Забытая Фракция (СИ) - Кофский Влад - Страница 38

Все вещи можно создать самому при определенной прокачке ремесел и исходных материалов, но мастеров-игроков, способных создавать эпики, редко было больше трех десятков. Местных — так вообще единицы. Дальше легендарок не продвигаются. Часть эпиков бывают уникальными. Единственными и неповторимыми.

Фиолетовые. Выдавались как награда за какие-то игровые победы и события. Убит, именной уникальный босс — победителю достается уникальный шлем. В сэты они не собираются.

Также есть проклятые и демонические вещи. Любой артефакт можно испортить. Часто неправильная последовательность элементов портит улучшение — «крафт криво встает». Это значит, что помимо бонусов появляются минусы. Хрупкость, лишний вес, дополнительная проводимость. Так же это работает в пределах игровой метафизики. Запихните лезвие клинка в тело сильного монстра — и стихия, что бродит в его крови, смешается с крафтом. Меч, вероятно, станет проклятым, а если это обычная бескрафтовая болванка, то вполне может что-то и приобрести. Демоническим считается то оружие, что наносит урон владельцу. Меч, питающийся кровью, или броня, жрущая энергии столько, что тело начинает болеть физически. Взамен даются бонусы рангом выше.

Амуниция с провального обновления от разработчиков, которую так и не смогли всю изъять. Продолжает попадаться в коллекциях. Активно ищется множеством условно «светлых» фракций. Отображаются такие арты черным и кроваво-красным цветом.

Нет по-настоящему хороших вещей на рынке от местных. Видимо, стычки вырезали всех талантливых нпс, а новые не успевают развить навыки. Мастера-герои все сдают в клан, а альянсы плотно выкупают с прилавков все более-менее пригодное. Остается вопрос: куда все уходит в кланах, если масштабно, по слухам, никто не воюет.

Мягким черным цветом окрашивается левый браслет на руке. На голограмме карты появляется черная отметка. Не просто счетчик с дистанцией, а конкретные цифры и направление. Искомый — в зоне поискового радиуса. Отлично.

***

Дневной свет ослепляет. Бран морщится от боли в разбитом лице, пытается прикрыть глаза. Поднять руку выше его сил — тощее, избитое тело совершенно бесчувственно. Двум крепким стражникам приходится тащить по холодному полу малоподвижного мужчину. Какая ирония: взятый в честь одного героя ник привел к схожей судьбе. Перелом позвоночника не позволяет ходить, а регулярно ломаемые конечности не позволяют регенерации восстановить хребет. Игрок-инвалид с именем мальчика-инвалида из старой сказки. На разбитых губах появляется улыбка.

Шум толпы оглушает, а свет дня по-прежнему слепит. Бран провел почти две недели в темноте подземной тюрьмы и сейчас ошеломлен звуком и красками. Его продолжают тащить по мощеной мостовой и втаскивают на площадку деревянного помоста. Возвышение достигает четырех метров над землей и окружено стражей из игроков. Вокруг — людская толпа, занимающая всю Площадь Правосудия. На дощатой трибуне расположено семь кресел для семи судий от семи управляющих городом кланов. Четверо из них сейчас заняты. Здоровяк в броне от Ящеров, пухлая магичка от Диких Кошек, пожилой мужчина в желтой кирасе от Галереи Теней и малец лет шестнадцати в мантии мага воздуха от Вальхаллы. Ящур, Соня, Спартак, Локи. Судейская коллегия Города Драконов.

— На колени! — от толчка немощное тело растягивается на помосте. Брану приходится дергаными движениями перевалиться на живот. С трудом подтянуть колени и выпрямить спину, принимая сидячее положение. Не просит помощи. Не издает лишних звуков. Выпрямляется под смех пацана и Сони.

— Итак, — за его спиной раздается голос распорядителя, который тут же усиливается специальным артефактом, встроенным в помост, и звук разлетается по всей площади.

— Судебное рассмотрение 437. Город Драконов против странника по прозвищу Бран, — торжественный проигрыш трубы. — Ту-туту-ту.

— Указанный странник Бран обвиняется в антиклановой пропаганде и подрыве существующего порядка. Странник Бран собирал аудиторию на площадях и в тавернах, сказками и лживыми рассказами запугивая жителей нашего города. Затем, критикуя существующий порядок, призывал разрушить существующую систему и свергнуть управляющие кланы. Доказательства и свидетельские показания в документах дела. Сам обвиняемый иначе интерпретирует свои действия и вины не признает, — зачитывание деталей дела занимает немного времени. Бран тратит его на осмотр толпы. Много народа. Много лиц. Большинство испуганы, остальные растерянные. Попадаются и злорадные. Его проповеди и рассказы попали на благородную почву. Местные нпс и некоторые игроки напуганы. Город почти месяц в осаде. Сейчас удается отводить поток тварей, но стоит появиться кому-то крупнее — и стены не устоят. Цены растут, обостряется дефицит товаров и продовольствия. Через ворота город не покинуть, а денег на портал нужно слишком много. Опытные глашатаи кланов успокаивают людей, но правильные слова и вопросы легко разжигают сомнения и страх.

— Обвиняемый че-то говорить будет? — слово берет Ящур, недовольно просматривая бумаги по делу. Мельком вчитывается, а потом собирает все в стопку и закрывает бумажную папку, — или опять тупое блабла про грандгидру, и мы тащим сюда следующего?

— Отвечает обвиняемый, — позади пленника звучит голос распорядителя, а мягкий тычок копьем от стоящего рядом стражника подбадривает.

Бран старается привстать и держать спину прямо. Отвечает коротко, рубленными фразами.

— Я Бран. Из Тьмы. У вас нет. Власти судить меня. Подсуден лишь Восьми, — сказано шепотом, но усилитель послушно разносит по площади его голос. В ответ ветер приносит шепотки людей. Местные весьма чтят все хитросплетения судебных систем. — Одно дело — казнить заслуженно чужака. Это мы посмотрим. Казнить чужого вассала — не по законам, для этого есть его господин, и надо ему вернуть нарушителя с требованием компенсации. Или воевать, прилюдно убив.

— Че?

— Ха-ха, что-то новенькое, — закатывается смехом Соня.

— Что за Тьма? Я таких не знаю, — брезгливо выпячивает губу Локи. Реакция у всех разная. Спартак задумчиво чешет затылок. Кажется, он что-то такое когда-то слышал.

— Че он гонит? — Ящур вполоборота поворачивается к своей пухлой соседке.

— Эх, ну это старое правило кланов. Кланового игрока может судить лишь его глава или совет клана.

— Типо я не могу его убить?

— Убить можешь, но судить — нет. Иначе его клан должен будет объявить тебе войну.

— И че?

— Давайте его убьем, а потом перебьем весь его клан, — поддерживает инициативу малец. — А то скуучно…

— Подождите, — Соня поднимает руку, и Ящур с Локи послушно замолкают. Женщина же обращается уже к Брану.

— Игрок Бран, из клана Тьма. Вы нарушили закон и порядок на территории клана Дикие Кошки. Я, как советник этого клана, требую от вашего клана компенсацию за ущерб. Если ваш клан игнорирует инцидент в течение часа, клан Дикие Кошки оставляет за собой право решать вашу участь персонально, — от услышанного Брана кривит. Правильная формулировка не оставляет ему шанса потешить самолюбие. Его клана давно уже нет.

— Эээ… Бран, типо. Ты нарушил порядок в клане Ящур. Я требую ответить за компенсацию. Если игнорите, то сами с тобой порешаем, — от тычка под ребра и выразительного взгляда Сони Ящур присоединяется к заявлению.

— Птышш… — с глухим шлепком за спиной Брана что-то падает на пол. Звенит металл шлема от удара о деревянный настил помоста. Странник хочет повернуться, но не успевает. Новая фигура обходит его справа и останавливается немного впереди. Звучит смутно знакомый голос. Узнаваемая интонация, надменная подача. Чужая аура. Тяжелая и словно густая аура нового персонажа придавливает к дереву даже в отдалении.

— От мужика своего требовать будешь, — звучит хрипловатый ответ неизвестного, а Бран во все глаза смотрит на незнакомца и не может узнать. Черная одежда с белой, длиннополой накидкой. На спине, в белом ромбе, черным полыхает забытый, клановый символ! Такой же значок цветка и напротив ника заступника. Это не лидер. Сууука. Это!.. Тело обвиняемого с хрустом дергается в сторону и хочет отползти к краю помоста. Чтобы потом упасть на камень площади и уползти в ставшую родной канализацию. Такую темную и безопасную. К сожалению, придавленный тяжелой аурой Бран застывает неподвижным. Остается лишь смотреть.