Viva la Mésalliance или Слава Мезальянсу (СИ) - Давыдов Игорь - Страница 42

— Это она про меня, — хихикнула Илега и ласково провела ладонью по волосам госпожи.

— Поэтому… не обращай внимания, Ёл… я просто злюсь. У меня достаточно поводов для того, чтобы злиться. И самый главный из них: тотальная невозможность заниматься именно тем, что я захочу, не отвлекаясь на внешний мир, — веки сокрыли синие очи, погружая их обладательницу в блаженную тьму. — Мне очень хочется сегодня просто заняться делами вверенных мне территорий. Погрузиться в кучу табличек и вообразить себя важным управленцем, решающим судьбы многих людей. Я не хочу думать о всех этих принцессах, женихах и наследии Сковронского…

Ёлко не ответила сразу. Спустя пару секунд она зашуршала обувью, а затем талия Брони ощутила прикосновение бедра аналитика, что уселась на краешек трона и аккуратно положила ладонь на колено устало прикрывшей глаза аватары хтонического божества.

— Именно для этого и существуем все мы, — тон “номера два” был мягким, ласковым, почти материнским. — Ты вошла во внутренний круг. Ты — “номер четыре”. О предполагаемом наследии Сковронского можешь временно не беспокоиться. Твои люди уже изыскивают иные образцы биооружия. Жаклин охотится за одним из подозреваемых, а Дарк — готовит облаву на клуб “Кампричикос”.

— Клуб “Кампричикос”? — доселе молчавшая пани Вейлис испуганно икнула. — Слечна Броня, я подготовила сметы, но у нас не получится их закрыть, не влезая в долги, если клуб “Кампричикос” исчезнет из списка источников дохода! Они исправно платили даже повышенную дань, а без неё о найме дополнительных рабочих можно забыть.

— Дай мне эти сметы, — всё ещё не открывая глаз, Броня вытянула руку в сторону звуков голоса последней ораторши. — Может, всё не так плохо: если Даркен предъявляет “Кампричикосам” претензии, быть может, получится стрясти с них репарации.

— Не получится, — судя по интонациям, Ёлко поморщилась. — В смысле, скорей всего не получится. Я, конечно, последнюю пару месяцев была занята на других участках, но из того, что мне удалось нарыть на Сковронского ранее, и что я успела проанализировать в последние пару дней, выходит, что все претензии нужно предъявлять ему, нашему успешно почившему другу. Там очень запутанные финансовые потоки и схема линий управления, когда все делают вид, что клуб сам по себе, но…

Ладонь Лешей ощутила прикосновение ребра планшетки, и девушка, наконец, открыла глаза, чтобы ознакомиться с документацией.

— А я итак уже отжала у бедолаги всё. что только можно, да? — рассеянно переспросила Броня. — Вот непруха. Мало того, что конченная сволочь и поехавший ублюдок, так ещё и нищеброд. Словно бы специально обеднел, чтобы мне насолить.

— В любом случае, это не проблема для невесты сына ректора, — небрежно пожала плечами Ёлко.

Лешая скользнула взглядом по цифрам сметы, а затем перевела тяжёлый взор на аналитика.

— Что? — подняла бровь “номер два”. — Я отлично понимаю, что ты любишь полагаться “только на себя”, но тебе средства нужны срочно, разве нет? Декабрь уже начался, а ты, вроде как, не везде отопление запустила. Неужели такая проблема взять деньги будущего свёкра? Ты ведь почти часть семьи. Маллой-старший тебе благоволит.

— Только потому, что знает: я для себя выстроила ограничения серьёзней, чем те, которые он когда-либо озвучивал, — ответила Лешая. — Пан ректор, конечно, умеет быть душкой, но мне бы не хотелось испытывать его доброжелательность на прочность. Это ресурс, к которому лучше обратиться в момент крайней нужды, а пока…

Девушка быстро пролистала прикреплённые к планшетке бумаги, покуда не нашла страницы с распечатками подобранных пани Вейлис общежитий. Броне не хотелось думать, сколько времени подручная тратила на распечатку бумаг и их сортировку. Синеглазке было не понять, как кто-то считает, что проще выполнить большой объём откровенно лишних работ, нежели освоить новые технологии. Но, к сожалению, помощница была из тех, кого пугает абсолютно любое сообщение операционной системы.

— У нас хватит бюджета переселить всех желающих в отапливаемые общежития на зиму, — спокойно заключила Лешая.

— Да, но тогда ремонт систем отопления придётся отложить… на несколько месяцев, минимум, — поджала губы пани Вейлис.

— До того, как я пришла к власти в этих местах, люди каждую зиму мёрзли в своих домах и не развалились, — поморщилась Броня. — Я им предлагаю альтернативу: тёплое место, пусть даже вдали от их привычного жилья. “Лучшее — враг хорошего”. Мы нашли решение: теперь можно затягивать с ремонтом год, два, десять, но люди мёрзнуть не будут. И нет смысла влезать в долги, которые мы, возможно, не сумеем отдать.

— Отлично! — хлопнула в ладоши Ёлко. — Ты умеешь экономить деньги. Теперь самое время поговорить с ректором, похвастаться и попросить вспомошествия за красивые глаза.

— Ректора нет в стране, — изогнула бровь Лешая.

— Ага-ага, и мобильный он дома забыл, — фыркнула “номер два”. — Мы живём в двадцать первом веке. Попробуй, позвони ему. Ты ничем не рискуешь: в худшем случае останешься при своём, а в лучшем — добьёшь ремонт за период, когда подданные будут чилить в общагах.

— Хорошо… уговорила, — пробурчала Броня, прячась от необходимости подчёркивать факт признания своей неправоты за анализом бумаг. Даже зашуршала листочками активней, чем следовало бы. — Через пару дней: как раз отчётец составлю более качественный, чтобы самой не стыдно было показывать его ректору.

— Вот и отличненько, — Ёла довольно хлопнула любовницу по коленке. — А я тебе помогу… дай смету.

Слечна Глашек рассеяно и слегка затравленно посмотрела на добродушную дворянку поверх планшетки, а затем нехотя протянула запрошенные бумаги с таким видом, будто бы расставалась не с отчётностью, а с заветной плиткой молочного шоколада, о которой мечтала последних часов пять.

— Спасибо, — довольно улыбнулась “номер два”, а затем углубилась в изучение распечаток: та скорость, с которой взгляд очей цвета фуксии скользил по строкам, просто поражала.

Броня за столь короткий срок не смогла бы даже прочитать написанное, не то, что проанализировать его. А ведь ей так хотелось… нет, не научиться впитывать данные отчётов за мгновения и выдавать решения сию секунду, а именно что погрузиться в мир цифр и таблиц на некоторое время. Насладиться красотой финансовых потоков, как наслаждалась она красотой “взятых” уравнений в школе, и гладкостью линий вылизанных до блеска магических формул.

Девушке стало несколько грустно, и она скользнула взглядом по зале, надеясь зацепиться за что-то, что могло бы отвлечь её от гулла мыслей в голове. И в этот самый момент она заметила кое-что странное.

— Вик… ты… не читаешь?

Некромаг печального образа сидел с закрытыми глазами в паре метров от трона, скрестив ноги “по-персидски”. Можно было бы даже предположить, что он медитирует, если бы эта практика вообще была распространена среди шляхты и предполагала лёгкое покачивание головой в такт неслышимому никому, кроме него, ритму.

— Книга подошла к концу, — спокойно сказал он. — Музыка. Она спасает, когда в более не остаётся страниц, способных окунуть меня в мир чужих мыслей и грёз.

— И что ты слушаешь? — изогнула бровь слечна Глашек.

Виктор поднял веки, и взгляд его выражал, сколь тяжёлым оскорблением для него был вопрос.

— Классику, — произнёс молодой человек таким тоном, будто бы не мог понять, как кому-то вообще могла прийти в голову нелепая мысль о том, что пан Злобек может иметь иные музыкальные предпочтения.

Лешая молчала пару секунд, а затем вновь подала голос.

— У тебя хорошие динамики на телефоне?

Вику не требовалось повторять два раза. Жестом разом изящным и ленивым он извлёк из кармана нечто, больше напоминающее тонкую пластинку вулканического стекла, чем телефон, и тапнул пару раз по экрану.

Зала наполнилась характерным звучанием виолончели.

В пунш мне.

Вы плюнули в пунш мне.

Сударь, я требую

Сатисфакции.

Сатисфакции.