Весна&Детектив - Устинова Татьяна - Страница 8

– …я познакомился тут с профессиональной танцовщицей, она много интересного рассказала. Да, материал будет готов в срок, вы же знаете. Конечно, не подведу. Да, я спрошу. Если согласится – будет интересное интервью.

«Не согласится, – про себя вздохнул Алекс, поняв, что ошибся насчет парня и зря дернул Джефа, – ни за что не согласится – ей не с руки огласка. Так что забудь, дружище».

Он почувствовал некое облегчение – ну, хоть с этим парнем не придется разбираться, обычный журналист, нашел человека, способного помочь выдать хороший материал, и, кстати, тут Мэри – подарок, все-таки профессиональная танцовщица, международный класс. Пусть радуется.

Вдруг взгляд его зацепился за что-то странное и совершенно нелогичное для этого места. Алекс повернулся и понял, что не зря внутри шевелилось неприятное предчувствие – за пластиковыми столиками кафе сидели те самые громилы, что прилетели из Испании буквально через сутки после приезда Мэри. Он успел хорошо рассмотреть их фотографии, добытые Джефом, потому узнать оригиналы особого труда не составило.

«Ну, дело плохо. Если они приехали в Крылатское, то вряд ли сделали это по наитию, – подумал он, стараясь быстро придумать способ вывести Мэри из-под наблюдения. – Хотя… сидят ведь здесь, а не в зале, рыскают глазами по сторонам, не похоже, что точно уверены, что нашли. Скорее всего, знают, что она танцовщица, вот и подумали, что такое мероприятие не пропустит. Черт тебя подери, Мэри, зачем ты сюда приехала? Почему не полетела домой?»

Мэри

Ну, это в моем репертуаре… Сначала согласиться, а потом устроить истерику. Сергей – молодец просто, если так пойдет дальше – то его шансы значительно повысятся, ибо мало кто способен выдержать мои издевательства. Пригласила выпить кофе, позволила подняться в номер – и в последний момент поняла – не могу. Нет, не могу, ни за что не могу. Желая как-то оправдать отказ, закатила истерику с демонстративными эсэмэсками Алексу – тоже, конечно, совершенно зря. Так глупо… И бедолага Сергей, сидящий в кресле с удрученным лицом…

– Мэри, это все не смешно.

– Я не пыталась тебя рассмешить.

– Вот я и говорю – не смешно. Ты думаешь, я тебя не вижу, не понимаю? Думаешь, я не видел, с каким отчаянным видом ты писала эти эсэмэски? Ждала, что тебя остановят? Если хотела, чтобы остановили, так зачем продолжала? У тебя, как у самоубийцы-демонстратора – вроде бы вены режешь, но дверь ванной оставляешь открытой, чтобы успели войти и спасти, – да?

Ох, проницательный ты мой… Везет же на мужчин с развитой интуицией. Свирепею отчего-то:

– А ну-ка, собирайся и вали отсюда! Вали так далеко, чтобы я при всем желании тебя не нашла!

– Что сделаешь, если не уйду? – Сергей смотрит насмешливо, и это злит еще сильнее:

– Что-нибудь сделаю, даже не сомневайся! – хватаю сигарету, за три затяжки высаживаю до фильтра. Он смотрит, чуть улыбаясь:

– Ох, Мэри ты моя, Мэри…

– Я не твоя Мэри! И не смей говорить этого.

– Хорошо. Говорить не буду.

– И думать тоже не смей.

– Ну, этого ты мне запретить не сможешь.

– Мне повторить? Отваливай.

– Мэри, прекрати. Я могу уйти, это не проблема, ты ведь понимаешь. Но ты о себе подумай. Через час ты начнешь звонить мне.

Насмешил… Я своим любовникам никогда не звонила – а уж тебе-то… На это у меня характера хватит. Черт с тобой, оставайся. Ухожу в спальню и там закрываюсь.

Как апофеоз идиотизма в семь утра звонит Алекс. Я, покидая Цюрих, обещала ему отвечать на звонки – к чему нервировать и без того вечно взвинченного в моем присутствии Призрака? Ну, я не то чтобы боюсь – но зачем обострять? Тем более что несколько отчаянного содержания эсэмэсок я ему отправила перед этим…

– Ну, что у тебя там опять? – Голос усталый, типа «звоню тут, время теряю».

– Тебе-то что надо? Ты знаешь, сколько у нас времени? Я, если ты забыл, в Москве.

– Знаю. Ничего, отоспишься. Что происходит?

– Ты о чем?

– О тебе.

– А я в порядке.

– Да? Не смешно, Мэри.

– А я не клоун, чтобы тебе смешно было, – что ж вам всем от меня юмора-то хочется? Я абсолютно лишена дара шутить.

– В общем, так, девочка. Уж поскольку мы с тобой не чужие люди, я тебе скажу. Никаких отношений с этим парнем у тебя не будет. И не потому, что я не дам – а потому, что ты не сможешь.

Ты смотри – вошел во вкус! Не даст он! А кто тебя спросит, интересно? Я не Марго, мне твои указки не нужны, а уж разрешения – тем более.

– Если захочу – смогу.

Щелчок зажигалки, слышно, как он выпускает дым и долго молчит. Так многозначительно молчит, что мне хочется взвыть.

– Не сможешь, Мэри, не обманывай себя. Уже с вечера не смогла, хотя и пригласила в номер. Ты просто поломаешь парня, и все. Ты мужа своего поломала – может, хватит уже? Так он-то мужик. А вынужден теперь носиться по миру и искать тебя. И вовсе не для того, чтобы как-то отомстить, нет – он просто хочет тебя вернуть. Ну, и немного прогнуть под себя, конечно.

Краска бросилась в лицо – ну, почему, зачем он вечно злит меня? Зачем ему мои негативные эмоции? Для подпитки?! Вампир он, что ли, в самом деле?! А самое ужасное, что все, о чем он говорит, я сама прекрасно знаю и примерно так же и думаю. И вот это раздражает сильнее всего.

– Я сказала – если сама захочу, то так прогнусь – ахнешь. И в принципе даже с Костей могу.

– Мэри, Мэри, не смеши ты меня – прогнется она! Ты по сути своей негибкая, иначе множества проблем бы избежала. Серьезно говорю – не пробуй даже.

– Это еще почему? – Вот сейчас, в эту самую минуту, мне больше всего на свете захотелось доказать ему обратное – пусть даже с Костей, во вред себе, но доказать, только чтобы не слышать этого менторского тона с издевательскими нотками.

– А потому – не желаю потом собирать тебя по кускам. Не желаю выслушивать твои жалобы, вытирать тебе слезы и пресекать попытки членовредительства.

– Ох, какой ты умный. А вот стесняюсь спросить: ты с чего взял-то это, а? Вот это – про то, что я хочу с ним каких-то отношений? Какое тебе дело вообще, а?!

В трубке – издевательский смех, потом кашель – ну да, чтоб ты захлебнулся своим хохотом, чертов Призрак! Но нет – выжил, заговорил совершенно спокойно и ровно, как будто пару секунд назад ничего не произошло:

– Ну, Мэри, ты меня удивляешь. Твой кавалер испросил совета – что мне оставалось? Всю ночь думал, чем парню помочь.

Господи, ну вот же урод… Совета он захотел! Телефон мой проверил, а там единственное мужское имя в книжке – Алекс, и куча эсэмэсок – ему же. И из них явно следует, что это не просто какой-то приятель, а человек, способный хоть как-то на меня влиять. Не постеснялся, значит, позвонил – проконсультироваться.

Бросаю трубку, иду во вторую комнату люкса – Сергея нет. Спасся.

Ложусь в зашторенной спальне в надежде уснуть и хотя бы до обеда подремать. Но спать совершенно не могу, не берут таблетки, а со спиртным я теперь боюсь экспериментировать – ооочень расширяет сознание. Сегодня мой кошмар неожиданно разнообразился мужской рукой, обхватившей меня за шею, и мужским же голосом, сообщившим, что все равно будет так, как он скажет. Очнулась от реального удушья, кашляла так, что чуть не выплюнула легкие. Жалела, что не смогла сказать то, что обычно говорю в таких случаях, но это не важно, наверное, ибо не будет так, как не хочу я. Так никогда не бывает. Это странно, но избавляться от этих кошмаров я не хочу и, более того, боюсь почему-то. Такое ощущение, что тогда из жизни уйдет что-то значимое. Задремала снова в надежде увидеть что-то более приятное, даже загадала – если приснится именно такое, все будет хорошо.

Снился Цюрих. Реальный эпизод из жизни, еще до того, как Алекс привез Марго. Мы тогда с ним очень повздорили, даже не помню, по какому поводу, но я взбрыкнула и убежала из дома. У меня с самого детства топографический кретинизм – кроме шуток, я могу передвигаться только по хорошо известному маршруту, и малейшее отклонение от него ведет к панике. Я в состоянии заблудиться даже в родном городе, где прожила с рождения почти всю жизнь. А тут – незнакомое место, я не знаю языка – ни немецкого, ни французского, а на моем английском если и объяснишься, то исключительно самую малость. Да еще есть в арсенале несколько испанских общеупотребительных фраз, среди которых не числятся нужные в ситуации, когда ты заблудилась. В общем, побег из дома было самое умное, что я могла совершить. Как следствие – заблудилась. Бродила по узким улочкам, пытаясь понять, где нахожусь, и никак не могла. На улице темнело, в кармане оказалась только мелочь, годная для поездки в метро, но оно пугало меня еще сильнее. Я и в московском-то ухитрялась оказаться совершенно на другой линии вместо нужной, а уж здесь… В общем, надвигалась ночь, а я даже не могла толком вспомнить название улицы, на которой находился дом Алекса. Плюс ко всему я вдруг услышала за спиной шаги – размеренные, спокойные шаги, и от этого меня охватил настоящий ужас. В голове сразу всплыли угрозы Кости о том, что он меня найдет, где бы я ни была, а с моим мужем шутки на эту тему были весьма опасны. Черт меня дернул уйти из дома!