Вход для посторонних (СИ) - Бор Евгения - Страница 26

Сказать, что мэр был потрясён, это значит, не сказать ничего. Его челюсть прикрыла кадык, а непонятно от куда взявшийся живот оттопырил пуговицы мундира.

— Вы сказали золото? Я не ослышался? — охрипшим голосом поинтересовался взволнованный чиновник.

— Нет, вы не ослышались. Ювелирные украшения, декоративная утварь, статуэтки и старинные монеты — всё из чистого золота. Я испугалась.

— И это понятно, — согласился мэр, ослабляя узел шейного платка.

— Я хотела отыскать хозяина и вернуть ему его сокровища.

— Очень благоразумное решение.

— Но мне пришлось отложить исполнение этого плана из-за затруднений с гардеробом. Во время ужина я узнала о трагедии с господином Фоком, и связь между этими двумя событиями стала для меня очевидна. Я собиралась отдать сокровища полиции, но после бессонной ночи и последующего допроса была настолько перепугана и растеряна, что решила спрятать клад где-нибудь в городе никому о нём не сообщив. Нет, я конечно уведомила бы власти, но не лично — письменно, — Мелина виновато прикрылась ресницами, — наш с вами разговор вселил в меня уверенность, что я могу вам доверять и вы не станете подозревать меня в злодеянии. И я очень надеюсь, что моя исповедь поможет в поиске убийцы.

— Я лично провожу вас до гостиницы и приму ценные улики. Ваш рассказ полностью меняет картину преступления. Необходимо срочно доложить Пилону.

— У меня к вам есть одна маленькая просьба.

— Я весь — внимание.

— Мне очень льстит ваше внимание и общество, но я не думаю, что мне следует появляться в вашем обществе. Для своих попутчиков я всё тот же Аль и мне бы хотелось таковым и остаться до конца нашего путешествия.

— Простите, о ваших попутчиках я совсем не подумал. Ну что ж, я не заставлю себя долго ждать. До скорой встречи.

— Вам стоить провести лёгкий обыск в комнатах всех постояльцев, тогда передачу ценностей можно будет провернуть незаметно, — Алька поспешила поделится гениальной идеей, но по удивлённому взгляду мэра сообразила, что не то ляпнула, — я никогда не смотрела на эти сокровища как собственные, потому и считаю процедуру возвратом, — пришла на помощь Мелина.

— Простите, я сразу не понял, — улыбнулся мэр широкой улыбкой, — мой старший тоже всячески сокращает слова. Иногда выходит забавно.

Глава 17 Последний ужин

На ужине в траттории было многолюдно.

Местные толпились у барной стойки, переговариваясь и наблюдая за чужаками, с аппетитом поглощающими дармовое угощенье. Между группами сновали подавальщицы, вмести с едой разносящие обрывки подслушанных разговоров. Сегодня был их день и они наслаждались вниманием обеих сторон.

— Так и не нашли, что искали, — сообщил старик, кинув монетку разбитной девице.

— А искали то чего? — поинтересовалась его жена, уворачивая в салфетку несъеденные куски пирога.

— Думаю, что орудие убийства искали, — с убеждённостью высказался молодой мужчина, жена которого с неодобрением наблюдала за манипуляциями соседки по столу.

— Не пропадать же добру, — заметив осуждающий взгляд, не смутилась пожилая женщина, — а моим мальчикам, сколько не дашь — всё мало.

— Мы тоже не любим когда добро зря пропадает, — с весёлой улыбкой воскликнул Лин, и засунул себе в рот последний кусок с тарелки.

— Мой брат закрытым рот держать не любит — или жуёт, или болтает.

— Так и ты не многим лучше, только болтаешь больше.

— Так ведь по делу же. Мимо меня ни одна новость не пройдёт. Первым всё узнаю.

— Как будто пять минут важность какую имеют.

— В другой раз будешь эти пять минут терпеть раз неважно тебе.

— Так говорите, нож искали, — вернулась к общему разговору их мать, видимо привыкшая к сыновьим перепалкам и внимания на них не обращающая, — ну и как, нашли?

— Ничего они не нашли, только народ весь переполошили.

— А местные то как надеялись, — поделился наблюдениями Нил, — думали, что раз на них вина за воровство легла, то хоть убийство на нас останется.

— Они за воровство нас винят, — Лин обвёл взглядом вытянувшиеся лица, — мол, совратили их молодёжь своими игрушками.

— Одна бабёнка так и сказала, что не воровство то было, а баловство одно.

— Ну да, баловство… А прятать зачем было? Что б ещё веселее стало?

— Неужели этих малолетних балбесов на каторгу сошлют? — задала волнующий её вопрос Сиана, — ведь дети совсем.

— Как же, дети… Силы Всевидящий не пожалел, а ума не додал. На каторге поумнеют.

— Выпороть их и дело с концом.

— Пилонов суд решит, — поставил точку в разговоре отец семейства, — наше дело в дорогу собираться да за своими вещами приглядывать.

— Пусть полиция за ними приглядывает. Они здесь зоркие. А я спать буду. Притомили они меня своими допросами.

— Подумаешь, притомили его. Алю больше всех досталось. Его даже в Управу таскали.

— А хотели чего? — вопрос задала самая любопытная бабёнка, но ответ был всем интересен.

Алька вопроса этого давно уже ждала. Знала, что попутчикам надоело ждать пока сама расскажет, да и местным любопытно было.

— Им знать хотелось кто за кем по дороге шёл. Спрашивали не видел ли ещё кого, — рот у Альки был едой забит, но её услышали, переглянулись.

— А чего тебя спрашивали? Мы там тоже были, — Нил спросил, словно невнимание обидело.

— Так ведь я последним шёл. Дольше всех копался, — Алька горло морсом прочистила, — потом уже вас догнал. Вот и получается, что я покойника последним видел.

— Так не ты ж один. Она вот тоже видела, — кивнул на Сиану, — и другие, что сзади были слышали как он на вас ругался. Долго ругался. Тоесть они его долго слышали после того как вы мимо протащились.

— Да нет, они на меня не думали, просто детали выспрашивали.

— А у неё чего ж не выспрашивали, — Нил имени Сианы не называл, только головой кивал в её сторону.

— Стеснялись наверно, — ухмыльнулась Алька, — девушка всё же.

— Это и понятно, — согласно закивала женская половина, — девушке лишние волнения ни к чему.

— Так чего ты им так долго рассказывал? — Нилу нужны были подробности.

— Ты мне что, ещё один допрос устроить решил? — возмутилась Алька, — мало что ли мне досталось! Ещё и для тебя всё повторить?

— Ну чего ты, чего? Интересно же. Чего такого ты мог увидеть, чего другие не заметили.

— Мне вот тоже интересно, чего такого я не увидел. Пока меня вопросами всякими пытали вы тут сплетни собирали. Мне ничего не сказали даже. Что же ты Нилушка не сказал, что на моей волокуше краденное перетаскивали? Я бы знал, что полиции сказать, а так даже не понял чего ко мне прицепились.

— Я думал, что вы в курсе. Про твою волокушу весь город знал. Они её у дороги бросили…

— Вот. А я её у порога оставил. Сундук только вовнутрь затащили и оставили. Зачем она мне?

— Я полицейским так и сказал, — виновато промямлил смутившийся Нил.

— Должно быть они не расслышали, — Алька действительно сердилась. Все неприятности у неё из-за этого увальня.

— Довольно собачится, — тяжёлый стариковский кулак опустился на стол, — на то они и полиция чтобы вопросы задавать, а кому и какие им виднее. Не лёгким путешествие наше оказалось. Нам бы порадоваться, что живы, здоровы и скоро дома будем.

— Под оком Всевидящим, — прошептала его жена и по лицу пальцами мазнула.

Жест этот все за столом повторили, ну и Алька тоже.

— А ты, малец, в столицу надолго?

— Хотелось бы, а там как получится.

Наверно такого ответа от Альки и ожидали. Улыбались все сочувственно и немного грустно. Словно знали Алькину судьбу наперёд, но огорчать не хотели.

— Ты, малец, если нужда какая, нас разыщи, — старик обвёл тёплым взглядом своё семейство, — плиточники мы. Керамическую плитку льём. Нас все знают. „Широн и сыновья“ называемся.

— Спасибо. Если нужда, то конечно, — приглашение было так себе, но приятно осознать, что у неё уже и знакомые в столице появились.