Тортоделка. Истинный шедевр (СИ) - "EvgeshaGrozd" - Страница 102

— Не хозяйка?! — в груди натянулась струна досады.

— Я — квартирантка.

— И как давно снимаете? — кашлянул и продолжил другим тоном.

— Семь лет.

— Хозяйские вещи есть в квартире? — вклинился Герман и тут же удостоился моего сердитого взора.

— Только кухонный гарнитур да встроенные шкафы, — помотала головой квартирантка.

— Оплату как производите? Хозяева приходят с проверкой? — Что ж, пойдём по следу дальше.

— Нет. Потому и живу так долго. Мне нравится, — женщину озарила благодарная гримаса. — Хозяева не лезут, а оплату перевожу им в срок на банковскую карту.

— На карточку? Очень удобно, — довольно осклабился. — Вы не могли бы дать её реквизиты.

— Безусловно, — кивнула женщина…

Идя прочь из двора Шестаковых, терпел кукареканье Беспалова:

— Нужно было войти и поискать. Хозяева всегда что-нибудь да оставляют в своих жилплощадях. На балконе или в антресолях. Кладовки… — Пока мужчина причитал, я отправлял данные статисту. — Ярослав, куда теперь?!

— Не знаю как ты, но я бы съел чего-нибудь, — прогулочным шагом направился по улице, включая на телефоне приложение путеводитель и вводя название города.

— Мне ничего не залезет сейчас в рот, — буркнул он.

— Ничего страшного, аппетит приходит во время еды. Ну или на меня посмотришь.

— Боюсь от моего созерцания у тебя несварение будет, — ехидно усмехнулся Герман.

— Ты — не высшее зло, справлюсь, — оскалился в ответ и, выйдя к проезжей части, вытянул руку, ловя попутку.

Приложение нагло соврало. Ни фига тут не уютно, не вкусно и не по-домашнему. Или персона Беспалова, действительно, так влияет на моё восприятие? Герман всё же не отказался от кофе и бургера, и исподтишка посмеивался надо мной, пока я без энтузиазма ковырял вилкой в омлете.

— Вы проверяли машину Романенко Лики? — мужчина испытующе смотрел на меня.

— Есть ли на колесах её дорогой тачки следы кладбищенской земли? Как ты себе это представляешь? Хрупкая девушка привезла своего подельника тире любовника на кладбище и там пырнула его ножом? Интересно, чем же она его заманила? Экстремальным сексом в плюс семь градусов на мраморных плитах? Жесть.

— Пырнуть ножом в печень много ума не надо, — насупился напарничек.

— Точно, дело для дураков. И пули "в молоко" для большей дурости, — кивнул скептически. — На кладбище шёл бой на выживание, а твоя рыжеволосая красотка не настолько хороша для рукопашной.

— Она — не моя, — сердито буркнул он.

— Да-да, бывшая, — учтиво исправился.

Открыл рот, чтобы поглотить с вилки невкусное блюдо, но эпично уронил всё обратно в тарелку, когда телефон громко завибрировал на столешнице. Чёрт!

— Калин.

— Это счёт сбербанка. Карта зарегистрирована на Зырянову Анну Сергеевну. И её обналичивали трое суток назад.

— Запросите картинку с камер в банке, — тут же уцепился за новость.

— Сделано. Перешлют через два часа, — ответствовал статист.

— Спасибо. Жду. И скиньте мне все данные на Зырянову, — отключился и тут же вперился взглядом в любопытную физию Германа. — Я сделал запрос на номер карты, — нехотя пояснил. — Счёт принадлежит некой Зыряновой и карту обналичивали три дня назад.

— Вдруг это их тётка или другая родственница следит так за квартирой, — с сомнением протянул Беспалов.

— Вот по камерам и узнаем. Фейс её — есть, время снятия денег с карты — так же, — довольно улыбнулся и вновь потянул руку к мобиле, услышав характерную трель от пришедшего сообщения. Открыл пдф-документ с личными данными Зыряновой. Фактический адрес и адрес прописки совпадают. — Нам каршеринг бы не помешал, — выжидательно посмотрел на союзника.

Герман прорычал и, сдавшись, полез в свой телефон.

— Значит, если грохнем каршеринг, мне потом платить?

— Я — бедный следователь. И думаю это вполне справедливо. Я рискую своим чином, беря тебя с собой, а ты рискуй кошельком, если будут издержки в нашем совместном тандеме, — ехидно улыбнулся и, закончив трапезу встал изо стола. Сунул руку за паузу, ища деньги, но мужчина жестом остановил меня, пафосно глаголя:

— Что вы, что вы, милейшее отребье. Уберите ради бога. Я — финсторона данного предприятия. Я настаиваю.

Сучок! Но деньги убрал. Горделиво хмыкнул, направляясь к дверям.

— А за "отребье" ещё ответишь, — сощурил беззлобно глаза, отворачиваясь.

До ближайшей машины каршеринга было десять минут пути. Шашечки и броская реклама не годилась для двух агентов угророзыска.

— Палевно как-то, — сдвинул брови Беспалов, разглядывая машину.

— Тебя устроит чёрная девятка кавказца с тонированными стеклами? — буркнул я, садясь за руль.

— Нет, такси Люка Бессона, — фыркнул он, садясь рядом.

— Не, мы круче, — улыбнулся в ответ и завёл двигатель.

Путь вёл к загородным домикам к югу от Самары. Пробка на трассе умалила весь энтузиазм. Доехали до нужного места только к сумеркам. В близлежащих домиках давно горели подъездные фонари с ночным освещением, а нужный нам дом стоял в гордом холодном мраке. Припарковал машину за два дома дальше, но так, чтобы видеть входящих и выходящих.

— Думаешь, хозяева ещё не пришли, раз терраса не освещена? — Герман перешёл зачем-то на шёпот.

— Я пока ничего не думаю. Жду доклад статиста, а там пойдём по накатанной.

Беспалов умолк, нервно поглядывая на окна жилища.

— Зачем вообще нам этот дом? — спустя несколько минут раздумий, задёргался мужчина.

— Некая Зырянова — связующее звено с Шестаковыми. Ты хочешь уехать, не проверив? Не профессионально.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Я — повар, а не следак, — усмехнулся он и получил в ответ мою ехидную моську.

— Ты в этом уверен? — смешок. — Будь ты только поварёшкой, здесь со мной бы не сидел.

— У меня хорошая мотивация.

— Так и получаются профессионалы.

— Как ты? — смотрит немного хмуро. — Тебя в главке явно многие не любят, но отчего-то уважают. Почему?

Челюсть свело, но я понимал, что прошлое всегда будет кусать за филейное место.

— Пока я не настолько проникся к тебе, чтобы откровенничать, — спокойно проронил я и с радостным облегчением полез в карман, когда телефон снова пиликнул. Открыв сообщение и просмотрев, сердито прорычал: — Твою мать!

Видеозапись с уличного банкомата. Знакомая нам Шестакова Рита снимает деньги, забирает карту и наличку, отходит, но в этот момент тёмная личность скручивает ей руки за спину, зажимая рот, и оттаскивает за пределы видеокартинки.

— Кажется, наша подозреваемая уже не совсем подозреваемая, — протянул обеспокоенно напарничек.

— Лицо этого засранца ни хрена не видно, — с досадой прошипел я, пересматривая и пересматривая запись.

— Он сутул и немного хромает, — произнёс Беспалов.

— Это мало что даёт нам.

Герман нервно выдохнул и отвернулся к окну, потирая подбородок. Я же крутил полученное видео и пытался хоть за что-то уцепиться, пока пассажир сбоку вдруг резко не прилип к окну.

— В доме движение! — и бесцеремонно потянул меня к стеклу, тыча в левую часть строения на втором этаже.

Напряг глаза, вглядываясь, пока не рассмотрел скупой танцующий огонёк, который переместился вглубь, а после исчез.

— Словно свеча, — проронил задумчиво.

— Кто-то прячется в доме, Яр, — Беспалов заёрзал на сиденье. — Это не спроста.

— Может, у них электричество вырубили за неуплату, — слабо и абсурдно оправдал очевидное. — Пойду проверю. Жди тут.

— У тебя нет ордера, — прошипел мужчина.

— Зато есть отмычка, — фыркнул я, проверив табельный.

— Ты — не легавый, ты — преступник! — бурчание Геры начало выводить.

— Вот теперь ты и сам понял секрет моей уникальности, — парировал в ответ. — Если не вернусь через пятнадцать минут, вызывай наряд.

И, избегая последующего панического изречения или вопроса, быстро вышел из машины, стараясь не хлопать дверцей. Надеюсь, ему хватит мозгов оставаться в тачке.