Дракон на войне - Диксон Гордон Руперт - Страница 63

— Теперь, когда ты их получил, что ты собираешься с ними делать, молиться на них? — поинтересовался Каролинус.

— Дай-ка я попробую одно заклинание, сказал Джим. — Я произнесу его вслух, а ты останови меня, если я сделаю что-нибудь не так. Готов?

— Конечно, готов, — проговорил Каролинус.

— Хорошо.

Джим произносил вслух строчки заклинания, которое записывал на внутренней стороне своего лба:

КРОВЬ НЕ БУДЕТ СОЕДИНЯТЬСЯ С ГРУППОЙ В, ЕСЛИ ИХ СМЕШАТЬ НА ПЛАСТИНКЕ, — ТЕПЕРЬ ОБЕ ГРУППЫ — И А, И В— БУДУТ СМЕШИВАТЬСЯ С ГРУППАМИ О И АВ — ТЕПЕРЬ ЕСЛИ КРОВЬ СМЕШАЕТСЯ С ЧЬЕЙ-НИБУДЬ КРОВЬЮ, ТО ЕЕ МОЖНО ИСПОЛЬЗОВАТЬ ДЛЯ ПЕРЕЛИВАНИЯ ДЭФФИДУ -> ТЕПЕРЬ Джим замолчал и посмотрел на старого волшебника.

— Все в порядке? — спросил он.

— Это сработает, — ответил Каролинус. — Неуклюже, но это приведет к тому, что тебе нужно. Пошли.

Они вошли в комнату и опять встали у кровати, на которой лежал Дэффид. Тот был так же бледен, как раньше, и, казалось, не дышал. Внезапно взволновавшись, Джим поспешно нащупал пульс и с облегчением вздохнул, обнаружив его. Он повернулся к Каролинусу:

— Возможно, я смогу получить каплю крови из раны Дэффида, нажав рядом. Но не проще ли получить ее, используя магию? Кстати, и нашу кровь тоже?

— Ты, конечно, хочешь, чтобы это сделал я? — спросил Каролинус.

— Если не возражаешь, — ответил Джим. — Я понимаю, что это…

— Топорная работа! — огрызнулся Каролинус. — И ты это прекрасно знаешь! Но, несмотря ни на что, ради Дэффида мы сделаем это так. Где тебе нужны эти капли крови?

— На конце одной из этих стеклянных пластинок. — Джим взял верхнюю пластинку из стопки. — Если ты капнешь ее на левый край, я буду знать, что это кровь Дэффида. Ведь он держит лук левой рукой. А потом, когда возьмем кровь у кого-нибудь другого, капнем ее на правый конец. Затем я попробую их смешать, и посмотрим, что получится. — Не успел он это сказать, как на левом краю пластинки, которую он держал в руке, появилась одинокая красная капелька. — Хорошо! — Джим, обвел взглядом комнату. — Ну, теперь мы возьмем каплю крови у…

— Меня! — поднялся со своего места Брайен. — Мы вместе сражались и теперь поделим оставшуюся кровь.

— Нет, Брайен, — сказал Джим. — Может, ты потерял не так много крови, как Дэффид, но все же более чем достаточно. Мы используем другого донора. А теперь сядь, если не хочешь лежать!

Брайен действительно слегка покачивался и вынужден был опереться кончиками пальцев на крышку стола. Он нехотя, тяжело упал на свое место.

— Попробуй мою, — сказал Джим.

— Нет, — вмешалась Энджи, — попробуй сначала мою, Каролинус. По-моему, у меня группа О. А группа О — универсальный донор. Я спрашивала, какая у меня группа, когда сдавала кровь для Красного Креста, и они мне сказали. Я уверена, что у меня группа О.

— Если ваша кровь смешается, тебе придется потерять около пинты крови, — сказал Джим. — Подумай об этом, Энджи.

— Это меня не убьет, — возразила Энджи. — Кроме того, я много раз сдавала кровь. Они всегда брали столько же.

На стеклянной пластинке, которую держал Джим, появилась вторая капля крови. Он вынул из висевших на поясе ножен нож и кончиком смешал обе капли. Но они не желали иметь ничего общего друг с другом, как два ртутных шарика.

— Извини, Энджи, — сказал Джим, — ты, должно быть, ошиблась.

— Я могу поклясться! — сказала Энджи. — Уверена, мне говорили про группу О!

— Ну, если бы это была группа О, она сразу смешалась бы с кровью Дэффида. Извини, Энджи, — сказал Джим. — Каролинус, убери кровь Энджи и попробуй мою. Я, правда, боюсь, что у меня группа А. Так что, если у Дэффида другая, они тоже не смешаются.

Он ничего не почувствовал, но на пластинке, там, где только что была кровь Энджи, появилась новая капля. Пользуясь кончиком ножа, Джим попробовал смешать капли.

— Сработало! — Энджи подбежала к Джиму и обняла его. — Джим, твоя кровь подходит! Они замечательно смешались!

— Отлично! — с энтузиазмом воскликнул Джим, тоже обнимая ее. — Ну, Каролинус, теперь остается только переслать пинту моей крови в вены Дэффида. В таком состоянии, в каком Дэффид находится сейчас, ему и британской пинты не слишком много. Посмотрим на цвет его лица и, если потребуется, добавим еще четверть пинты… хотя, подожди минутку!

Он вдруг кое-что вспомнил.

У него, как и у Энджи, был опыт переливания крови там, в его родном мире, и он помнил, что это медленный процесс — кровь вытекает из вены по капле и собирается в специальной емкости. Эта медлительность объясняется тем, что кровь не может течь быстрее, чем ее качает сердце. С другой стороны…

— Я думаю, — сказал Джим, — лучше сделать это аккуратненько. Возможно, моментальное вливание пинты крови, когда Дэффид в таком состоянии, представляет опасность. Каролинус, ты можешь сделать так, чтобы кровь магическим путем переливалась в вены и артерии Дэффида с той же скоростью, с какой ее гонит мое сердце?

— Конечно! — сказал Каролинус. — Я так и сделал.

— Ты хочешь сказать, что уже перелил ее? — удивился Джим.

— Вечно ты просишь меня что-нибудь сделать, а потом спрашиваешь, сделал ли я это! — рассердился Каролинус. — Ты хочешь, чтобы я подождал? Тогда так и скажи.

— Просто я ничего не почувствовал.

— А почему ты считаешь, что должен был что-то почувствовать? — спросил маг.

Для этого, конечно, не было причин. Джим сообразил, что, когда сдавал кровь в своем мире, он чувствовал только иголку в вене, которая передавала кровь в трубку, ведущую в специальную емкость.

— Мне надо вернуться вниз, — смущенно проговорил Джим.

Он не мог забыть о Чендосе, у которого не было собеседника, кроме Секоха. Хорошо, если Секох не вздумает что-нибудь сказать. Но Секох может и вздумать. Возможно, высокомерный рыцарь заставит его замолчать, а возможно, и нет. Сегодня Чендоса уже достаточно часто перебивали, выказывая неуважение. Джим чувствовал, что надо принести извинения.

— Как далеко я могу отойти, чтобы это не помешало переливанию моей крови Дэффиду?

— Отойти? — переспросил Каролинус. — Иди куда хочешь, хоть на другой конец света. Неважно, где ты находишься. Магия есть магия. — Он посмотрел вверх. — И они хотят, чтобы я делал волшебников из этих современных учеников!

— Может, ты останешься и убедишься, что Дэффиду не понадобится еще крови?

— резко спросила Энджи. — Сам знаешь, такое может случиться.

— Знаю, — сказал Джим. — И если Каролинус позовет меня, как раньше, когда я сидел за высоким столом, а я там и буду, явлюсь в считанные секунды. А пока Дэффид получил первую пинту крови. Я просто хочу пригладить взъерошенные перышки сэра Джона, ведь его оставили одного, да еще и с Секохом.

— С Секохом? — переспросила Энджи.

— Да. — Джим был уже на пути к двери. — Он сидит за ближайшим к высокому столу концом низкого стола. Достаточно близко, чтобы можно было поговорить с сэром Джоном. Я думаю, если у них завяжется разговор, результат будет не лучший. К тому же надо принести ему парочку извинений. Позовите меня, и я тут же вернусь.

Произнося последние слова, Джим уже закрывал за собой дверь. Он спешил по коридору, когда его остановил голос Энджи:

— Джим!

Ее голос был негромким, но повелительным. Джим остановился и обернулся.

Она стояла рядом с комнатой, в которой они только что находились, закрыв за собой дверь.

Он вернулся.

— Думаю, надо тебе сказать, — тихо проговорила Энджи. — Я подала сигнал, чтобы Арагх пришел сюда. Он здесь, в одной из комнат, и я думаю, ему не очень-то нравится ждать в одиночестве, но надо было спрятать его, пока я не поговорю с тобой. Я хочу, чтобы волк взглянул на Каролинуса и сказал, что он думает о произошедших с ним переменах.

Джим кивнул:

— Хорошая идея. В конце концов, он знает Каролинуса намного дольше, чем любой из нас, и у него нечеловеческое чутье. Он может что-нибудь заметить или понять лучше нас.

— Я так и думала, что ты скажешь что-нибудь в таком роде, — сказала Энджи. — Но я хотела, чтобы ты это знал. Мне больно смотреть, как старик пытается скрыть свое беспокойство брюзжанием, которого за ним не водилось. Его, должно быть, мучает что-то действительно очень серьезное.