Однажды в Птопае. Книга 2 (СИ) - Ключникова Ева Александровна - Страница 13

Решение грохнуть бабку пришло спонтанно. Он вдруг вспомнил красиво бегущую, словно летящую Целепу, и пыхтящего за ней Алистера, который уже завтра обязательно догонит её. Кстати, бегает он не очень хорошо, намного хуже Ланцы…

Полукровка оглянулся на друга. Тот сильно отставал. За Алистером метрах в пяти бежал «охотник», тот самый к которому садовник проявил столь безудержный интерес. Далее маячили ещё два — на лошадях. Эти двигались гораздо медленнее — мешали узкие проходы между палатками и прилавками, люди, и третья лошадь, которую они тащили за собой на поводу. Боясь быть сбитыми с ног, посетители ярмарки разбегались в проходы и жались к прилавкам.

Прямо перед Ланцей выскочил толстяк и выкинул наперерез ему ногу. Полу-эльф перепрыгнул и через минуту услышал за спиной шум падения и торжествующий вопль толстяка. Это упал Алистер, который оказался не таким ловким как его напарник.

Ланца оглянулся.

— Беги!!! — истошно завопил садовник. Толстяк, распластанный как жаба, упал на него сверху и придавил своей тушей.

Ланца Зиги Элианту прибавил скорость. Он хоть и имел право передвигаться за приделами «Сай Ирджери», но за убийство женщины, пусть простолюдинки и мошенницы, по головке не погладят…

Шитао добежал до толстяка, который лежал на одном из двух беглецов.

— Я его поймал! Господин охотник! — снизу радостно сообщил ему пухлый гражданин.

Лейтенант встал над ним, упёр руки в бока, передышал…, потом наклонился и стащил добровольного помощника с добычи. Пропыхтел. — Спасибо.

Пойманный был в сознании. Хо завернул ему руки за спину, застегнул на них наручники и рывком поставил на ноги. Стащил с головы кепку, размотал шарф. Глазам Шитао предстал бледнолицый и черноволосый товарищ с ясными серебряными глазами.

— Мать вашу! — пришёл толстяк в восторг от собственной крутости. — Это же эльф!

Вокруг них с невероятной скоростью собиралась толпа. Через толпу с трудом протиснулись Люк и Отис верхом на лошадях.

— Ура! Эльфа заловили! — радостно завопил Матье.

— Имя, — потребовал Шитао у пойманного.

— Алистер… Кас Гаи…, - эльф во все глаза смотрел на молодого человека перед ним.

Лейтенант Хо кивнул Люку, приказал. — Возьми его…

Прапорщик тронул коня, подъехал вплотную и поднял добычу себе в седло. Помогая, Шитао попросил. — Аккуратней…

Эльф продолжал смотреть на него, не моргая и не отрывая пристального взгляда. Выражение его лица немного пугало. Наверное, у бедолаги что-то помутилось в голове, и поэтому вместо испуга и горя он почему-то демонстрировал восторг и ещё какое-то сложное чувство сходное с обожанием.

Шитао стало неловко от этого взгляда. Он тоже сел на лошадь и поехал позади. Эльф выворачивал голову и смотрел безумными и счастливыми глазами.

— Эй! Хватит пялиться! — приказал ему лейтенант.

Алистер отвернулся, подавил ликование: «Он жив… Род драконов не прервался! Внутри этого мальчика настоящий дракон!». Потом он вспомнил, что поймали его охотники, и везут его в комендатуру. Возможно сразу в центральную…, а там есть пыточные камеры и отличные палачи. И надо что то выбрать. Если он хочет жить и создать Сона и Соль Кас Гаи то должен будет рассказать, зачем вышел их гетто, а если не рассказывать, то придётся умереть … прямо сейчас, и тогда Сон и Соль останутся у истока Мирозданья ожидать других, менее глупых родителей…

Очень медленно, чтобы никого не задавить, охотники с пойманным эльфом выбрались, наконец, с территории ярмарки. По тёмным улицам они поехали быстрее. Лейтенант Хо обогнал своих подчинённых и «гарцевал» впереди, Матье с пленником двигался на полкорпуса сзади и замыкающим плёлся Отис.

— Куда? — окликнул Матье командира.

— В комендатуру…

— Само собой… В какую?

— А в какую надо? — обернулся Шитао.

— Эльфов полагается в центральную

— Значит в центральную, — Шитао пожал плечами.

Люк полез чесать затылок. Напомнил робким голосом. — Это… мы вроде как не на своём маршруте… Хименис меня арестует, за то, что подверг твою драгоценную жизнь опасности… вот.

— Отпустите меня, — подал голос Алистер. — Я откуплюсь.

— Заткнитесь пожалуйста! — попросил его Люк и ткнул кулаком в бок пленника. Эльф стал заваливаться на бок.

— Да я тебя едва тронул! — возмутился патрульный и перехватил его рукой под живот.

Шитао стал рассуждать. — Скажем, что свернули на ярмарку… нет нельзя… это дисциплинарное нарушение… Отдадим его ребятам из патруля на соседнем маршруте, попросим принять заслугу на себя. Вот и всё.

— Э-эх, пропала премия… и отгулы, — горько вздохнул Пуле.

— Командир…, - окликнул Матье лейтенанта. — Наш эльфийский друг… вроде того — помирать собрался.

Хо резко оглянулся, остановил Ария и слез с лошади. Бегом перебрался к Люку, который с трудом удерживал в седле поникшего пленника. С другой стороны подбегал Отис. Чёрные волосы Алистера свешивались ему на лицо, голова болталась как у тряпочной куклы. Шитао и Пуле с растерянными проклятьями, стащили эльфа с седла и уложили его на мостовую. Тот полу-придушенно кашлянул, приоткрыл серебряные очи, нашёл взглядом Шитао и пробормотал: «Мой… повелитель…».

Его тело стало наполняться светом, затем вдруг вспыхнуло нестерпимо и … исчезло, оставив на камнях мостовой толстый слой золотой пыли по контуру тела.

— Да чтоб меня Хименис поимел!! — взвыл Люк.

Почти сразу неизвестно откуда поднялся ветер и стал сдувать посмертный пепел. Шитао торопливо достал платок из кармана, захватил большую горсть и ссыпал её в центр платка, аккуратно завязал узелком.

Проблема отпала сама собой.

глава 5

Неформальные отношения.

На прикроватном столике стоял поднос с тремя тарелками. В центре каждой лежало по яблоку, персику, и груше. Эти же фрукты были и в разрезанном виде — дольками вокруг целого плода.

Клаус уже несколько минут смотрел на них и раздумывал, какой из них он хотел бы съесть? И так и эдак выходило, что никакой. При мысли о еде к горлу подступала тошнота.

Комната, в которой он очнулся, сильно отличалась от той, в которой он закрыл глаза. Это точно была не его спальня. Голые, выбеленные стены, из мебели только кровать, стул, стол…

— Вас перенесли…

Клаус чуть вздрогнул, повернул голову на голос. По другую сторону ложа ещё на одном стуле сидел эльф.

— Зачем? — слабо спросил артист.

— Предположительно вы можете быть… э-э-э… заразны… для людей.

— Что со мной? Я ничего не помню…

— С какого момента вы ничего не помните?

Клаус закрыл очи, стал вспоминать… Они поехали на карнавал, нет сначала к Касперо… потом поднялись на Валун, потом он переоделся в девицу… они сидели в кабаке, и ждали карнавального шествия…

— Дракон…, - сказал он.

— Что-о…,- эльф начал приподниматься со стула.

— Карнавальный дракон на шестах… последнее, что я помню, — Тигер открыл глаза и посмотрел на «свою сиделку».

Тот полный досады плюхнулся назад. Буркнул. — Вам надо поесть.

— Я не хочу…

Дверь резко распахнулась, и в комнату, бряцая мечом, вошёл проклятый телохранитель Хенрика — Тецуй Рюйодзаки. Клаус вжался в кровать, быстро закрыл глаза.

Рюй с ходу спросил. — Очнулся?

— Да, — прошелестел эльф-предатель. Тигер сердито сверкнул на него очами, также сердито посмотрел на Рюя и накрылся одеялом с головой. Через одеяло голоса зазвучали глуше.

— Поел?

— Нет.

— Так! — Рюй прошагал к кровати и сдёрнул одеяло.

Фаворит, чтобы не видеть его рожу, перевернулся на живот — лицом в подушку.

— Он болен, — напомнил врач.

— Я тоже… на всю голову, — зловеще предупредил Тецуй.

Обеспокоенный эльф воспринял предупреждение так как надо. Он встал и направился на выход.

— Неправильно лежишь! — Тецуй хлопнул Тигера по заду. — Я могу расценить это, как предложение!

Клаус торопливо повернулся на спину. Выкрикнул. — Я ненавижу тебя!

— Я знаю. Ты уже говорил…, - Рюй оскалился. Он сел на край кровати, достал из кармана апельсин и стал снимать с него оранжевую шкурку. — Доктор сказал, ты должен есть.