевич, отправив супругу переодеваться.

К счастью, спорить с ним на этот раз она не стала, быстро надев обратно платье и плащ. Всеволод даже не стал её отчитывать за обувь, погружённый в свои мысли. Тут было все два варианта. Либо Василиса не может отличить чай от настоя, либо её кто-то вздумал травить за спиной царевича. Никакого травяного настоя в рационе царевны прописано не было. И если верно второе…

Всеволод дождался, пока Мирослава принесёт его жене ужин, и без стука вошёл к ней в покои, мельком обратив внимание на ужас, мелькнувший в глазах девушки. Пусть боится, сейчас нужно проверить правильность его предположений.

Отпив чай, Всеволод поморщился. Змеиный корень.

— У тебя своей еды нет? — возмутилась царевна, смотря, как Всеволод начал пробовать остальные блюда.

Всё остальное оказалось нетронутым, но это не означает, что в следующий раз блюда не приправят белладонной.

— Супруг мой, вкусно? — с улыбкой, больше похожей на оскал, вкрадчиво поинтересовалась Василиса.

И что с ней делать? С того момента, как он заключил с ней брак, жизнь стремительно начала меняться. Охотники, волкодлаки — это ещё пол беды. Эта девушка, не выходя из комнаты, умудрилась лишить царевича полностью отвечающей его требованиям минары! Богдана, разумеется, сама виновата в своём изгнании, но на глупость её с подвигла именно ревность к Василисе. Вернее, к месту, которое она теоретически может занять. А теперь царевну, в добавок ко всему, пытаются убить, и Всеволоду придётся разбираться ещё и с этим. Само собой, он бы мог сделать вид, что не заметил травли, но…

— Как же много от тебя проблем, — выдохнув, мужчина забрал поднос с ужином царевны и направился в сторону своих покоев. — Жди.

Василиса что-то пробубнила ему в спину, но Всеволод не обратил на это внимания. Нужно время, чтобы змеиный корень полностью вышел из её организма, а пока он будет заменять её еду своей, не говоря об этом никому из нагов. И только после этого можно будет спокойно вычислять отравителя, не боясь, что Василисе кто-нибудь подсунет белладонну. Кто знает, сколько нагов в этом замешаны? Нужно будет спуститься в подземный мир, пускай ужи немного посодействуют на расстоянии.

Замену еды царевна восприняла в штыки, но спорить и что-то доказывать ей у Всеволода сейчас не было времени. Нужно было срочно подготовить договор о переходе Хребта в состав ужиного царства, и написать отцу о новых земляных пределах. Так же письмо царю Святославу — хоть что-то приятное за этот вечер.

Часа через два в смежную с покоями супруги дверь настойчиво постучали. Всеволод открыл, удивляясь наглости девушки, а выслушав вопросы, постарался ответить. Всё же это касается напрямую её жизни.

Она стояла в ночной рубашке, обхватив себя руками за плечи и выглядела настолько невинной и беспомощной, что Всеволод вдруг поймал себя на желании обнять её и успокоить. Разозлившись на себя за неуместный порыв, мужчина закончил разговор, привычно сорвав злость на жене, уточнив, есть ли у неё ещё вопросы.

— Нет. Это всё, что я хотела узнать, — не обратив никакого внимания на настроение царевича, спокойно ответила Василиса. — Спасибо. Не только за то, что ответил сейчас.