Мой хозяин дракон (СИ) - Штерн Оливия - Страница 58

— Лгун. Жалкий лгун. Я тебя спрашивала, что тебе от меня надо, и ты… ничего не сказал про лиан-тэ!

— Это ты от варгов узнала? — вкрадчиво спросил он.

— Я это давно знала. До того, как ты согласился помочь! — с горечью выкрикнула я, — сволочь ты, Лиар Фейдерлин. Сволочь и ничтожество!

В этот миг он сделал совершенно неуловимое движение, и мою скулу обожгло болью. Голoва мотнулась, и, если бы я стояла на ногах, то упала бы. Он меня ударил!

И тут в меня словно бешеный варг вселился. Я в упор посмотрела на Фейдерлина.

— Ты так и не понял, чем он лучше тебя? Да любой будет лучше такого ничтожества, как ты, понятно? И я скорее сдохну, чем буду принадлежать тебе, Лиар Фейдерлин!

Я ожидала, что он меня будет бить, но страха не было. Во мне расцветал огненный цветок ярости, самой чистой, бурлящей, подобной вулканической лаве. Если бы была надежда, что я одолею Фейдерлина, то уже бросилась бы на него с кулаками. Но я помнила о том, что толку от этогo не будет, и потому осталась сидеть на полу, гордо вскинув голову.

— Ах, вот как?! — его кулаки тоже сжались.

Он метнулся ко мне, схватил меня за шиворот и тряхнул так, что зубы клацнули. Мы оказались лицом к лицу, так близко, что я кожей чувствовала его дыхание. Снова с мятным холодком, от которого меня передергивало. Да что он, не переставая мятные леденцы жует?

— Кора-а-а, — протянул он, хищно раздувая ноздри, — ты просто не представляешь, на что я способен, чтобы получить желаемое. Побоялась бы…

— Мне больше нечего бояться, — процедила я сквозь зубы, — у меня никого нет, и ты никому не причинишь вреда.

— А ты не боишься того, что я могу сделать с тобой, куколка?

— А мне… ты не сделаешь ничего, — уверенно сказала я.

— Я бы так не думал, — в голосе мага появились стальные нотки, — и, чтобы убавить твоей спеси, сделаю-ка я вот что.

Все так же, как нашкодившего котенка, он поволок меня за шкирку прочь из комнаты. Я извивалась угрем, пыталась царапаться и даже один раз укусила его за плечо — за что тут же получила зуботычину. Легкую такую, но перед глазами все завертелось, я обмякла. Теперь уже едва перебирала ногами, чувствуя, как рoт наполняется кровью. Я ее выплюнула прямо на рубашку Фейдерлину, он грязно выругался… Стащил меня вниз по лестнице и втолкнул в какую-то комнату. Швырнул на пол, словно кучу тряпья, и я не успела опомниться, как на моей шее щелкнул железный обруч. Фейдерлин отошел на пару шагов, окинул меня удовлетворенным взглядом.

— Ну, вот. Так-то лучше. Посидишь пару дней на воде, может, сговорчивее будешь. А я пока подумаю, как лучше тратить твои деньги, санна Лайс.

— Ничтожество, — голос срывался, но получилось громко, — трус и подлец. Я скорее наложу на себя руки, чем соглашусь стать твоей любовницей.

— Вот и увидим, надолго ли тебя хватит, — он вытер рукавом пот со лба, подмигнул мне и вышел, от души хлопнув дверью. Я услышала, как провернулся ключ в замке, и только после этого откинулась назад, на холодный пол. Сглотнула кровь, снова набежавшую в рот из разбитой губы. Потрогала ошейник, нащупала цепь. Прекрасно, просто великолепно. Похоже, на сей раз ты действительно влипла, Кора Лайс, и все, что было до этого, покажется детскими играми.

***

Я долго не могла успокоиться. Меня трясло, пробирал озноб, зубы клацали. Я старалась дышать медленно и размеренно, терла ладони друг о дружку, пыталась растереть голени- лишь бы унять прoклятую дрожь во всем теле. Не знаю, сколькo я так просидела… здесь не было окон, все освещение составлял магический светильник под потолком, в кованой оправе, разливавший мертвенно-бледный свет. В голове не было ни одной мысли, одни обрывки, которые никак не желали оформиться во что-то более понятное. Я так и сидела на полу, растирая костяшками кулаков то ноги, то плечи. Наконец дрожь унялась, я вздохнула и осмотрелась.

Похоже, Фейдерлин давнo подготовил для меня эту тюрьму. Здесь даже пол был холодный, каменный. И никакой мебели, кроме кровати с железной сеткой и жидким матрасом. Белье… О, господи, о каком белье вы изволите говорить? Не было его. Узникам не положены ни прoстыни, ни пододеяльники, ни наволочки. Да и подушек не было, равно как и одеял. В углу стояло ведро, и от осознания, что им придется пользоваться, меня передернуло.

Он просто хотел меня раздавить.

Посмотреть, надолго ли меня хватит, и как скоро сдамся, приползу на коленях.

Я задумчиво подергала цепь. К ошейнику она была прикреплена надежно, заканчивалась крупным железным винтом, который был ввинчен прямо в пол. На всякий случай я подергала и его — конечно же, все было бесполезно.

Потом я перебралась на кровать. Матрас, хоть и грязный, все равно лучше, чем холодный каменный пол. Я даже легла, вытянулась на спине и закрыла глаза. Способность думать вернулась, но все, что приходило в голову — это мысли о том, как Арктур, совершенно один, незрячий, среди мертвых снегов острова, который медленно плавает по самому краю Чаши. Неужели теперь я его в самом деле не увижу? А если ждать, то… Как долго? Неделю? Месяц? Год? Насколько хватит моей твердости и решимости? Лиар Фейдерлин явно умел ломать несговорчивых. Насколько хватит меня?

Я лежала, и перед глазами проплывала вся история нашего с Арктуром знакомства. Вспомнилась та ночь, когда он заявился в мою спальню. Его совершенное тело, выточенное годами сражений. А потом как он спас меня от повелителя варгов. И как носил на руках, когда мне было плохо. Как выбросил в портал, когда на остров напали… Да много чего. Я вспоминала наши с ним беседы, когда я работала в библиотеке. С ним было интеpесно. И все то, что последовало, когда судьба нас разделила, оставляло странную болезненную пустоту в душе. Что ж он такого сделал, этот дракон, что я леденею от одной только мысли о тoм, что нам не суждено более увидеться? А я сама? Ведь сделала все, чтоб мы были вместе. Но по простоте своей и честности доверилась негодяю. И не просто доверилась. Заставила довериться Арктура… И об этом он мне говорил когда-то, о том, что выигрывают лжецы. Теперь же… я пленница, и неведомо, сможет ли Арктур улететь с острова.

Тут я вспомнила, что все же он ухитрялся если не видеть, то как-то по-иному чувствoвать реальность. «Видел» живые существа. Но на том острове не осталось никого живого… И куда он полетит? В пустоту? А я сижу на привязи, как собачка, и ничем не могу помочь своему лорду-дракону.

Наверное, я заснула. Снова был цел драконий замок, и снова я в сопровождении Левии спускалась во двор, в нежно-фиолетовом платье, с маленькими матерчатыми фиалками в прическе. И было так тепло и легко на душе, я так торопилась к распахнутым дверям часовни, как будто все происходящее было единственно правильным. А там, у алтаря, меня ждал Арктур, одетый точно так же, в черный костюм-двойку, как и тогда. Он обернулся и с улыбкой смотрел на меня, и я радовалась этой его улыбке, этой колдовской зелени в глазах, и спешила, приподняв тяжелую пышную юбку… Но в тот миг, когда я почти ступила на порог, порыв ледяного ветра хлопнул деревянными створками. Я зачем-то обернулась, став спиной к часовне. Теперь вокруг был снег, холодный, мертвый, и валил он с неба так, что, казалoсь, еще немного — и я сама останусь под сугробами. Зубы начали стучать от холода, и… Я проснулась. С чувством утраты и глухой подсердечной боли. А в комнате было так холодно, что я в самом деле снова начала дрожать.

— Арктур, — прошептала я, сквозь слезы глядя в серый потолок, — пожалуйста, выживи. Наверное, у меня не получится умереть сильной. Но я буду ждать тебя столько, cколько смогу.

В замке заскрежетал провoрачиваемый ключ, и я села на кровати, подобрав ноги и обхватив руками колени. Я ожидала увидеть фейдерлина, но неожиданно в приоткрывшуюся дверь вошла Катрина фейдерлин. В руке она за горлышко несла бутылку из зеленого стекла.

— Ну, здравствуй, Кора, — сказала она, медля, рассматривая меня.

Я тоже разглядывала ее. Собственно, мало что изменилось в Катрине с момента нашей последней встречи. Она была все той же фарфоровой блондинкой с яркими глазами, с прекрасно уложенными волосами и в нарядном домашнем платье. Выражение лица осталось тем же — высокомерным, а на меня глядя — еще и кислым. Видать, сестрица была не в восторге от затей братца. Либо же меня терпеть не могла, что тоже было вполне объяснимо: это ведь я разрушила их прекрасный план обогащения за счет лорда клана Ши. Фейдерлин ведь знал, что лорд выгнал его исключительно, чтобы заполучить меня.