Тортоделка. Истинный шедевр (СИ) - "EvgeshaGrozd" - Страница 111

Улыбка скользнула по моему лицу и, выпалив тихое "спасибо", ураганом вылетел из его квартиры.

Догнал до дома аж за полчаса. Молил, чтобы она была у себя. Заряд телефона сдох ещё вчера, поэтому узнать о местонахождении жены не представлялось возможным.

Вошёл в прихожую, прямо на ходу сбрасывая куртку и обувь. Пальто жены на вешалке. Да! Ты здесь! Устремился в её комнату!

Жена сидела за столом и что-то писала. Наклонившись, прочёл первые строчки.

— Ты уходишь? — посмотрел на неё абсолютно детским взглядом. — Прощальное письмо?!

И только теперь под локоном волос разглядел ссадину на её щеке. Коснулся пальцем.

— Откуда это?!

— Твоя бывшая наведалась ко мне в кондитерскую. Обещала меня прикокошить, если не уйду от тебя, — девушка отвернулась.

Разглядел у кровати сумку. Вика собралась поднять её с пола, но я оказался быстрей. Едва ли не вырвал ношу из рук.

— Я никуда тебя не пущу, — прогремел безапелляционно.

— Давай без драм. Виктор мёртв. Я могу вернуться к маме.

Нет. Так это не закончится! Отшвырнул сумку за спину и стремительно подступил к ней. Блокировал за талию. Поймал лицо.

— Мы оба друг друга выбрали. И я больше не позволю ни тебе, ни себе сломать наш мир снова. Никто этого больше не посмеет сделать! Поняла! — с этими словами впился в её губы, поглощая в самый жаркий поцелуй, на который был способен, и уверенно направил жену к постели.

Ты останешься! Сегодня я пойду на всё, чтобы ты осталась! Навсегда!

59. Это неправда

ВИКА

Поверила. Я никогда его таким страстным и нежным не знала. Это и правда наконец был наш мир. Его объятия и ласки уносили круговоротом. Он не владел мной, а был одним целым. Мы, словно два пазла от огромной картины мира, которые нашли друг друга в хаосе и неразберихе человеческих судеб.

У нас не осталось ни сил, ни желания говорить о произошедшем сейчас. Просто, крепко обняв друг друга, уснули. Впервые счастливые и без лишних мыслей и терзаний, как истинная доза успокоительного.

Утро было таким же приятным и умиротворяющим. Из сна вытягивали нежные касания к вискам, лбу и щекам. Чувствовала, как он бережно и почти невесомо касается губами моего плеч и рук. В блаженной неге тонула в объятиях любимого мужчины. Как же не хочу, чтобы закончились эти минуты. Словно именно здесь и в нашей постели мы в абсолютной безопасности и стоит нам выйти из комнаты, то тёмные силы тут же сломают нашу идеальную сказку.

Шершавая ладонь прошлась по щеке.

— Доброе утро, родная, — поцелуй в висок, скулу и нос.

— Доброе утро, — засмущавшись, вновь как девочка-подросток, проронила я и сильней прижалась к нему. — Давай, тут останемся.

— С удовольствием, — засмеялся он. — Ты больше никуда от меня не уйдешь. Не отпущу.

Подняла голову, чтобы увидеть своими глазами его лицо. Он абсолютно искренен и решителен. Я — его, и оспаривать это право теперь бессмысленно.

— По правде сказать, не ждала от тебя такой реакции.

— Вика, я очень хочу забыть всё, что было до сегодняшней ночи. Прошу тебя, давай попробуем. Хочу, чтобы эта ночь нас наконец переродила, сделав единым целым. Ты — моя, а я полностью твой. Так было, есть и навсегда останется…

— Снова стать твоей женой? — спросила колеблясь. Заметила в синих глазах страх. — Мы тогда с тобой поспешили. Может в этом и была наша ошибка? Я поторопилась сказать тебе "люблю", а ты — жениться на мне. Ты тогда мечтал излечиться, а я глупо верила, что стану твоим лекарством. Но оно израсходовано. Я, отныне, пустая оболочка…

— Но лекарство помогло. Вика, я причинил тебе немало боли из-за своей дурости, но очень хочу измениться ради тебя, ради нашего малыша. Мне плохо и стыдно оттого, что творил. Ты многое отдала мне, позволь наконец это всё вернуть. Заново заполнить тебя. Я очень этого хочу.

Пока слушала ни на йоту не усомнилась в его словах. Этот месяц, живя с ним под одной крышей, многое заметила в нём. Он, действительно, очень старался ради меня. Проявлял терпение, когда кавалеры крутились вокруг да около, брал на себя весь груз работы в кондитерской, был всё время рядом в минуты опасности. Не колеблясь, бросился спасать от Виктора, даже в деле об убийстве Саввы делает всё, чтобы уберечь меня от тюрьмы.

— Как насчёт первых свиданий? — мысль в голову пришла внезапно. — У нас с тобой этого не было. Неплохой способ узнать друг друга заново.

— Лучше без первых, — Герман игриво сощурился. — А то, выходит, ты переспала со мной ещё до первого свидания, развратница, — целует нежно в губы. — Ты точно не такая…

Засмеялась в ответ, уткнувшись ему в грудь.

— Это видимо тупик.

— Неправда, — в пряди волос скользнули нежные пальцы. — Я понял тебя. Не будем торопиться. Сам так же думаю. Сегодняшняя ночь просто отправная точка, согласна?

Кивнула и получила в ответ сладостный поцелуй. Раз, два… И смеясь, вновь растворилась под ним.

Выползать из постели так и не стали. Еду готовила прислуга, а ноутбук крутил любимые фильмы. Только под вечер вышли в сад, чтобы немного подышать свежим воздухом. Солнце уже почти опустилось за горизонт, оставляя за собой алый закат в небе.

Гера вёл меня вдоль аллейки, где, несколько месяцев назад, я так же прогуливалась с его отцом. На душе стало тяжело и тоскливо.

— Ты чего? — Герман сразу же уловил мою грусть.

— Мы с твоим отцом так же прогуливались здесь, — посчитала нужным напомнить ему о нём, словно проверяя. — Я скучаю по нему.

Гера двигался рядом. На лице отразилась былая боль, но в ней больше нет злобы, обвинений и обид.

— Я тоже скучаю по папе…

Муж притянул меня к себе и, остановившись, поцеловал в лоб и висок. Замер так, прижимая к себе. Слышу голос возле уха:

— Он всегда очень ждал этих прогулок. Часто рассказывал, как гордиться моим выбором. Папа чувствовал, что ему недолго оставалось, потому старался чаще быть с нами. Я повёл себя так, потому что мне было проще обвинить кого-то в его смерти. Я не хотел думать о том, что просто пришёл его срок. Что он сам решил уйти, оставить меня впервые одного. Я ведь всегда чувствовал на себе его заботу, поддержку и любовь, а тут резко всего этого не стало. В тот момент мой плот в океане потерял огонь маяка и началась паника.

Заметила блеск слезы на краю его век и сильней прильнула к широкой груди, обвила руками. Слушала размеренный стук сердца, вбирая в себя тепло любимого мужчины.

Вернувшись в дом, приняла решение проститься на ночь. Обнимал, не желая выпускать.

— У нас свидания, — улыбнувшись, напомнила, хотя самой не хотелось его оставлять.

Но снова с головой залезать в омут боялась, слишком мало на сердце осталось здоровых мест. Герман зарычал и, собравшись с силами, разомкнул объятия.

— Завтра увидимся на работе, — отступила.

— Нет. Раньше. Я отвезу тебя, — настойчиво мотнул он головой.

— Буду готова в девять, — лучезарно улыбнулась и послала воздушный поцелуй.

— Лучше уходи скорей, пока не догнал, — Гера игриво вцепился в перила лестницы. — Сладких снов.

— Спокойной ночи, — засмеялась в ответ и поспешила к себе.

Лежа, однако, в остывшей постели, снова мечтала под крыло мужа, но условие есть условие. Это нужно прежде всего мне…

Утром была готова в назначенный срок. На работе уже вовсю шёл процесс. Была немного удивлена, когда после завтрака, Герман не переоделся в рабочее.

— Ты уходишь? — чуть расстроено посмотрела на него.

— Да. Мне нужно кое-куда заехать ненадолго, — отвечает нехотя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Куда? — в груди вновь начало нарастать тревожное и неприятное чувство недосказанности.

— Я тебе обязательно всё расскажу, как вернусь, — сжал мою ладонь и поцеловал тыльную сторону.

Опять двадцать пять. Чмокнул в щеку и ушёл. Ладно, спокойно, Вик, может всё не так, как тебе кажется. Ты, похоже, выработала привычку тотального недоверия мужу. Отмахнулась от негативных мыслей и настроилась на рабочий процесс.