Декан в моей голове (СИ) - Майская Юлия - Страница 21

«То есть, он успел освободиться сам и вас оттуда вытащить?»

«Да, он усыпил тех, кто остался в поселении, как и меня».

«Почему же он раньше не применил эту магию?»

«Радиус действия невелик, все поселение не захватывает, а там было слишком много людей. Усыпил бы одних — другие бы поняли, в чем дело».

«Ясно. И что же дальше было?»

«Да ничего особенно. Поблагодарил за спасение. Начал бормотать что-то насчет долга жизни, но я не очень хорошо понимал их диалект, он достаточно искажен по сравнению с нашим. Так что показал знаком, что прошу в награду волос… Тот выдернув аж целый клок», — Гайер усмехнулся. — «И я начал его исследовать».

«И изобрели морритус?»

«Да, верно. В то время я уже делал артефакты для военного ведомства, так что морритус тоже нашел свое назначение. Жаль только, что тот журналист…»

«Какой журналист?», — встрепенулась я. Первый раз об этом слышала.

«Ну, не думаете же вы, что я сам пошел в издательство, чтобы они опубликовали статью про мое изобретение? У меня хорошо получались военные артефакты: оружие, бомбы, защита. Но душой я прикипел к артефактам для обычной жизни, и меня полностью устраивало, что я занимаюсь и тем, и тем. А один проныра-журналист начал приставать ко мне, видите ли, я в молодом возрасте так разбогател. Искал компромат, но каким-то образом пронюхал про морритус. Не знаю, каким местом думали в издательстве, но они все-таки опубликовали статью про молодого гения», — закончил Гайер очень язвительно.

Надо же, я и подумать не могла.

«Спасибо, что поделились», — пробормотала, уткнувшись носом в подушку.

«Этель, вы уже усыпаете».

«Ага».

«В следующий раз чур вы откровенничаете».

«Что?» — резко распахнула глаза.

«Мне все еще интересно, что за история с этим Харди. Я поделился своими тайнами, теперь ваша очередь», — невозмутимо заявил этот… жук!

«О чем делиться? Я же вам рассказывала…»

«Хочу грязные подробности».

А он не офигел?

«Насколько грязные?» — невинно осведомилась я.

Гайер помолчал.

«До чего у вас дошло?» — осторожненько так, тихонько спросил.

Он точно офигел!

Теперь настала моя очередь молчать. В принципе, Гайер и так уже знает много личного и интимного про меня. Надеюсь, он не болтун…

«Ни до чего. Я вовремя поняла, с кем имею дело», — ответила, чувствуя, как загорелись щеки. Если он спросит, девственница ли я, точно получит щелбан! И плевать, что это будет мой лоб!

«Почему он к вам так прилип, в таком случае?» — задумчиво протянул Гайер. — «Может, у вас в родственниках кто-то известный или магически одаренный?»

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍«Да ничего подобного», — теперь сама задумалась.

Раньше мне казалось, что я привлекаю Йена как девушка, но мало ли красоток на свете. И это точно не любовь, не с таким отношением.

«Странно, что он, учась в другом университете, считает вас своей девушкой», — продолжил Гайер. — «Он не боится, что вы здесь заведете с кем-то роман?»

«Думаю, в этом случае меня сразу сдаст Кэти, его сестра».

«Ах, вот как интересно. Надо это обдумать».

«Вы думайте, а я спать!» — невозмутимо заявила я, чувствуя, что глаза уже не разлепить.

И быстро уснула.

Глава 7

Следующим утром я быстро привела себя в порядок и позавтракала вчерашними вкусностями, после чего мы с Гайером собрались на «военный совет».

Я честно не представляла, какой из меня толк — он может и сам все обдумать, а потом мне скажет.

«Этель, так дела не решаются», — заявил он мне, когда я поделилась с ним своими мыслями. — «Все самые интересные идеи и решения приходят как раз во время обсуждения с кем-либо. Так что, давайте приступим».

Я вздохнула и покорно заняла место в его кабинете за столом, предварительно подготовив письменные принадлежности — вдруг что-то потребуется записать.

«Итак, первый вопрос, который меня интересует: зельевар или менталист?»

«А это важно?»

«Весьма. Все менталисты числятся в реестре ментальных магов и давали клятву не причинять вреда и использовать дар только на благо общества».

Какая-то расплывчатая формулировка…

«А зельевары?»

«А зельевары не состоят ни в каких реестрах. И тут возникает сложность. Если это менталист с навыками зельевара, то, очевидно, его нет в реестре. Значит, он не обучался в высшем учебном заведении, следовательно, учился самостоятельно… нет, тоже не сходится».

«Что не сходится?»

«Чтобы отточить навыки, ему нужно было тренироваться на людях, а такие случаи тщательно отслеживают. Человек с ментальным вмешательством ведет себя странно, родственники или просто окружающие бы точно заметили и сообщили стражам. А вот если он иностранец…»

«Думаете, он отточил навыки менталистики в другой стране? Не обязательно иностранец, может, он просто долгое время жил там, а потом вернулся на Родину».

«Да, вполне возможно».

«Подождите, но если это зельевар с навыками менталистики, то ему так же само нужно было обучаться где-то».

«Да, и исходя из всего, с большей вероятностью это именно зельевар».

«А если это менталист, который окончил университет в другой стране, а потом приехал к нам?»

«Нет, такие тоже вносятся в реестр».

«Значит, иностранец-зельевар? Но вы говорили, что их может быть несколько человек».

«Тоже верно», — Гайер вздохнул. — «Либо он просто купил зелья на черном рынке».

«Так можно?» — удивилась я.

«Конечно. Торговлю запрещенными зельями и ингредиентами просто невозможно прикрыть — слишком высоких чиновников она кормит».

Неприятно. Понятно, что жизнь не сахар, и зачастую люди наживаются на всем, чем можно, но когда это касается напрямую тебя…

«Значит, прежде всего нужно найти незарегистрированного менталиста?» — подвела я итоги.

«Да, это легче, чем искать, возможно, несуществующего зельевара».

«Ладно».

«Теперь, кому это выгодно», — Гайер будто ментально скривился. — «Точно не военные и не стражи. Первые в курсе, из чего сделан артефакт, только схему точно не знают. А вторым я и так изготавливаю морритусы по заявке».

«А когда волосы закончатся?»

«Не закончатся. Они обладают невероятно большим магическим потенциалом, один волос я использую для создания сразу нескольких десятков артефактов, так что еще долго не придется пополнять запасы».

Я задумалась.

«Тогда каким-то преступникам? Чтобы скрываться от закона».

«Да, это вероятнее всего. Скорее даже группа людей, если бы им нужен был один, они могли бы просто выкрасть его у какого-нибудь стража, это легче, чем пытаться добыть схему и список компонентов»

Звучало логично.

«И как они узнали, что ваше сознание у меня?»

Гайер помолчал, обдумывая.

«Вероятно», — начал он. — «сначала они не знали. Взрыв восприняли просто как возможность напоить меня зельем. Потом почему-то не повторяли попыток… и к Новому году точно узнали, что происходит. Надо выяснить, кто вообще в курсе про это. Ректор, Хенкс, те два менталиста — это те, про кого мы знаем. Хенкс не мог никому рассказать. Ректор и менталисты — вполне».

Картина вырисовывалась печальная… Я не представляла, как нам все это выяснить.

«И что делать?», — спросила у Гайера.

«Когда вернемся, напишем моим заказчикам. У меня много знакомых среди военных и стражей, пусть разбираются. Ну и поспрашиваем осторожно ректора. Еще можно выяснить, не появлялись ли новые люди в академии. В общем, на рожон не лезем, ведем себя тихо, осторожно. И обвешиваемся артефактами!»

Последнее напомнило про подарок Гайера — защитный кулон.

«Как все-таки сорвали кулон?»

Но Гайер удивил:

«Не уверен, надо обдумать. До того дня я считал, что это невозможно. Я тоже не всесилен, Этель».

«Я понимаю», — кивнула. — «А почему вы не хотите написать им сейчас?»