Огненный поцелуй (СИ) - Арматина Елена - Страница 39

Гори, Лера, Гори. Я чувствую, как огонь зарождается в моих жилах, обжигает каждую клеточку моего организма, гонит вязкой волной яд в кончики пальцев. Пальцы рук и ног заныли от безумной боли, скрючились и — вспыхнули! Выжигая весь яд, до последней капельки.

Я загорелась! Ярко и горячо. Возможно, это выгорает моя восьмая жизнь. Но у меня остается еще семь! А сколько там еще у ведьмы в запасе жизней?

Гори, Лера, гори!

Отлетает в угол пылающий и визжащий от боли Маркус. Усилием воли я приподнимаюсь над кроватью. Слышу топот и шелест голосов сотен вампиров. Они спускаются в мою темницу, привлеченные воплем их молодого хозяина. Того самого, который сейчас кучкой пепла притаился в углу. Да, да, да. Мой разъяренный феникс сегодня обжигает. Я вижу полные ужаса и недоумения глаза вампиров, заполонивших каждый сантиметр моей тюрьмы. Я вижу свое отражение в их глазах — я парю в воздухе и пылаю. Ярко, мощно, пламенно. За спиной горят мои крылья, отбрасывая на стены пещеры зловещие блики.

Не уверена, что справлюсь со всей этой толпой упырей сама. Знают ли мои спасители, где меня искать? Я точно знаю — они здесь, они рядом. Я даже слышу их растерянные мысли. Они меня чувствуют. Но не видят. Придется ведьмочке помочь им. И им, и тем, кто сломя голову приближается к черному дворцу.

Поднимая бурю в воздухе, с одной стороны замок окружает бело-золотая туча. Это вампиры Желтого и Белого крыльев объединились и собираются наказать того, кто пренебрег веками взлелеянным миром.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Выламывают ворота, двери, пролезают в окна могучие тела оборотней, которых ведет в бой примарх Александр. Его поддержали и жаждут наказать посягнувшего на члена семьи и другие примархи и их семьи.

Не опускаясь вниз и не затушив свой огонь, который заставляет вампиров держаться в стороне от меня, я силой воли (все же, я — ведьма!) достаю свой дневник. Одна за другой вырываются странички и сворачиваются в самолетики. Метла, выпорхнувшая из-под кровати, несколькими взмахами посылает их в воздух. Летите, ласточки, летите. Приведите ко мне помощь. Силы мои на исходе. Я вот-вот рухну вниз, вот-вот потухну.

Глава 41. Похмелье

Обернувшись на звук, так неожиданно раздавшийся из угла, мужчины приготовились к бою. Сначала из тени показалась маленькая когтистая лапка, затем другая. А вот показалось и темное мохнатое тельце существа с красными глазами.

— Вайтити? — Дэн был изумлен. — Ты покажешь, где находится твоя хозяйка, малыш?

Шок, а это был именно он, радостно застрекотал и вновь скрылся в тени, блеснув оттуда алыми глазами-бусинками.

Барс и Феликс пошли за ним, настороженно прислушиваясь к зловещей тишине. Вдруг откуда-то снизу, из темноты раздался звук, напоминавший шелест листьев и гудение роя пчел.

Феликс присел, Дэн лег на мохнатый живот, выставив вверх свой длинный хвост. И очень вовремя они это сделали, потому что из тайного входа в каменный мешок вдруг вылетел самолетик. За ним другой, а следом появился и целый рой, вырвавшийся на поверхность и сорвавший с петель тяжелую дверь. Один из самолетиков, словно на пике, повис на хвосте барса. На нем огненными буквами было коряво написано: " За мной. Помогите!".

Мужчины провели удивленными взглядами бумажный рой, переглянулись и заглянули в зияющий проход.

— Там вампиры, — прошептал Феликс, — Лестница широкая и основательная, так что я обращаюсь.

— Куда, интересно, полетели эти самолетики?

— Надеюсь, помощь близка. Дэн, легко не будет — их там тьма тьмущая. Давай, активируем все оставшиеся артефакты и — вперед.

Засверкавшие одновременно амулеты на миг осветили все вокруг и, активировавшись, погасли. Оставаясь невидимыми, трансформировавшийся дракон и барс стали спускаться по бесконечной лестнице. Добравшись почти до самого низа, они неподвижно замерли. Открывшаяся их взглядам картина завораживала и шокировала. Дно пещеры казалось черным, забитое до отказа вампирами, не отводившими настороженных взглядов от золотой клетки.

А в клетке… Зависнув в воздухе, в окружении огненных вихрей парила девушка. У мужчин не было сомнения, что это Валерия. Но все же, она очень изменилась. На фоне черного развевавшегося шифонового платья ее кожа казалась алебастровой. Волосы густым облаком окружали ее лицо. Глаза светились яростным огнем, делая ее похожей скорее на огненную фурию, чем на сказочного феникса.

Несколько кучек пепла, усеявшего пол клетки говорили о том, что среди вампиров все же нашлись смельчаки, попытавшиеся подобраться к девушке.

— Она слабеет, — прошептал Дэн, приготовившись к прыжку. А и правда, огненные шары, которые она метала в осмелившихся вампиров, становились все меньше и меньше. А вампиры по пол шага, по шагу подбирались к ней.

Барс разогнался и прыгнул в толпу вампиров, постаравшись попасть как можно ближе к Валерии. Но все же, крыльев у него не было. И он приземлился всего лишь на половине пути от цели. Феликс же, взмахнув несколько раз крыльями, облетел вокруг клети, выжигая огнем всех, кого только смог достать.

Перегородив своим телом вход в клетку, дракон уничтожал наседавших упырей. Очень скоро и Дэн прогрыз себе дорогу к цели. Кровь хлестала с нескольких глубокий ран, оставленных ему упырями.

Увидев своих спасителей, обессиленная Валерия опустилась на землю. Он старалась удержаться в сознании, но ей пришлось потратить так много сил на излечение и сдерживание вампиров, что сейчас смогла только наблюдать за битвой, опершись о спинку кровати и надеясь на скорейшее восстановление сил. А перезарядка ей была очень нужна.

Потому, что упырей становилось все больше и больше.

Дракон сметал врагов толстым шипастым хвостом, заливал их огнем. Вряд ли надолго хватит его сил в одиночку отражать нападение.

Барс уже лежал, истекая кровью, из последних сил вцепившись в глотку вампиру. Алая дымящаяся кровь, хлеставшая из его ран, сводила упырей с ума.

И все же, они не справятся. Феликс уже упал на задние лапы. А из пасти барса вырывался лишь хрип. Его тело, погибая, обращалось в человека. Его сил хватило лишь на то, чтобы повернувшись к девушке лицом, с тоской посмотреть на нее.

Не сводя взгляда с Дэна, Лера, смахивая непрерывно текущие слезы, ползла к нему. Рывок, еще рывок.

С верхних этажей посыпались черные вампиры. Это подоспели на помощь вампиры и оборотни под предводительством Дамира и Александра.

Яростный рев Александра, увидевшего погибающего сына, заставил отшатнуться врагов. Еще мощнее работая клыками и когтями, он рвался к клетке. Плечом к плечу рядом с ним сражался Дамир. Его лицо исказила мука, когда он осознал, что еще одной волны врагов его сын, и без того еле державшийся на ногах, не отразит. Едва обретя дочь, он вот- вот потеряет и ее, и сына.

***

Я ползу к нему и понимаю, что в этом мире его держит только мой взгляд. Почему-то накатило осознание, что этот мужчина, так яростно сражавшийся за меня — самое дорогое, что есть в моей жизни. Даже понимая, что вот-вот погибну, что никаких запасных жизней феникса мне не хватит, чтобы выжить в такой бойне, я упрямо ползу к нему. Я должна быть рядом с ним. Чего бы мне это не стоило. Вопреки всему. Его дыхание становится все более поверхностным, глаза моргают все реже. И я боюсь, очень боюсь, что он закроет глаза и больше их не откроет. Так и не услышав самого главного. Я. Его. Люблю.

Дотянувшись до протянутой мне руки, я нахожу силы и подтягиваюсь к нему, сворачиваюсь на его груди, ощущая, как его кровь пропитывает мое платье. Рука зарывается мне в волосы, дрожит, слабеет, безжизненно падает. Губы что-то шепчут. Не слышу. Придвинулась ближе. И все равно ничего не разобрала. Да это и не важно. Я вижу по его замирающему взгляду, что я смысл его жизни. И пусть он не успел мне это сказать, зато я успею.

— Я люблю тебя, Дэн.

Наклоняюсь к нему, прикасаюсь губами к его губам. Какая ирония. Единственный мужчина, ставший для меня столь важным, не отвечает на мой поцелуй.